Моя и точка! (СИ)

Мотался с ней по всему миру в командировки, если требовалось. Тогда с девочками оставалась мама. Она же следила как строится дом. Они выкупили участок недалеко от её дома и к следующему лету планировали переехать. Ия полностью доверила маме с Марко и девочками обустроить его по своему вкусу. И это их ещё больше сплотило.
А вот в Омиш они сразу так и не вырвались. А потом зима, дела, свадьба, скромная по меркам мамы Марко, но они нескромную и не хотели. Были все свои.
Весь год было не до моря.
Но море их всё же дождалось. И домик отца встретил их всей семьёй запахом лаванды и сосен, старым оливковым деревом во дворе и солёным боро, полощущим на верёвках бельё. А, может, это был юго, Ия пока не запомнила.
На поездке настояла Ия. Всё же она задолжала Марко сюрприз. И, наконец, он у неё был.
Они с Марко сидели на берегу. Со двора долетал запах жареного мяса и сладкого перца — мама со Стипо готовили ужин. Ветром доносило музыку. Девчонки носились по кромке моря, поднимая тучи брызг и смеясь. Солнце уже не палило. Но Марко лежал, всё ещё прикрыв лицо согнутой рукой.
Ия камешками выкладывала у него животе «сердечко». Марко вздрагивал от прикосновения её пальцев, рисунок рушился, камешки скатывались по упругим кубикам пресса, но Ия упрямо продолжала.
— Ты так и не сознался откуда знал того детского врача, куда мы возили Аринку.
— Это не такой уж и большой секрет, — улыбнулся он, не убирая руки. — Я когда-то учился в том самом мед.университете на педиатрическом факультете. Правда, недолго. А тот пожилой врач — мой бывший преподаватель.
— Почему недолго?
— Я очень люблю детей. Но лечить их оказалось не моё, — он вздохнул, снова разрушив её композицию. Она недовольно выдохнула, но на самом деле это было неважно.
— А растить? Своего? Твоё? — тихо спросила она, не сводя с него глаз.
Марко замер. Потом резко сел. Галька звонко застучала, скатываясь с его живота.
— Ты… — он напряжённо всматривался в её лицо.
— Угу, — кивнула Ия. — Уже пять недель.
— О, боже! Сунце ти калайсано! — схватился он за волосы. Выдохнул, словно получил под дых. — Я… стану… — сглотнул, — отцом?
— Да, Марко, да, — кивнула Ия, первый раз видя его таким растерянным.
Он подтянул её к себе. Буквально сгрёб, так сильно обнял.
— Спасибо! Спасибо, спасибо, спасибо, родная моя, — шептал он. А потом вдруг резко встал вместе с Ией на руках и заорал, кружась вместе с ней: — А-А-А! Да! Да! Да! Я стану отцо-ом!
Порыв ветра подхватил его крик, разнося по всему берегу. А до них из открытых окон так внезапно и отчётливо долетело:
Всё, что нужно для любви — это женщина, мужчина и море.
Всё что нужно для счастья — дитя этой любви… и маленький домик на побережье…
Конец