Пастух для крокодилов (СИ)
- А чего тут думать, меня всегда Монахом звали. Не подойдет?
- Мона-ах? - сайбанец повертел это слово так и сяк, будто пробуя на вкус, затем озабоченная физиономия просветлела. -Пусть будет Кровавый Монах!
- Нет уж, я с такой кликухой на люди выйти постесняюсь. Просто Монах - звучит вполне загадочно.
- Вы так считаете? Пожалуй, у нас действительно развелось многовато "кровавых", "ужасных" и "смертоносных" - молодежь, в основном. Взрослому мужчине надлежит быть серьезнее, тут вы правы. Сделаем ставку на таинственность!
- Где ж ее взять?
- О-о, она проистекает из вашего прозвища! Все слышали про боевые искусства даосских монастырей, вроде Шаолиня, а вот Европа остается для многих здесь большой загадкой. Есть вещи, которые волнуют воображение: рыцарство, крестовые походы, инквизиция. Монастыри, наконец, скрытые в горах, где христианские монахи веками развивают и культивируют таинственные боевые приемы!
- Что-то я сомневаюсь, - хмыкнул Богдан, представив вышеописанную картину. - Если судить по фильмам, святые отцы в свободное от молений время ударяют всё больше по пиву, да вину! У них там целые подвалы имеются, набитые бочками. Хотя, если это нужно для имиджа...
- Это просто необходимо, - улыбнулся сайбанец. - На этом будет строиться ваша биография. Мальчик-сирота, родители погибли... ну, допустим, под лавиной в горах. Вас подобрали монахи, приютили, воспитывали, обучая своему стилю боя. Достигнув необходимого возраста, вы решили пройти особое испытание - отправиться в странствие по миру, чтобы бороться со злом и проповедовать. Наши бои нужны вам, чтобы заработать на пропитание, а затем следовать дальше, по избранному пути.
- В целом неплохо, - признал Богдан, подумав, что этакой "легенде" поверят даже сами европейцы, кроме, пожалуй настоящих монастырских людей. Человечество обожало сказки во все времена.
- Монашеское одеяние мы вам подберем сегодня же, на татами будете выходить с посохом, а перед началом боя произносить... ну, скажем, "Аве Мария"!
- Вообще-то я православный, - возразил Богдан без особой решимости, ибо в церкви за всю жизнь побывал пару раз, от силы.
- Как вы сказали?! - имиджмейкер вскинул брови. - Это греческая ветвь христианства, да? Что ж, так даже лучше - больше возможности для маневра. Загадочный человек чужой веры, непонятный как Востоку, так и Западу... вы знаете молитвы вашей Церкви?
- С этим сложнее, - почесал Богдан в затылке. - "Отче наш", разве что, хоть и с трудом.
- Прекрасно! Прочтете это на своем языке, осените себя крестным знаменем. Неплохо бы еще выбрить макушку, как делают монахи.
- Это называется "тонзура" и практикуется опять-таки у католиков. Меня лучше не уговаривайте!
- Ну что ж, вам виднее, - в глазах сайбанца отразились эмоции режиссера, которому актеры-бездари губят весь замысел. -Вам виднее, вы ведь родом из тех стран. На этом свою роль считаю исчерпанной, далее переходите в руки тренера.
Новый персонаж оказался, скорее, еще одним имиджмейкером, призванным "поставить характерные приемы". Сухощавый мужик с неспешными манерами и внимательным взглядом попросил Богдана раздеться по пояс, охлопал, мышцы помял. Обойдя вокруг, толкнул в плечо, но из равновесия вывести не удалось. Улыбнулся, ободряюще кивнул - тут же мощный удар в живот. Пресс Богдан напрячь успел (привык не верить улыбкам), но пошатнулся ощутимо.
- А мне отвечать можно? - спросил простецки, на что тренер покачал головою:
- В тебе есть бойцовский дух и самоконтроль, это главное. Сколько раз можешь отжаться на руках? Попробуй.
Богуславский попробовал. Сотню выжал - неплохо, учитывая, что месяц не тренировался. Потом попробовал поприседать. После, по просьбе того же тренера, на руки встал, побрел к дальнему концу зала и дошел почти...
- Санг! - сказал тренер, и бамбуковая занавеска взорвалась под броском быстрого тела. Первый удар снес Богдана на спину, пришлось кувыркнуться и встретить противника ногами. Тот отскочил, ощерился хищно.
