Алый - цвет боли
- Можно тебя поцеловать?
- Мы здесь не одни… - раздраженно напомнила я. – И вообще, на нас уже все смотрят.
- Мы можем выйти…
- Мама скоро вернется, и позовет всех к столу…
Алекс провел большим пальцем по моим губам и еще сильнее прижал меня к себе.
- Хорошо, тогда я просто буду тебя все время обнимать…
Я прикусила губу и внимательно заглянула ему в глаза.
- Что происходит?
Алекс не стал отвечать и только отрицательно мотнул головой. Мы подошли к столу, и меня снова обняли, пригвоздив к твердой груди. Это его поведение уже начинало меня нервировать. Нет, обниматься с ним было приятно. Он был на удивление теплым, и я откровенно наслаждалась его близостью, просто вся эта ситуация…. В общем, мне его поведение подозрительным казалось.
Спустя десять минут, из ванной вышла мама. Все тут же были усажены за стол. Мужчины начали что-то обсуждать. Кажется, говорили они о футбольном матче. Никита и Алекс отмалчивались. Зак изредка бросал на нас любопытные взгляды, но по большей мере участвовал в обсуждении.
Маринка гладила кошку, успокаивающим голоском расписывая той все радости и печали материнства. Фраза: «Вот родим, и будем вместе воспитывать. А то мужчины у нас с тобой совсем ненадежные», - вызвала у меня легкую улыбку. Кошка довольно мурлыкала и радостно подставляла кругленькое пузико для почесывания. Аж самой захотелось ее погладить, так забавно она выглядела. Емми тихо перешептывалась с Никитой, и в основном смотрела либо на него, либо в свою тарелку. Я ее от части понимала. Чужой дом, много незнакомых людей. Не удивительно, что она чувствовала себе неуютно.
- А чем вы занимаетесь, Алекс? – внезапно прервал мои размышления голос отца.
Я вздрогнула, прекрасно осознавая, что, не умея лгать, парень не сможет ничего ответить.
- Раньше, работал судьей, но понял, что это не мое и уволился…
В комнате повисла тишина. Политика и прогнившая судебная система были едва ли не любимыми темами для обсуждения моим отцом.
- А в каком суде вы работали, если не секрет?
Алекс добродушно улыбнулся.
- Я раньше жил в другой стране. Если проводить по аналогии с вашей судебной системой, то можно сказать, что я был верховным судьей.
Отец поджал губы. Верховный суд это у него наболевшее. Еще с тех пор, как он попал в аварию, а суд признал пьяного водителя невменяемым. Отец тогда все инстанции обошел. А того только прав лишили, и даже госпитализировать не стали.
- И какие дела вы обычно рассматривали?
- Игорь! – возмущенно призвала отца к порядку мама.
- Отстань, не видишь, мы разговариваем…
Алекс улыбнулся.
- Вы знакомы с судебной системой США?
- Ты работал в Америке? – изумился Андрей.
- Нет, - добродушно ответил демон. – Просто, под мою юрисдикцию попадали споры, подобные спорам федерального уровня, споры между штатами, если можно так сказать.
Отец поджал губы. Судебной системой США он к счастью знаком не был. Но судя по решительному взгляду, отступать он не торопился.
- И кем же вы работаете сейчас?
Алекс замялся, не зная как ответить. Я схватила его за руку, и взяла инициативу на себя.
- Он занимается… ем… благотворительностью…
Более точного определения тому, что мы с ним делаем, я придумать не смогла.
- Мы сейчас помогаем людям достигнуть некого соглашения между собой, чтобы избежать дальнейших конфликтов.
- Медиация, что ли? – полюбопытствовала Маринка.
Я прикусила губу и кивнула.
- Что-то вроде этого.
- Вам хотя бы платят?
Я взглянула на Алекса.
- У меня достаточно денег, чтобы содержать вашу дочь в достатке, - спокойно проговорил демон, - если вас это волнует.
- А в каких странах вы останавливались? – решил спросить Андрей.
Я невольно разволновалась.
- Во Франции, Италии, Германии, Великобритании, Нигерии… Много где… - спокойно проговорил демон.
- Ух ты… А как вы там общались? Ну, я знаю, что Алекс неплохо разговаривает на английском… - вклинилась в разговор Маринка.