Княже мой, княже (СИ)

Энзо покраснел ещё сильнее и невольно коснулся языком губ.
- Честно говоря.. Я никогда не курил… Потому мне трудно сказать.
- Хорошо, что хотя бы этот грех миновал вас! Но, мистер Лучини, я знаю, чем мучима ваша душа.
- Да?..
- Вы всё ещё можете покаяться, клянусь вам. Вы всё ещё можете обратиться к Ветрам…
- Леди Катрин…
- Я дам вам прочитать ту книгу, которая открыла истину для меня. Хотите?
- Очень хочу! Только позвольте мне сначала умыться. Уверен ммм… Грязные прикосновения моих рук не будут угодны Ветрам.
- Вы начинаете понимать…
- Да! – Энзо наконец удалось обогнуть её и подняться на несколько ступенек вверх. - Если вы позволите, я навещу вас – и мы обо всём поговорим ещё раз. А сейчас мне нужно бежать.
Энзо торопливо простучал каблуками по ступенькам и, только завернув на третий этаж, перевёл дух – однако, надолго успокоиться ему не удалось. Стоило ему сделать несколько шагов по коридору, тонущему в полумраке, как он увидел перед собой пышный силуэт леди Изабель – она стояла перед дверью в его комнаты, скрестив руки на груди.
- Леди Изабель… - Энзо поклонился, и леди милостиво кивнула ему. – Я заставил вас ждать?
- Да. Я видела, как вы въезжали во двор. Князь снова провёл с вами целый день?..
- Ему нравится говорить со мной об искусстве… Он очень любит красоту.
- Это я тоже успела понять, - леди Изабель фыркнула и чуть задрала в сторону нос, - вы поговорили с ним про бал?
- Я заводил этот разговор. Зато вы, как я понял, в деталях обсудили свои догадки с леди Катрин.
- Не в моих правилах разводить сплетни, - леди Изабель ещё выше задрала нос. – Так что? Я могу приглашать гостей?
Энзо поджал губы.
- Леди Изабель, - медленно произнёс он, - я понимаю, что это, скорее всего, не моё дело. Но вы не замечали, что князь чувствует себя не очень хорошо?
- И что?
- Возможно, сейчас не самый лучший момент, чтобы устраивать бал?..
- Я сожалею, но времени не так много. И, мистер Лучини, хочу вас уверить, что с организацией бала я справлюсь. В начале ноября приезжает Конахт. Будет просто замечательно, если и он получит удовольствие присутствовать на балу. Так что его проведение просто необходимо именно сейчас
Энзо вздохнул. Он заводил с Эваном разговор о бале всего раз – и когда тот дал понять, что не желает развивать эту тему, настаивать не стал. Он прекрасно видел, как Эвана беспокоят разговоры о семье.
- Вы, видимо, плохо поняли меня…
- Что тут происходит? – голос Эвана, прозвучавший сзади, прервал их разговор.
- Князь Аргайл, - леди Изабель больше не смотрела на Энзо. Она расплылась в улыбке и присела в глубоком реверансе. – Мы как раз говорили о вас.
- Неужели?
- О том, как милостиво с вашей стороны было бы устроить обещанный мне бал. Это успокоило бы всех, кто слишком много разговаривает у вас за спиной вместо того, чтобы вытирать пыль.
Эван остановился у Энзо за плечом. Он тяжело дышал после того, как преодолел три этажа, и голос его слегка хрипел. Он стоял так близко, что Энзо чувствовал его бешено бьющееся сердце спиной.
- Да подавитесь вы, - процедил он, опуская руку Энзо на плечо, - приглашайте кого хотите. Но чтобы больше я не видел, как вы заводите разговор с гостями, которых пригласил я.
- Очень хорошо, - Изабель снова обиженно задрала нос и простучала каблучками прочь. Только когда она исчезла за поворотом, Эван, не выдержав, привалился спиной к стене и закашлялся. Энзо торопливо подхватил его и, прижав к себе, погладил по голове.
- Я могу помочь? – полушёпотом спросил он.
Эван покачал головой.
- Я.. – он снова закашлялся и только поднял перед собой трость – Энзо понял, что забыл её во дворе.
- Спасибо вам, - перехватив руку Эвана, державшую аксессуар, он поцеловал его запястье, - князь, этот кашель… когда он, наконец, пройдёт?
Эван закрыл глаза.