- Стоп! - усмешка на губах тренера выражала явное одобрение. - Драться вам еще рано. Иди, Санг, готовься к вечеру.
Гибкий как плеть человек сменил боевую стойку на вольную, поклонился почтительно тренеру, а Богдану кивнул коротко, сощурив без того узкие глаза. Исчез за занавеской столь же быстро, как и возник.
- Я доволен тобой, европеец, у тебя хорошая реакция. Не даешь застать себя врасплох и всегда собран.
- Будешь тут, с вами... - проворчал телохранитель, ощупывая живот. Ничего, в общем, страшного - мышцы в момент удара были напряжены, а потому спружинили. - Это что ж, меня тут на каждом шагу такие сюрпризы ждут?!
- Больше нет. Я должен был проверить твои бойцовские качества, а главное - настроить на сегодняшний бой.
-Это как же?
- Тебе ведь больно, европеец? Санг крепко ударил тебя и сделал это с удовольствием. Сегодня ты сможешь наказать его.
- Понятно. Завтра следующий противник меня заранее дубиной по башке стукнет, чтоб я был совсем злой?
- Для начала, ты должен победить Санга. Честно тебе скажу, он слабый боец. На нем ты самоутвердишься, покажешь себя публике, а второй будет покрепче, из тех, кто уже выиграл по несколько боев. После того, как люди узнают тебя и начнут делать ставки, сойдешься с одним из наших чемпионов.
- Ясно. Что еще сегодня в программе?
- Сущие мелочи. Немного акробатики, эффектных выкриков и жестов.
- Да не владею я этим! Объяснял ведь вашему Мэтру!
- Другие тоже не владели. Те, кто занимался спортивными единоборствами и тратил время на красивые стойки, не годится для боев без правил. Здесь нужны такие, как ты, европеец, но с учетом зрительских пожеланий. Будем учиться всему на месте.
Учеба оказалась по-восточному нудной: бесчисленное количество повторений одного и того же, до отупения, до матерков, до тяжести в мышцах. Истины, внушаемые тренером, постепенно переставали фиксироваться, проваливаясь прямиком в подсознание. Тело работало почти "на автомате".
Через пару часов занудства предыдущий имиджмейкер приволок невесть где раздобытое монашеское одеяние.
- Шустро работаете, - оценил Богуславский, примеряя не то плащ, не то длинную рубаху темно серого цвета, из грубой шерстяной ткани. - А капюшон зачем? Православные монахи не носят, по-моему.
- Это мелочи, - отмахнулся имиджмейкер. - Капюшон нужен для той самой таинственности, на которую мы с вами сделали ставку. Выходит загадочный человек без лица, делает необычные ритуальные жесты...
- А потом публика видит мою простецкую физиономию и всем становится скучно. Цирк бесплатный, бляха-муха!
Имиджмейкер ушел и занятия продолжились. Час, два, три... сколько потребуется.
* * *
Гладиаторские бои - зрелище древнее, как сам мир. По мере приобщения к цивилизации человечество отказалось стыдливо от многих развлечений, запретило в большинстве стран, публичные казни, а кое-где и вовсе "высшую меру" отменило. Негуманно, знаете ли. Рыцарские турниры сменились спортивными поединками, где все чинно-важно-честно: ниже пояса не бить, упавшего не добивать, сопернику подать руку, признавая его победу. Многим и этого достаточно, но кое-кто жаждет погорячее. Корриду, например, где всё почти как ТОГДА - человек, зверь, кровь и смерть настоящая, неподдельная. Или бой без правил, где сталкиваются просто два человека, зато всерьез.
Богдан, выйдя на арену-татами ощутил себя мерзостно. Будто и не боец вовсе, а зверь дрессированный, обязанный драться ради чужой потехи. "А смотреть с трибуны нравилось?! Сидеть там по-хозяйски, с красивой девкой, наблюдать, как люди друг друга хлещут до полусмерти. Давай теперь, дерзай!"
- ...таинственный и грозный Монах, поклявшийся посвятить свою жизнь борьбе со злом! - вещал конферансье (или как его там?) тоном восторженно-экстатичным. Публика пока молчала, ни аплодисментами, ни даже свистом не баловала.