Там, где начинается море

 И чем больше мужчина думал о нём, тем сильнее становилась боль.
 «Полечу в Лиссабон. Найду. Поговорю по-мужски» — решил он. Отбросив скомканный бумажный диск, поднялся, и пошёл на выход из трейлера, по пути забирая телефон со столика.
 Выйдя на улицу, он тут же прищурился из-за яркого палящего солнца.
 Проведя пальцем по экрану, Фассбендер в сотый раз набрал номер Козловского.
 «Абонент недоступен или находится вне зоны действия» — заявил равнодушный голос.
 Майкл стиснул зубы и отнял телефон от уха. Хотелось расхерачить его к чертям.
 — Приятель, мне кажется, настало время поговорить, — произнёс Джастин, появляясь буквально из ниоткуда.
 Впрочем, Фассбендер совсем не интересовался, что происходит вокруг и есть ли кто-то рядом.
 Слабо попытался улыбнуться, взглянув на коллегу:
 — Ты снимаешь меня с роли?
 — Нет. А надо бы. Ибо ты сегодня такое бревно, — рассмеявшись, режиссёр похлопал его по плечу, — объясни, что с тобой творится? Ты сам не свой.
 — Да всё в порядке.
 — Твои глаза, твоя мимика выдают тебя. Ты ведь знаешь, что я всегда готов тебе помочь, правда? — Джастин сжал плечо актёра, становясь абсолютно серьёзным.
 — Я не могу об этом говорить. Я…
 — Проблемы на личном? — понимающе улыбнулся Курзель.
 — Да, — растерянно ответил Майкл, — он исчез и я не знаю, что мне делать. Вернее, знаю… Надо лететь, искать его…
 — Только не в таком состоянии. Идём-ка, выпьем.
 Не дожидаясь реакции ирландца, Джастин обнял коллегу за плечи и повёл в сторону дороги. Подальше от места съёмок.
 В баре Майкла совсем развезло.
 Он перебрал с бренди и взялся за виски.
 Нелепо шутя в компании каких-то незнакомых людей, он казался человеком совершенно отчаявшимся.
 Один раз даже поднялся и грубо развернул к себе лицом брюнета, так похожего на Данилу. Увы, это оказался не он.
 Потом он каким-то образом добрался до гостиницы, где остановился. Кто его привёз — не помнил.
 Развалившись звездой на холодной двуспальной кровати, он снова и снова покручивал в голове те замечательные мгновения, что они провели вместе с русским.
 Где он теперь? С кем?
 Пьяное воображение рисовало интимные моменты более яркими, красочными, добавляло в них красоты, оттого на душе становилось только хуже.
 И вот раздался звонок.
 Медленно ощупав карман джинсов, Фассбендер достал телефон. Долго возился со снятием блокировки…
 — Алло.
 — Майкл, это я, — знакомый голос с грубоватым акцентом заставил Фассбендера резко сесть, выходя из полупьяной неги, — прости, что пропал… мне пришлось улететь.
 — Что? Куда? Куда ты улетел? — почти прорычал актёр, сжимая трубку до боли в кисти.
 — В Ригу. Я придурок. Испугался, что отец Алины навредит твоей репутации. Я далёк от вашего мира кино и не знаю, как это всё работает… Но мне тяжело без тебя, — Козловский говорил так трепетно и нежно, что у Майкла в груди разлилось сладкое тепло.
 Словно чья-то рука обрабатывала раны мёдом.
 — Он угрожал тебе? — сипло спросил Фассбендер.
 — Да. Но мне всё равно, что будет. Я выпил вина и я сейчас такой смелый, что сам в шоке… Мне кажется, я тебя люблю. Не могу не думать о тебе, — голос Данилы дрогнул на последнем слове.
 — Ты действительно придурок, — актёр замолчал, дабы выдержать эффектную паузу, — потому что я не знал, что думать. Это, блять, даже жестоко, надеюсь, понимаешь?
 — Прости…
 — Чтоб больше никогда ничего подобного не было, — резко произнёс мужчина, дрожащей свободной рукой проводя по лицу, — завтра вылетаю к тебе. Диктуй адрес. И без глупостей.
 На душе становилось спокойней.
 А слова о любви дарили надежду. Заставляли сердце трепетать так, что приходилось сглатывать и закрывать глаза.
 Часть 10 
 Услышав настойчивый стук в дверь, Даниил поспешно поставил ролик на паузу и пошёл открывать.
 — Сукин ты сын, — пробормотал Майкл, тут же набрасываясь на парня и припечатывая его спиной в стену.
 Губы встретились в долгожданном поцелуе, терзая друг друга.
 Ирландец выглядел одичавшим, рыжеватые волосы торчали в разные стороны, а трёхдневная щетина кололась.
 И Козловскому это до одури нравилось. Задыхаясь, он крепко обнял актёра, отвечая на ласки языка своим.
 В какой-то момент они оказались на широкой кровати, застеленной прохладной простынью.
 Сдирая с русского футболку, Майкл покрывал поцелуями каждый миллиметр его торса, заставляя прогибаться в спине и стонать.
 Колкая щетина царапала кожу, даря тем самым Даниле пикантные ощущения.
 — Не шевелись, — велел актёр, неровно дыша.
 Отстранившись от парня, он стащил с себя джинсы с бельём нетерпеливо, нервно.
 Взгляду русского предстал большой красавец-член, при виде которого собственная эрекция становилась всё сильнее.
 Козловский рухнул на подушки, позволяя раздвинуть в стороны свои ноги и согнуть их. Он и сам с удовольствием оттрахал бы Фассбендера, но не был уверен, согласится ли тот. Да и обсуждать это сейчас было бы глупо.
 — Чертовски скучал по тебе, — добавил ирландец, крепко сжимая плоть парня в своей ладони. По спине обоих тут же побежали мурашки.
 — И я скучал, — нетерпеливо простонал Даниил, толкнувшись бёдрами в чужую горячую руку.