Княже мой, княже (СИ)

Терзаемый этим чувством, он уже собирался было выйти, но снова скрип двери остановил его.
Обернувшись, Эван увидел перед собой юношу лет восемнадцати на вид, немного не выспавшегося и одетого в белый ночной костюм.
Юноша чуть испуганно смотрел на гостя большими синими глазами и комкал в пальцах кончики рукавов.
- Вы пришли за мной? – спросил он.
Эван кивнул, и юноша закусил губу. Секунду он стоял неподвижно, а затем шагнул вперёд, и когда губы его оказались совсем рядом с ухом Эвана, зашептал:
- Это будет очень больно, господин?
Эван молчал.
- Пожалуйста, господин… Будьте осторожны со мной…
Эван решительно отодвинул юношу от себя и вышел в коридор, хлопнув дверью за спиной.
Ему было душно. Душно ото всего. Не обращая внимания ни на растерянно смотревшую ему вслед Фузур, ни на племянников, пытавшихся догнать его, Эван спустился на первый этаж и, миновав сад, направился прочь, к основанию гор.
Фузур проследила за ним взглядом и, войдя в комнату с жёлтыми драпировками, раздражённо хлопнула дверью.
- Ну и как это понимать? – зло спросила она.
Мальчик, с которого уже слетели и сонливость, и мнимый страх, забрался на кровать с ногами и зевнул.
- Я старался… - сказал он. – Он просто какой-то… не такой.
Фузур подошла к нему вплотную и, взяв за подбородок, оглядела со всех сторон.
- Ты становишься слишком стар, - сказала она. – Придётся отправить тебя в другой бордель.
Глаза юноши широко распахнулись, являя новую порцию страха.
- И не хлопай глазами. Со мной эти штучки не пройдут.
Той ночью Эван так и не вернулся в дом. Он с упоением представлял себе, как, должно быть, Кестер и Линдси поднимают тревогу в лечебнице и собирают людей на поиски – и не ошибся. Уже под утро, сидя в башне Кровника на подгнившей деревянной лежанке, он наблюдал через дыру в стене, как цепочка людей с факелами движется по горной тропе.
Уже на рассвете он вернулся в свой особняк, приказал приготовить ванну и, поплескавшись немного в пенной воде, позвал племянников к себе.
- Я понял, что не смогу излечиться, - сказал он.
Племянники молча смотрели на него.
- И решил написать завещание, - продолжил он.
Кестер и Линдси подались вперёд.
- Сегодня я отправляюсь обратно на Альбион. Пусть там приготовят все необходимые бумаги. Полагаю, вас обоих интересует, кому я оставлю титул, земли и концерн?
Кестер и Линдси остались неподвижны, но на лицах их красноречиво отражался волновавший их вопрос.
Эван усмехнулся.
- Что ж… Всё это получит тот, кто до конца недели привезёт мне мальчика из клуба в Манахате, который не даёт мне покоя. Он должен быть живым. Здоровым. И должен хотеть провести со мной оставшиеся полгода. Как вы это сделаете – мне всё равно. А теперь выйдите. Я хочу отдохнуть.
========== Часть 18 ==========
Небольшой кораблик содрогнулся, отталкиваясь пламенем дюз от мягкой поверхности земли, покачнулся, отыскивая собственный, нужный градус поворота, и двинулся перпендикулярно вверх.
Кестер и Линдси Аргайлы молча следили за показаниями приборов, не замечая ни скал, медленно уползавших вниз, ни облаков, укрывающих корабль пушистой пеленой.
Только когда корабль поднялся на орбиту и, развернувшись, направился к фиолетовой полоске космического ветра, искрящейся далеко на границе системы, Линдси нарушил царившее молчание:
- Хорошо, что он, по крайней мере, разрешил взять клипер. Мы могли бы тащиться до Манахаты целый месяц.
Кестер усмехнулся и покосился на него.
- Как думаешь, почему он это сделал? Ему просто не хочется столько ждать.
Линдси пожал плечами.
- Только не говори, что ты ожидал чего-то другого.
Кестер промолчал. Он отвернулся и, взявшись за штурвал, принялся медленно заводить клипер в поток фиолетовых частиц. Далеко справа по борту проплывали оранжевые шары планет системы Кармадон.
