Нам покорилось море звёзд. Том 1 (СИ)

- Умойся, - тихо сказал воин, указывая в глубину комнаты, а сам скинул мешок на пол и присел на стул. Он устало потёр глаза. На Дезмонда не часто накатывала усталость. Никогда, если рядом были друзья.
Он посмотрел на бордовый камень, обвитый серебряными змеями. Камень мерцал очень слабо - и всё же мерцал. Последний был где-то рядом.
Корысуль подошёл и встал неподалёку, ожидая распоряжений. Дезмонд поднял на него взгляд. Лицо мальчишки оставалось почти чёрным. Дезмонд взял его за руку и потянул к свету. Только теперь он понял, что чёрные пятна – не грязь, а синяки, покрывавшие почти всю кожу подростка.
- Садись, - сказал он, указывая на другой стул.
Отвернувшись, Дезмонд извлёк из дорожного мешка тушку копчёной куропатки и охотничий нож. И то, и другое опустил на стол. Оттуда же появился бурдюк с вином.
Мальчик всё ещё мялся в стороне, но когда он увидел жареную птицу, глаза его заблестели. Он подошёл поближе и снова остановился.
- Садись, - повторил Дезмонд мягче, - одна твоя.
Мальчик опустился на краешек стула и осторожно коснулся рукой крылышка. Потом посмотрел на Дезмонда и отдёрнул руку. Будто опасаясь наказания. Рейнджер протянул ладонь и как можно легче погладил мальчика по волосам. Тот вздрогнул, и лицо его исказила гамма чувств – самых разных, от желания ускользнуть и спрятаться до робкой благодарности. Он оторвал от птицы крыло и стал есть, чавкая и давясь, проглатывая огромные куски чуть ли не с костями. Потом поперхнулся и закашлялся. Дезмонд торопливо открутил крышку бурдюка и протянул ему.
Мальчик неловко принял бурдюк из его рук и сделал маленький глоток.
- Ты раньше пил вино? – спросил рейнджер.
Мальчик замотал головой.
- Как тебя зовут?
Мальчик замер и посмотрел на воина.
- Грета зовёт меня Корысуль, ты же слышал… господин.
- Это имя звучит не очень хорошо… что оно значит?
Мальчик опустил взгляд и покраснел.
- Не знаю, - сказа он тихо, и Дезмонд понял, что Корысуль врёт.
- А другое имя у тебя есть?
Мальчик замялся.
- Орландо, господин. Так меня звали давно… в самом начале. Мама.
Дезмонд снова протянул руку и осторожно коснулся головы мальчика.
- Орландо… Это мне больше нравится. Я буду звать тебя Ори.
Мальчик покраснел. Это смотрелось жутковато на посиневшей коже.
- Ори, давно ты тут?
Орландо прикончил остатки куропатки и только потом пожал плечами.
- Сколько-то зим, – он помолчал и добавил, - тут долгие зимы.
Дезмонд задумчиво рассматривал мальчишку. Ему было не больше четырнадцати. Он был перепуган до смерти и вряд ли мог за себя постоять. В ордене такой скорее всего не прижился бы, но и тут бросать мальчика было нельзя.
- Знаешь что-то кроме этой деревни?
Мальчик покачал головой. Да Дезмонд и не ожидал другого ответа. Рейнджер только вздохнул. Потом вспомнил, зачем ему понадобился мальчишка.
- Я приехал за одним человеком. Он не местный, но должен быть где-то тут. Может быть похож на меня чем-то. Много приезжих было здесь за последнее время?
Мальчик замер. Горло его будто перехватила ледяная рука. Он снова вспомнил.
- Много… - выговорил он, наконец, - но я таких, как вы, видел очень давно. До того, как попал сюда. Были четверо.
Дезмонд так и подскочил на стуле. Он схватил мальчишку за руку и, не сдержавшись, с силой притянул к себе.
- Кто они были?
В глазах мальчика запылал страх. Если он и хотел что-то сказать, то теперь не мог заставить себя открыть рот. Губы его дрожали, да и весь он трясся, как осиновый лист на ветру. Дезмонд продолжал пристально смотреть в почерневшие зрачки, потом, наконец, понял, что ответа не получит. Он выпустил мальчика и резко сел. Потёр виски жёсткими ладонями. Потом налил вина и выпил.
- Извини, - выдавил он из себя и посмотрел на мальчика. Тот всё ещё был напуган. «Кажется, я всё испортил», – подумал воин.
- Прости, - повторил он, - это очень важно.
Орландо открыл было рот, но губы его снова задрожали, и он забился в дальний угол стула, насколько возможно отстраняясь от незнакомца.
- Иди в постель, - сказал Дезмонд очень тихо, - завтра нам рано выезжать.
Мальчик встал и, не смея отвернуться, пятясь сделал пару шагов к постели. Сел на краешек, согнулся, обхватив себя руками, и замер. Дезмонд подошёл к кровати с другой стороны и стал раздеваться. Оставшись в одном белье, он забрался под одеяло и посмотрел на мальчика. Тот неловко стягивал некогда белую рубашку. Взгляду воина предстала спина, иссечённая рубцами. Сквозь голубоватую кожу просвечивали рёбра.
- За что? – спросил Дезмонд неожиданно для самого себя. Мальчик слегка повернул голову. Дезмонд протянул руку и коснулся свежего рубца у самой шеи. Мальчик вздрогнул и сглотнул.
Он молчал некоторое время и только потом сказал:
- Не знаю. Я плохо делал что-то, наверное. Плохо… доставил радость. Он связал меня и стал бить. А потом подвесил… и я думал.. что всё. Он всё бил и бил… а потом… обрезал верёвку. Я упал. И всё кончилось. Он лёг на кровать и уснул.
Дезмонд молчал довольно долго. Потом спросил ещё.
- Когда это было?
- Сегодня.
Мальчик снова отвернулся.
Дезмонд отпустил одеяло и подвинулся к нему ближе. Слегка обнял за плечи, стараясь не касаться шрамов, и осторожно погладил. Мальчик замер, как затравленная кошка. Потом его опять затрясло. Дезмонд взял одеяло и укутал тонкие плечи и только поверх одеяла осторожно обнял мальчишку. Тот громко всхлипнул. Он был слишком напуган. Дезмонд не представлял, что ещё может сделать. Только прижал его к себе и сидел так довольно долго. Потом мальчишка устал плакать и затих. Дезмонд погладил его по лохматому затылку.
- Ложись спать, - сказал он.
- И всё? - переспросил мальчик.
- Всё.
- Значит, это правда? То, что ты сказал хозяину Эрби?
Дезмонд вздохнул и улыбнулся, но мальчик сидел отвернувшись и не видел его лица.
- Конечно, нет. И не спрашивай больше. Завтра мы уедем туда, где я живу. И пока ты рядом со мной, никто тебя пальцем не тронет. Понятно?
Орландо недоумённо посмотрел на магистра. Тот за плечи опустил его на постель и подоткнул одеяло, а сам лёг рядом. Он потушил свет и уснул почти сразу. Корысуль, конечно, долго ворочался. Ему было то холодно, то жарко, и слишком тесно на одной постели с новым хозяином. Он был с мужчинами, но давно уже не спал ни с кем под одним одеялом. Наконец его копания разбудили Дезмонда. В полудреме воин сгрёб мальчишку в охапку и под тяжёлой рукой тому наконец пришлось улечься смирно. Деваться теперь было некуда, и им овладело неожиданное спокойствие. Эта большая рука сейчас не просто держала его, она взяла его за шкирку и выдернула из обычной жизни. Сопротивляться сил не было, только расслабиться и поверить.