- Может быть, вам прекратить прогулки? Или съездить, скажем, в Кармадон?..
Эван только покачал головой.
- Тогда, может быть, вы позволите… - Энзо закусил губу, - отец учил меня делать чай. Может, он сможет помочь?…
Эван поднял на него усталый взгляд, в котором отчаяние мешалось с нежностью и непреодолимой тоской.
- Я буду пробовать его сам, если вдруг вы не доверяете мне…
- Энзо… - Эван притянул его к себе и губами коснулся виска. – Хорошо. Я буду благодарен тебе.
Энзо запрокинул голову и, поймав его губы, быстро поцеловал.
- Зайдёте ко мне? – спросил он, жадно глядя Эвану в глаза, но тот покачал головой.
- Потом. Я сегодня устал.
И, высвободившись из его рук, Эван побрёл прочь.
========== Часть 28 ==========
В назначенный день весь дом был поставлен с ног на голову с самого утра. Слуги, в обычные дни старавшиеся не показываться господам на глаза, так и мельтешили туда-сюда. Целый день кухонная прислуга стояла у плит и вдоль больших разделочных столов. Как солдаты на построении, кухонные девушки выполняли команды кухарки одну за другой – резали овощи, разделывали мясо, ощипывали птиц. Ближе к вечеру, когда всё уже было нарезано, кухарка сама взялась за нож и принялась выкладывать почти готовые кушанья на блюда, украшать их и передавать горничным, которые выстраивали блюда в ряд на длинном столе, чтобы тут же лакеи, подхватив их, уносили к хозяйскому столу.
Всего ужин насчитывал двенадцать блюд: суп из мяса ягнёнка, сваренный на медленном огне, угри в соусе «Глостер», филе морского языка и запеченный лосось, паровые устрицы и золотистая треска, паштет из копчёной рыбы и почки с шампиньонами, язык жареный в сухарях и много чего ещё.
Понукаемые окриками экономки, горничные торопливо заканчивали натирать воском пол в бальной зале и других комнатах первого этажа. Лакеи в ливреях из зелено-серого тартана - семейных цветов Аргайлов - и кланмены в такой же расцветки килтах, обеспечивавшие охрану хозяина, затаскивали в залу последние кресла и диваны, а в столовую – дополнительные столы. На возвышенности, в нише между окон, пробовали свои инструменты приглашённые музыканты. Везде, где только можно, у стен были расставлены и развешаны дополнительные светильники, перемежавшиеся с букетиками цветов – особым шиком считалось устроить всё так, как было «на старинных балах», и потому мощность лампочек была минимальной - как в первые годы их употребления, а требовалось их больше в несколько раз.
В соседней комнате четверо горничных накрывали столы – для желающих выпить чаю и перекусить, пока не закончился бал. Для пожилых гостей лакеи готовили карточную и музыкальную комнаты, зато двери в библиотеку, из которой можно было попасть в княжеский кабинет, были заперты на семь замков – гостям, конечно же, незачем было читать. Несколько туалетных комнат было оборудовано отдельно для джентльменов и для дам.
Солнечные лучи мерцали, отражаясь от натёртых до блеска паркетных полах. Цветы и горки, пирамиды и китайские фонарики украшали коридоры тут и там.
Леди Изабель, немного уставшая, но довольная, проверяла парадные комнаты одну за другой. Следила за тем, чтобы никто ни о чём не забыл: дворецкому она напоминала о праздничных ливреях для лакеев, садовнику – о цветочных гирляндах, которыми следовало украсить парк, домоправительнице по памяти пересказывала список и порядок подачи блюд. Только удостоверившись, что всё будет ровно так, как хочет она, леди стала подниматься на второй этаж, чтобы при помощи двух горничных надеть заранее приготовленный наряд.
Энзо о подобных вещах абсолютно не переживал. Он по-прежнему вынужден был ограничиваться двумя костюмами, которые привёз с собой – за всё время, проведённое в поместье, Эван не отпустил его от себя и на несколько часов, так что ему просто некогда было пополнить гардероб. К вынужденной сдержанности он относился философски и даже, взяв в руки стёклышко, усилил несколько потёртостей, украшавших фрак. Сорочка его была белоснежной как всегда, и он выбрал самый простой из платков, чтобы показать, что ему абсолютно всё равно – на принятие этого решения, по подсчётам Чезаре, ушло примерно полтора часа.