- Придержи левое крыло, - приказал он.
Линдси послушно сдавил рычаг, и через несколько секунд корабль окончательно лёг на курс – фиолетовый вихрь закружил его, подхватил как ветер песчинку и, вращая, потащил прочь.
С минуту понадобилось внутренним системам гравитации, чтобы справиться с изменением режима, и только после этого оба Аргайла смогли глубоко вдохнуть и отклеить головы от подушек.
- Что это, по крайней мере, за клуб? – спросил Линдси.
Кестер молчал, делая вид, что полностью занят управлением, хотя в этом уже и не было нужды.
- Это же не то, что я думаю?
Ответом ему снова была тишина.
- Исторический клуб?
- Да.
Линдси присвистнул.
- И какого из мальчишек мы должны забрать? Или он хочет, чтобы мы приволокли ему целый гарем?
- Почему бы и нет? Будет менять их по одному в день.
- Серьёзно, Кес. Ты понимаешь, о чём он говорил?
- Думаю, да.
- И?
Кестер пожал плечами и встал, намереваясь удалиться к себе. Вопросы Линдси его раздражали. Трудно было поверить, что тот не понимает, в чём суть условий, которые поставил им великий князь.
- Он пару ночей снимал там какого-то парня. Может быть, речь о нём? А впрочем, узнаем, когда прилетим.
Он отвернулся и, щёлкнув тумблером, открывающим переборку, скрылся в темноте коридора.
Линдси остался сидеть за пультом. Он задумчиво постучал кончиками пальцев по металлической панели. Ежу было понятно, что Кестер что-то скрывал. Видимо, решил в одиночку сорвать куш.
- SWW, поиск. Манахата. Персонал «Исторического клуба».
На экране высветилось несколько десятков имён.
- Расширенный поиск. Персонал «Исторического клуба» младше 25 лет.
Убедившись в том, что в новом списке те, кто в самом деле мог заинтересовать Эвана Аргайла, Линдси взял в руки планшет и принялся его изучать.
Сутки потребовались клиперу «Тысячекрылая куропатка», чтобы приземлиться в порту Манахаты, и к тому времени, когда шасси ударились о металл мостовой, набор информации, которой обладали Кестер и Линдси, был достаточно схож.
Больше никто из них не задавал вопросов другому.
Линдси направился было к терминалу, где можно было взять на прокат гравиплатформу, и, заметив это, Кестер ему кивнул:
- Разделимся, - предложил он. – Я заеду к губернатору. Он знает там всех парней.
Линдси подозрительно хмыкнул.
- Хорошо, - сказал он, однако, как только Кестер повернулся к нему спиной и отошёл достаточно далеко, последовал за ним.
Он проводил кузена до широкой трассы, где тот запрыгнул на заднюю площадку муниципальной гравиплатформы, отметил мысленно, какой тот выбрал маршрут, и, посмеиваясь про себя, вернулся к терминалу заказа машин.
Следующие три часа он проклинал свою непроходимую тупость, сидя за рулём и щёлкая переключателем радиостанций за два десятка метров от светофора, и наблюдая, как муниципальные платформы одна за другой проносятся по выделенной линии мимо него.
Кестер добрался до здания клуба примерно через час – на всякий случай он сделал пару пересадок, чтобы Линдси не смог проследить его путь.
Однако картина, которая предстала его взору ещё на площади, всерьёз озадачила Аргайла, если не сказать, поставила в тупик: газоны перед клубом были осыпаны крошкой из битого стекла. Большая часть окон уже была заново остеклена, однако последние два ещё ожидали своей очереди: бригада рабочих курила тут же, у ограды, помятой в нескольких местах и сверкающей заплатами силовых линий в местах прорывов. Дверь тоже была выбита, и целых трое швейцаров, не скрывая висевших на бёдрах кольтов, стояли перед ней стеной.
Присвистнув, Кестер подошёл к ним и тут же спиной почувствовал, как ещё два пистолета, щёлкнув затворами, берут его на прицел.
- Меня зовут Кестер Аргайл, - произнёс он, на всякий случай поднимая руки, - можете посмотреть документы в переднем кармане пиджака. Или сразу же отведите меня к управляющему. Кто тут за главного?