Пыль (СИ)

Питер
Кислый запах доносился ещё на подходе к городу, но сам город, во всём своём величестве, был умопомрачительно прекрасен. Наверно организм не так быстро бы привык к смраду, если бы мозг не был увлечён красотами этого города. На Здала в оранжевом комбинезоне и Итгора в камуфляжной экипировке никто не обращал внимания.
— Покупайте рыбу.
— Лучшая пища нашего века…
— Спасает от радиации…
— Помогает сохранить мозги от разрушения…
— Оберегает от плохой атмосферы, нечистой среды…
Говорили утробными голосами продавцы угольно чёрных камней. Кто-то из продавцов пытался сказать громче, кто-то пытался говорить чаще, это было заметно по неуловимой мимике их лиц, но ни у кого ни того ни другого не получалось.
Здал с Итгором подошли к одному из продавцов:
— Покупайте рыбу у меня, — сказал сумрачно бледный продавец, — Едят рыбу нормальные люди, пойманную на экологически чистых глубинах, там, где низкий радиационный фон. Я поймал рыбу в заводи, про которую никто больше не знает. Потому что я никому не сказал. Покупайте рыбу. Покупайте рыбу. Лучший способ чистки от радиации. — что за способ? — спросил Здал.
— Жарим. Радиация оседает на чешуе поэтому при ловле рыбы, надо вовремя содрать с неё шкуру и обжарить. Радиация испаряется при термической обработке. Так Митрий Сикулин говорит. Покупайте рыбу.
— Митрий Сикулин говорит… Мы как раз его ищем. Где нам его найти?
— Проблема его найти? Покупайте рыбу.
— Можно, я бы перекусил. — Сказал Здал, почувствовав на себе взгляд Итгора.
Итгор посмотрел на обжаренный до черноты ломоть:
— Это рыба, жаренная? — он ткнул пальцем в кусок угля.
— Это обжарка. Внутри ещё горячая рыба.
— Ладно, что у вас за деньги?
Продавец замер.
— Обмен. Что вы хотите? Эй проснись…
— Мне кажется мы здесь единственные покупатели. Они здесь годами сидят по непонятной инерции.
— У меня есть папиросы. Манятся будешь?
Итгор повернулся к Здалу.
— Не разу не видел, что б ты курил.
— Да это я раньше, по пути… А сам я не… Тебя угостить чтили?
— Травы нарвать и в бумажку завернуть я и сам смогу. Будешь курить последних мозгов лишишься.
— Да иди ты не курю я.
— Ну что, обмен? Ещё есть топор…
— Дай. — Продавец рыбы выхватил из рук Здала топор, — Папиросы дай. — потребовал продавец.
Здал обменял хлам на кусок угля, внутри которого по заверениям продавца, запечённая рыба и информацию. Митрия Сикулина оказалось найти очень просто, надо было всего лишь идти прямо по мостовой пока он сам не покажется.
Руки Здала были черные, рукава оранжевой куртки тоже были в угольной саже, но Здалу всё же удалось разломить кусок каменного угля. Внутри ничего не обнаружилось.
— Это что? Итгор нас обманули!
— Повторяю: у этих продавцов мозги промыты они потеряли счёт времени и сидят там неизвестно сколько. Даже если бы тебе и продали что-то похожее на рыбу, съесть это я бы тебе не дал. Если ты хочешь есть, у нас припасов ещё на несколько дней, сегодня мы уже ели. Терпи до завтра.
Пройдя через двойную арку, украшенную золотом, до слуха донёсся, усиленный эхом площади, голос:
«Каждый человек изначально прикован к этой земле, он узник жизни от рождения. Ибо никто не способен выпотрошить свой желудок или выдрать из себя эти (свои) лёгкие. Как не в силах утолить вечную жажду вкушать воздух и пищу.
Все вы узники, ибо ничто не может быть свободно в мире.
От рождения, женщины вынашивают детей в утробе своём, словно в клетках, и до смерти.
Даже жизнь птицы, свободно парящей в небе, зависит от взмаха крыла. Ибо, окутывая её фигурку притяжение земли тянет…»
Высокий и тощий Митрий Сикулин, он был похож на обглоданный рыбий скелет, завораживающе говорил во всеуслышание площади. Заметив подошедших, он обратил к ним своё послание:
«А вы! даже, не задумываясь убиваете живое. Все действия ваши ничтожны. Ещё не родившись вы впитали, жадно, грехи своих матерей. Вы пожираете жизнь. Богу стыдно за вас, и хочет он сделать вас чище.»
