Там, где начинается море

 — Почему ты так смотришь? — тихо спросил Данила.
 Вокруг уже расставляла свои сети чарующая ночь. Возможно, времени ещё было немного, но в открытом море всё немного иначе.
 Майкл отставил бокал, протягивая ладонь и касаясь прохладными длинными пальцами худой щеки брюнета.
 — Не могу подобрать слов, — хрипло шепнул.
 У Данилы похолодели руки, сердце пустилось в скач. Неужели всё это происходит в действительности?
 — Тогда пой.
 — Что? — удивился Фассбендер, пальцы его замерли на чужой скуле.
 — Ну, если нет слов — можно петь, — слегка розовея от стыда, отозвался русский.
 — Ах, вот оно что… Ну, хорошо.
 Резко поднявшись на ноги, ирландец заставил Козловского вздрогнуть от неожиданности.
 Пройдя к управлению, он развернулся лицом к русскому и… запел:
 — Shall I stay. Would it be a sin? But I canʼt help falling in love with you.
 — У тебя классно получается, — посмеиваясь, Данила откинулся на локоть, с наслаждением слушая исполнение.
 Take my hand 
  Take my whole life too 
  But I canʼt help falling in love with you 
  As the river flows 
  gently to the sea 
  Darling so we go 
  Some things… 
 Голос Майкла звучал сладко, пленил, уносил в какие-то далёкие загадочные страны. А эта россыпь звёзд на чернеющем небе напоминала рассыпанный жемчуг на бархатной ткани. Яхта медленно скользила по волнам и пение Фассбендера таяло посреди этого вечного прекрасного покоя.
 Допев, ирландец посмотрел в карие глаза серьёзно, изучающе, как бы спрашивая разрешения.
 Данила не отвёл взгляда.
 И это всё решило.
 Актёр медленно приблизился к своему спутнику, стягивая по пути футболку и отбрасывая её. Козловский забыл, как дышать, рассматривая светлую кожу на подтянутом торсе. Ему хотелось прикоснуться к этому мужчине и будь, что будет.
 Ничего не произнося, Фассбендер осторожно опустился на русского, упираясь на ладони по обе стороны от его головы. Даня улёгся удобнее, кладя руки на грудь ирландца и ощущая стук его сердца.
 — Ты хочешь?.. — хрипло выдохнул Майкл в чужие губы, наклоняясь непозволительно близко.
 — Ничего не говори…
 Судорожно выдохнув, Фассбендер приник к губам своими, утягивая парня в сладострастный поцелуй. Язык проник в горячую полость рта, встречаясь с чужим. И оба мужчины застонали, целуясь глубже и жарче.
 Данила понимал, что с этого момента всё в его жизни поменяется. Он не сможет встать и вернуться домой, улыбаться Алине и вести себя так, словно всё чудесно.
 Это начало чего-то нового. Пугающего и прекрасного.
 Майкл разорвал поцелуй, тихо рыча. Какое-то время гладил грудь брюнета сквозь ткань футболки, а после аккуратно стянул её с него. Козловский не противился.
 Сбивчиво дыша, он потянул вниз шорты актёра вместе с бельём. Тот сладко улыбнулся, ногами помогая стянуть ненужные элементы одежды, а после проделал это же с Даней.
 Выпрямив спину, Майкл шире развёл ноги русского, рассматривая его обнажённое тело. И без того уже возбуждённый член стал ещё твёрже, на головке проступили первые капли смазки.
 Козловский томился под пожирающим взглядом ирландца, боясь пошевелиться. У того была роскошная атлетическая фигура, крепкие ноги, сильные руки… Невольно Данила задержался взглядом на половом органе Фассбендера. Большой и ровными красавец изнывал от желания, прося ласки. Зрелище неимоверно возбуждало.
 — Ты очень красивый, — шепнул Даня, блестя глазами, будто бы только что залил в себя бутылку виски.
 — Ты тоже, — на выдохе отозвался ирландец и склонился над животом партнёра, начиная покрывать его влажными поцелуями.
 Спускаясь ниже, он выцеловывал каждую попадающуюся родинку. А после целовал лобок, заставляя Данилу судорожно вздрагивать и запускать пальцы в чужие волосы.
 Ему казалось, что он сейчас кончит.
 И, будто прочитав эти мысли, Майкл взял бутылку с вином, шире отводя в сторону правую ногу Данилы, согнутую в колене.
 Его взору открылся крепко сжатый розовый анус. Сердце заколотилось в ушах, а пах свело от острого желания. Поднеся бутылку ближе к крепко сжатой дырке, мужчина щедро плеснул на неё алкогольного напитка.
 Козловский громко застонал, сжимая ладони в кулаки и прикрывая глаза.
 — Тебе хорошо?
 — Д-да…
 Сглотнув, Фассбендер зачарованно рассматривал отверстие, а после осторожно ввёл в него одну фалангу указательного пальца. Русский зажался, ахнув.
 — Тише, сладкий, тише, всё хорошо, — успокаивающе шепнул ирландец, поцеловав левую ягодицу парня, а палец тем временем проходил дальше, несмотря на сопротивление.
 Данила знал, что нужно расслабиться, но у него плохо выходило.
 Обхватив ладонью стоящий член, он принялся надрачивать себе, ощущая, как к первому пальцу присоединяется второй, слыша, как его прекрасный любовник шепчет что-то успокаивающее.
 — Позволь мне… войти в тебя, — захрипел Фассбендер, пьяно блестя глазами и аккуратно пропуская в анус третий палец наполовину.