Нам покорилось море звёзд. Том 1 (СИ)
Ренгар сидел в рубке и смотрел на большом мониторе в записи какой-то фильм. Связь на Провиденье работала плохо, сигнал с центральных планет доходил слишком долго, и иногда Дезмонду не удавалось даже ответить на сообщения своего адресата.
Вспомнив о нём, Дезмонд невольно потянулся к коммуникатору и улыбнулся, увидев непрочитанное письмо под именем «Инерис» — так он назвал того, кому писал, потому что имени так и не узнал.
Иногда ему самому становилось смешно. Три года переписки с тем, кого не можешь даже назвать по имени. Но ни на что другое рассчитывать он не мог — в нынешнем положении вряд ли какой-то аристократ стал бы общаться с ним, зная, кто он такой. С Ренгаром и Меридиком было легко, но ему не хватало чего-то неуловимо невесомого, того, что навсегда осталось в прошлом. Иногда ему казалось, что он скучает по Леону, но Дезмонд тут же прогонял эту мысль, потому что воспоминания о Леоне вызывали мгновенную вспышку злости.
Леон предал его. Все его слова не значили ничего. Он заставил поверить себе, но лишь за тем, чтобы скрасить их общую неволю иллюзией любви.
Дезмонд не терпел подобного обмана. Он хотел твёрдо знать, как относится к нему человек, и предпочитал добрую войну худой дружбе. Вот этим ему в самом деле нравились Хозяева Окраин — они всё говорили в лицо.
И всё равно, по тому неуловимому и невесомому, что было между ним и Леоном, Дезмонд скучал. С незнакомцем, которого он назвал Инерис, было нечто похожее, но совсем другое. Леон был мягким, как бархат, он обволакивал теплом и таинственностью — Инерис был жёстким и колючим, как клинок, и в то же время таким беззащитным, что даже сквозь световые годы хотелось дотянуться до него и обнять, укрыть в своих объятиях и не отдавать никому.
Дезмонд открыл сообщение.
«Как у тебя дела?»
«Скучаю по тебе».
«Иногда мне кажется, что наша переписка превращается в болезнь».
«Мне эта болезнь нравится».
«Это плохо всё время думать о тебе».
Дезмонд невольно усмехнулся.
— Что у тебя там? — раздался голос Ренгара совсем рядом, и Дезмонд торопливо спрятал коммуникатор.
— Да так, новости из центральных секторов. Ренгар, у меня вопрос. Можно ли организовать внеплановый совет?
Ренгар покачал головой.
— Нет, Волк, всему есть предел. Раньше, чем через месяц, никто ради тебя сюда не прилетит.
— Жаль, — Дезмонд хмыкнул, — но месяц я подожду. Вряд ли за это время Орден построит новые корабли.
***
Искандер долго ждал ответа, а затем убрал коммуникатор в карман. Ему не нравилось, когда их разговоры обрывались вот так. Но ссориться с Рейвеном было невозможно — слишком ценным казалось каждое короткое письмо.
Искандер взял в руки чашку кофе и сделал глоток.
Со дня появления на корабле Каллена Фэроу прошла неделя, а со дня, когда тот взорвал звёздную систему вместе с верфью — три. Искандер не переставал думать о том, что могло быть столь ценного на этой верфи, что весь её персонал был записан в технические потери. Никого из налётчиков взять не удалось, и, если отбросить лирику, это беспокоило Искандера больше всего. Захватить кого-то из них почти что со стопроцентной вероятностью означало узнать, где находится база — если такая вообще есть.
Пока что противник не выглядел дисциплинированной организацией. Скорее, это мог быть обычный союз преступников, обнаглевших слишком сильно. Значит, и уничтожить этот союз было бы не слишком трудно.
За неимением языка Искандер решил попробовать другой путь — крейсер Ордена неизбежно должен был быть оборудован сигнальным устройством. Однако все три дня попытки поймать сигнал не приносили успеха.
В конце концов Искандер решил попробовать последний, самый ненадёжный способ — отследить топливный след буксира, который использовали налётчики. Стоило, конечно, с этого и начать, но сожалеть о несделанном было бесполезно.
Искандер набрал номер лейтенанта Райт, которой было поручено это задание, и спросил о результатах.
— Простите, сэр… След теряется в нескольких парсеках от точки перехода.
— Передайте Уотману, пусть ведёт корабль туда. На месте разберёмся.
— Да, капитан.
***
Искандер стоял на мостике и улыбался. След, конечно, потерялся раньше времени. Зато отсюда сигнал маяка ловился отлично.
— Гавань Провиденья, — сказал он задумчиво. До точки, откуда шёл сигнал, оставалось не больше получаса лёта, — позовите Фэроу. Будет нашим консультантом. И дайте мне общую связь.
***
Дезмонд сидел у себя в каюте, перелистывая страницы дневников Галактиона. Здесь, на Окраинах, он давно уже не видел книг, и если бы не случайная прихоть, заставившая его оцифровать этот фолиант, не увидел бы и теперь.
История давно уже была выучена назубок. Он сам мог бы рассказывать её наизусть. Один вопрос не давал ему покоя — чем она закончилась? Дневники обрывались арестом Галактиона. Но был ли он казнён? Это было бы логично, ведь Астрей не прощает обид. И в то же время хотелось верить, что Галактион остался жив.
Эта маленькая тайна будоражила кровь, порождая надежду, и Дезмонд как раз размышлял о недописанных страницах книги, когда услышал из динамика голос Меридика:
— Волк, у нас тут проблемы. Подойди-ка взгляни. Хотя подожди, включу так.
Что-то щелкнуло, и Дезмонд услышал другой голос, молодой и высокий, совсем не похожий на те голоса, что он слышал здесь. Даже выговор отличался, не говоря уже о манере выбирать слова:
-… Колония XC89G, с вами говорит капитан фрегата Генс Ларта. У меня есть информация о том, что вы укрываете государственных преступников. Они должны быть выданы властям в течение получаса или будут уничтожены — вместе с колонией.
Дезмонд резко сел.
— Точно, псих, — выдохнул он.
— Тот же парень, что взорвал верфь.
— Он не может уничтожить колонию.
— Может, и нет, — вклинился Ренгар, — но у нас ещё одна проблема. С тобой хочет говорить Старшина.
— Задержи его. Я иду, — Дезмонд торопливо натянул футболку и бросился к рубке.
Старшина включился сразу, едва он вошёл, хотя Дезмонд предпочёл бы до начала разговора перекинуться с командой парой слов.
— Доигрались! — заявил зло старый капитан.
— Хочешь нас выдать?
— Нет. Я не выдаю империи никого, даже таких уродов, как вы.
— Отлично. Сколько у нас кораблей?
— У нас?
— У Хозяев Окраин. Там всего один фрегат, мы можем попробовать отбиться.