— Это он про тебя Итгор.
Пропустив каверзу Здала мимо своего внимания Итгор обратился к проповеднику:
— Нам нужна помощь вашего войска.
Сикулин немо взирал со своего постамента на пришлых.
— Приветствуем Вас от имени Гесолина Московского главы правления. Мы прибыли чтобы сыскать вашей помощи в войне с Армией уже-нелюдей. Генерал угрожает нападением на Москву, а после захвата Подмосковья угроза встанет перед Питером. На вооружении Армии уже-нелюдей военная база с огромным количеством вооружения. Единственный выход, мы должны общими силами покончить с ними пока они сами не решили покончить с нами. Скажу от себя лично: на моих глазах Армией уже-нелюдей был уничтожен город до основания. Нужна ваша поддержка. — Здал проговорил на одном дыхании.
— Хорошо. Я понимаю, но… — глухо произнёс Сикулин.
— Армия уже-нелюдей набирает силы. Скоро будет поздно. — Здал прервал только начавшую тянутся речь Митрия Сикулина.
— Но вы должны меня слушать. Есть в моём городе подземная структура. Там живёт также много людей, как и в моём городе. Прежде всего нужно разобраться с ними, а потом думать о войне.
— Но уже-нелюди на подступах…
— На помощь вы можете рассчитывать только если поможете мне. Если вы станете спасителем моего города, то и во мне вы найдёте помощь.
— Это не наш враг, а наш! То есть наш — общий. «Армия» пройдёт, захватывая всё на своём пути, а там: монстры, мутанты, людоеды.
— Вашу тревогу я разделяю. Ну хорошо, но войска у меня мало и пока есть проблема никто из Питера не выйдет. Включая вас. Решите мою проблему и у вас появится дополнительная армия в подмогу в вашей войне.
— Надо ещё посмотреть годятся ли те люди для войны.
— Для войны годятся любые. — Сказал Итгор.
— Вам удастся уговорить губернатора подземной структуры, Лёзю Метостоя, заключить пакт «Согласия и примирения» и мы выступим огромной непобедимой силой.
— Вот почему Гесолин отправил тебя на задание вместе со мной.
— Чтобы проверить меня.
— Нет. Потому что ты умеешь складно говорить. Гесолин разглядел это в тебе. Вот только он не разглядел, что других талантов у тебя нет.
* * *
Они спустились по длинной лестнице, Здал неоднократно повторил, что этим грязным ступеням не будет конца. Они будто погрузились в сырую темноту и если наверху вонь витала в воздухе, то здесь её надо было пить носом. Жидкий воздух насытил организм и постоянно хотелось отлить.
В кругу тускло освещённом оранжевым костерком сидели двое. Бороды запутывались на их лицах оставляя лишь мерцания огня в маленьких глазах.
Молча и угрюмо сторожа бросили взгляд на подошедших. Затем поднялись и направились в темноту, по-прежнему не проронив ни слова Итгор и Здал последовали за ними. «Двигаться цепочкой.», — приказал Итгор. Он насторожился и не отвечал Здалу, когда тот восторгался местом, в которое их вывели сторожа. Хоть после города «Святой надежды» Здал и перестал удивляться многому, всё же его поразило увиденное.
Из мрачной глубины падал тусклый свет и ложился на улицу между высившимися горами нагромоздившихся друг на друга лачуг.
— Куда идти…? А где эти товарищи? — удивился Здал, а Итгор по своей профессиональной привычке шуметь не стал.
Конвоиры, шедшие за спинами Здала и Итгора испарились, также безмолвно, оставив гостей по среди мрачно освещённой улице.
— Щщ… Сначала надо оглядеться. — спокойным голосом, не нарушая своим баритоном тишину произнёс Итгор.
Муравейников было три или четыре — невозможно было разглядеть целостной картины города в тусклом освящении. Не было видно потолка или того что удерживало бы над городом метрополитена тонны земли и улицы «Питера». Была только бесконечная тьма над головами.