Княже мой, княже (СИ)
- Чезаре! – крикнул он.
- Да, сэр. Кофе готов.
- К чёрту кофе. Готовь костюм, быстрей.
Через полчаса наёмный экипаж доставил Энзо к готическому зданию, стоявшему на берегу реки. Шпили его, сделанные из серого гранита, казалось, угрожали копьями самому небу.
Снаружи здание венчало множество маленьких башенок, а стены пронизывали стрельчатые окна, украшали тонкие розетки и кружево каменной отделки карнизов.
Величественный каменный зал с деревянной кровлей на дубовых стропилах, служивший холлом, будто бы смотрел на него так же косо, как и охранники, стоявшие по углам. В тени высоких сводчатых потолков гуляли пронизывающие сквозняки. Огромная латунная люстра угрожающе раскачивалась над головой, но горели лишь неоновые свечи в витых канделябрах, развешенных вдоль стен.
Сам потолок был разделён на четыре части, и на четырёх полях, напоминавших серо-зелёную клетку Аргайлов, в полумраке виднелись гербы четырёх крупнейших кланов, основавших Альбион.
Несмотря на холод и полумрак, зал был полон народа, и множество людей, сбившись кучками, говорили о своём. Всё это скопление гудело как улей – или как Манахатский порт.
Переговорив с одним из охранников, он выяснил, что ему нужно записать своё имя и причину посещения на карточке, которую затем передадут Эвану – если, конечно, найдут его в одной из тысячи комнат парламента – и только когда тот подтвердит своё желание встретиться, ему можно будет войти.
Энзо скрипнул зубами и принялся заполнять карточку. В графе прихода он написал: «Медицинский вопрос».
Коронер ушёл, и добрых полчаса ему пришлось прождать, прежде чем тот вернулся назад и сообщил:
- Идите. Заседание ещё не началось.
- Куда?
- Он сказал подойти в Палату лордов. Это там.
Коронер показал рукой на одну из дверей, которая была распахнута. За ней было немного попросторней – было куда меньше людей, но и это помещение служило лишь приёмной.
В противоположной стене залы располагался ещё один дверной проём, по обе стороны которого стояли статуи политиков времён Старой Земли.
За следующей дверью не было почти никого - несколько человек, чинно расположившихся на своих местах. Сам зал был полукруглый, и зелёная дорожка, ведущая к королевскому трону, стоящему в торце, разделяла его пополам.
В центре палаты, чуть правее трона, стояло вырезанное из чёрного дерева кресло, предназначенное для спикера. А чуть выше и сбоку располагалась галерея для прессы. Переведя взгляд на другую стену, во время заседания находившуюся у пэров за спиной, Энзо увидел такую же точно галерею, но для гостей, к которым, по-хорошему, должен был бы относиться и он.
Окна зала были забраны витражами, на которых из разноцветных кусочков стекла были собраны клановые гербы – герб Аргайлов, конечно же, был заметен больше всего. А в нишах между окнами стояло восемнадцать бронзовых статуй – в чью честь их изваяли, Энзо не знал.
Потолок Палаты Лордов тоже покрывали изображения геральдических птиц и зверей. Стены были облицованы деревянными резными панелями, над которыми разместились фрески. Ряды скамей обтягивала выкрашенная в серый и зелёный цвет шерстяная ткань.
На столах, расставленных вокруг трона наподобие амфитеатра - ярусами и полукругом, стояли таблички с именами пэров. Только Энзо разглядел на одной из них фамилию Аргайл, как сзади послышался знакомый голос, от которого он едва не подпрыгнул до потолка.
- Главное – освободить наше общество от греха! Как вы не можете понять!
Чуть повернув голову, Энзо увидел у двери МакФолена собственной персоной, и размышлять у него времени не было – Энзо торопливо протиснулся за нужный стол и, пока никто не видел, шмыгнул под него. Он очень надеялся, что МакФолен пройдёт мимо, а может быть, и вовсе уйдёт, а сам он сможет спокойно дождаться Эвана – но ему не повезло. МакФолен действительно прошёл в центр зала и сел на одну из боковых скамей, с которых, безусловно, отлично смог бы увидеть его.
