В дни войны (Рассказы)

Когда добрались наконец до хутора, то наткнулись на спешащего с донесением партизана, который ушёл вместе с Володей Куриленко. Связной сообщил, что обоз уже вышел из Хохлова и скоро нужно ожидать незваных «гостей».
Дорога вела к деревне Жарь. Партизаны быстро и бесшумно устроили засаду. Одна маленькая группа залегла возле дома, другая — через дорогу, за амбаром. Шлапаков с ручным пулемётом и тремя бойцами расположились в сенном сарае.
Медленно тянулись минуты…
Партизаны с нетерпением ждали появления обоза. Лежать без движения в холодном снегу не слишком приятно. Вскоре мороз пробрал бойцов до костей. Им казалось, что они лежат здесь уже очень долго, а немцы никогда не покажутся на дороге. Каждый жил ожиданием предстоящего боя. Что принесёт эта схватка? Победу или поражение…
Люди совсем окоченели и проклинали фашистов на чём свет стоит. Но вот наконец послышался далёкий скрип полозьев, лошадиное ржанье и чужая, отрывистая, похожая на лай, речь обозников. Партизаны затаились, боясь хоть чем-нибудь выдать своё присутствие. Шлапаков шёпотом передал приказ:
— Готовьсь!..
Морозный воздух словно застыл. Вот уже голова колонны поравнялась с сараем. И вдруг раздался сухой протяжный треск, будто рвётся большое полотно. Это командир нажал на спусковой крючок пулемёта, и короткая меткая очередь прошила лошадь, запряжённую в первые сани. Лошадь упала, забилась в судорогах. Обоз остановился. Свернуть с дороги следующим нельзя — чересчур глубокий снег.
Внезапно раздалась длинная ответная очередь пулемёта. С хвоста колонны затараторил вражеский пулемёт, о котором не знали партизаны.
Пули свистели над головами партизан, впивались злыми осами в стены сарая и амбара, отщипывали острые сосновые щепки от брёвен. Вот уже один из партизан вскрикнул и уронил винтовку. Его ранило в руку. Другому две пули попали в ногу. Сопротивление гитлеровцев оказалось организованным и стойким.
Время было упущено. Молниеносного нападения на обоз не получилось. Принимать затяжной бой партизанам было нельзя: могли подойти каратели и окружить маленькую горстку народных мстителей. Тогда дело обернётся для партизан совсем плохо.
Шлапаков всё это понимал и уже хотел дать приказ об отступлении, как неожиданно позади гитлеровцев раздались крики «ура» и отрывистые очереди автоматов.
Пулемёт врага продолжал строчить, но командир отряда всё же встал во весь рост, чтобы лучше разглядеть, откуда пришла неожиданная помощь. Он увидел, как раздался взрыв, и вражеский пулемёт умолк. По снегу к обозу бежали, на бегу стреляя, разведчики с Володей Куриленко во главе.
— Володя! Володя! — радостно вскрикнул Шлапаков и вновь припал к пулемёту. — Вовремя ты подоспел, орлёнок мой смелый.
Обстановка боя сразу изменилась. Немцы были в растерянности. Все, кто был в засаде, поднялись и пошли в атаку.
— Хенде хох! Руки вверх! — услышал Шлапаков голос партизанского орлёнка Володи Куриленко.
Пять уцелевших фашистских солдат, стоя возле своих саней, подняли вверх руки. Трое побежали вперёд, к видневшейся вдали деревне Жарь. Но далеко они не убежали: партизанский снайпер Ваня Борисов прицелился из винтовки и на расстоянии почти в пятьсот метров срезал одного из бегущих.
Судьбу двух гитлеровцев, спрятавшихся в подполье деревянного дома, решила брошенная Володей граната. Двадцать вражеских солдат остались лежать у дороги. И ещё четыре лошади…
Партизаны, не теряя времени, стали перекладывать трофеи в оставшиеся целыми сани.
— Молодец! — похвалил Володю командир. — Спасибо тебе, не подоспей ты с ребятами, туго бы нам пришлось. Правильно оценил обстановку, ударил где надо!
— Ну что вы, — смутился Володя, — мы ничего особенного не сделали, Иван Романович. Торопились к месту боя, да немного пришлось задержаться в деревне. Принесли сведения с железной дороги о движении вражеских поездов. Теперь можно начинать битву на рельсах…
— Да ты настоящий орёл, а не орлёнок, — сказал командир и обнял Володю.
Через двадцать минут перегрузка добытого в бою снаряжения и продовольствия была закончена. Обоз свернул с большака на еле приметную, малоезжую дорогу в лес. Начал порошить пушистый снежок, засыпая следы недавнего боя.
— Ну, теперь нас сам чёрт не найдёт, — обрадованно сказал один из партизан. — Снежок все следы скроет!..
Володя ехал на санях вместе с Мишей Гильфановым.
— Можешь считать, что это твои трофеи, — сказал Миша. — Без твоих разведчиков пришлось бы нам отступать.
— Ерунда, справились бы и без нас, — сказал Володя, но ему пришлась по душе похвала товарища…