Энзо не успел даже прошипеть ругательство, когда чьи-то ноги в серых брюках перегородили ему путь обратно в проход, так что ему оставалось только сидеть и молча говорить себе, какой же он идиот.
Прошло несколько минут, и зал стал наполняться людьми. Ноги то исчезали, то появлялись опять, и их становилось всё больше – пэры занимали свои места. Одна пара ног подошла так близко, что Энзо с трудом увернулся от пинка, и, более того, владетель их устроился прямо над ним.
Какое-то время Энзо сидел не дыша, боясь шевельнуться. Но потом спикер начал объявлять порядок ведения заседания, и Энзо понял, что ещё немного - и он попросту уснет. Он осторожно высунулся из-под стола рядом с затянутым в черные брюки коленом и тут же напоролся на ошарашенный взгляд Эвана.
- Энзо?! – выдохнул тот.
- Привет.
Энзо помолчал.
- Я к тебе пришёл.
Эван молчал. Мужчина, сидевший слева и чуть спереди, окликнул его:
- Князь Аргайл… - и Эван стал что-то отвечать. Энзо не слушал что.
Он осторожно развёл колени Эвана в стороны и устроился между них. Так, по крайней мере, он мог быть уверен, что его не заденет и не заметит никто другой.
Эван продолжал разговор. Только рука его опустилась под стол, погладила Энзо по затылку, притягивая ближе к себе. Напора в этом движении не было, но Энзо подумал, что это вполне мог бы быть намёк. «По крайней мере, это поможет скоротать время», - подумал он и, придвинувшись к Эвану плотнее, расстегнул молнию у князя на штанах.
Эван вздрогнул. Крепче стиснул загривок Энзо, на котором лежала его рука и попытался было заглянуть под стол, но не смог. Энзо тем временем сдвинул вниз белое бельё и осторожно взял ещё мягкий член в рот. Эван что-то зашипел и впился в него пальцами сильней, однако, что бы он ни собирался сказать, член его стремительно твердел. Если бы Энзо мог забраться не только в брюки Эвана, но и в его мысли, он бы обнаружил, что у того перед глазами стремительно поплыло.
- Торговля в обход Ветров освободит деньги, которые могут быть направлены на создание научных исследовательских центров и программ по началу восстановления фармакологии и медицинской аппаратуры, - вещал знакомый голос МакФолена из-за трибуны.
- Все мы знаем, что с гибелью Земли все достижения высоких технологий исчезли, и мы практически вернулись в начало времен. Те колонии на Марсе, что сумели спасти человечество как вид, к сожалению не располагали аппаратурой во всем ее разнообразии, а та, что у них была - с временем пришла в упадок из-за отсутствия резервных частей. Инженерные центры по разработке, складовые базы и сервисные службы находились на Земле - все это ушло в небытие…
Мы стоим опять в начале - как и многие сотни лет назад стояли наши предки. Тогда развитие медицины резко шагнуло вперед с выделением средств на научные исследования, организацией крупных центров и применением разных научных открытий в целях создания аппаратуры для лечения людей.
Нам необходимо увеличить количество студентов по инженерным и научным специальностям. Безусловно, преобладающее сейчас количество юристов, историков и священнослужителей необходимо нашему народу - мы не можем допустить несоблюдения законов, не должны забывать нашу историю и должны поддерживать в народе веру.
Но создание новых машин, новых технологий - не их сфера. Да что там… Мы сейчас даже не можем хотя бы восстановить то, что позволило нашим праотцам организовать колонии на Марсе. Даже звездолеты мы покупаем у кочевников, так как они не предоставляют нам технологии для их производства, – продолжал МакФолен, а Энзо сгрёб яички Эвана в ладонь и принялся перекатывать их, не забывая облизывать член как леденец.
Пальцы Эвана то впивались в его шею, то напротив, начинали ласково поглаживать волосы, а Энзо продолжал сосать – неторопливо и тщательно, облизывая каждый дюйм и иногда оттягивая кожицу зубами. Ему вдруг вспомнился тот, первый раз, когда Эван сам заставил его отсасывать вот так же, и когда Энзо было до боли обидно оттого, что князь в эти минуты не думает о нём.