Двор Тумана и Ярости (ЛП)

«Не отвечай. Ничего не говори», — умоляла я Риса, когда он добрался до своих братьев. «Забери моих сестер. Защита снята».
Тишина.
И я посмотрела, всего лишь раз, на Рисанда, Кассиана, Мор и Азриэля.
Они уже смотрели на меня в ответ. Их лица были окровавленными, холодными и разъяренными. Но под этим… Я знала, что под этим была любовь. Они поняли слезы, которые катились по моему лицу, когда я молча прощалась с ними.
Затем Мор, быстрая, словно гадюка, рассеялась к Люсьену. К моим сестрам. Чтобы показать Рису, как я поняла, что я разорвала для них дыру в защите, чтобы уйти.
Она ударила Люсьена ладонью в грудь, и его рев сотряс зал, когда она схватила моих сестер за руки и исчезла.
Крики Люсьена еще не стихли, когда Рис бросился на землю, схватил Азриэля и Кассиана, и рессеялся прочь, даже не оглянувшись на меня.
Король вскочил на ноги, выплескивая свой гнев на стражей и на Юриана за то, что не схватили моих сестер. Он требовал узнать, что случилось с охранными чарами замка.
Я его почти не слышала. В моей голове была лишь тишина. Такая тишина там, где когда-то был темный смех и шаловливое веселье. Обдуваемая ветром пустошь.
Люсьен потряс головой и, тяжело дыша, обернулся к нам.
— Верни ее, — прорычал он Тамлину, перекрывая разглагольствования короля.
Мейт… Мейт, который уже сходил с ума, лишь бы защитить то, что было его.
Тамлин проигнорировал его. Так же, как и я. Я едва могла стоять, но держалась перед королем, когда тот упал на свой трон, сжимая свои руки так сильно, что показались бледные суставы под его кожей.
— Спасибо, — выдохнула я, положив руку себе на грудь, кожа была такой тусклой, такой белой. — Спасибо.
Соблюдая разумную дистанцию, он просто сказал собравшимся королевам:
— Начинайте.
Королевы переглянулись между собой и затем, оглянувшись на своих широко раскрывших глаза стражей, стали пробираться в сторону Котла с растущими улыбками на лицах. Волки, окружающие добычу.
Одна из них врезала другой за то, что та ее толкнула. Король пробормотал что-то им всем, но что именно, я не потрудилась расслышать.
Юриан подошел к Люсьену в разгар перебранки, тихо смеясь себе под нос.
— Ты знаешь, что делают иллирийские ублюдки с хорошенькими женщинами? У тебя не останется мейта, по крайней мере не того, который будет тебе чем-либо полезен.
Ответное рычание Люсьена было попросту диким.
Я плюнула Юриану под ноги.
— Можешь катиться в ад, ты, мерзкий ублюдок.
Руки Тамлина сжались на моих плечах. Люсьен повернулся ко мне, и его металлический глаз сузился. Столетия понадобятся на то, чтобы вернуть наши хорошие отношения и расставить все по местам.
Я не паниковала из-за того, что моих сестер забрали. Я тихо произнесла:
— Мы вернем ее.
Но Люсьен настороженно смотрел на меня. Слишком настороженно. Я сказала Тамлину:
— Забери меня домой.
Но король вмешался сквозь спор королев:
— Где она?
Я бы предпочла насмешливый, высокомерный голос прямому и бессердечному, который прорезал сейчас зал.
— Ты… ты должна была владеть Книгой Дыханий, — сказал король. — Я мог почувствовать ее здесь, с…
Весь замок содрогнулся, когда он понял, что я не держала ее в своей куртке.
Я просто сказала ему:
— Ты ошибся.
Его ноздри раздулись. Даже море далеко внизу казалось напуганным от ярости, которая белела на его красном лице. Он твердо сказал Тамлину:
— Когда Книга будет найдена, я ожидаю твоего присутствия здесь.
Сила, пахнущая сиренью, кедром и первыми ростками зелени, обернулась вокруг меня. Она приготовилась рассеять нас сквозь защиту, которую, о чем они не имели ни малейшего понятия, я уничтожила на части.
Поэтому я сказала королю, Юриану и собравшимся королевам, которые уже были у края котла и решали, кто пойдет первым:
— Я собственноручно зажгу ваши погребальные костры за то, что вы сделали с моими сестрами.
И мы исчезли.
  Глава 68  
   
 Рисанд 
Я врезался в пол городского дома, и Амрен мгновенно была уже здесь, положив руки на крылья Кассиана и чертыхаясь от увиденных повреждений. Затем она перешла к дыре в груди Азриэля.
Но даже ее исцеляющей магии не хватит, чтобы вылечить их обоих. Нет, нам нужен настоящий целитель для каждого из них. И побыстрее, ведь если Кассиан потеряет свои крылья… Я знал, что он предпочел бы умереть вместо этого. Любой иллириец предпочел бы.
— Где она? — потребовала ответа Амрен.
 Где она, где она, где она… 
— Убери Книгу отсюда, — сказал я, бросая обе части на землю. Я ненавидел их прикосновение, их безумие, их отчаяние и радость. Амрен проигнорировала приказ.
Мор еще не появилась: оставляла и прятала Несту и Элейн там, где, по ее мнению, будет безопасно.
— Где она? — снова спросила Амрен, прижимая руку к поврежденной спине Кассиана. Я знал, что она имела в виду не Мор.
Словно мои мысли вызвали ее, появилась моя сестра — тяжело дышащая, изможденная. Она упала на пол перед Азриэлем, и ее окровавленные руки дрожали, когда она вырвала стрелу из его груди, а кровь полилась на ковер. Она слегка коснулась пальцами раны, которая засияла ярким, неровным светом, когда сила моей сестры соединила вместе кости, плоть и вены.
— Где она? — рявкнула Амрен еще один раз.
Я не мог заставить себя вымолвить эти слова.
Поэтому Мор сказала их за меня, все еще преклоненная около Азриэля, в то время, как оба моих брата милосердно потеряли сознание:
— Тамлин предложил проход через свои земли и наши головы на блюдах Королю в обмен на то, чтобы тот схватил Фейру в плен, разорвал ее связь с Рисом и вернул в Весенний Двор. Но Ианта предала Тамлина: она рассказала королю, где найти сестер Фейры. Так королевы доставили сестер Фейры Королю, чтобы удостовериться, что он может даровать им бессмертие. Он бросил их в Котел. Мы не могли ничего сделать, когда они обратились. Он держал нас за яйца.
Эти глаза цвета ртути переметнулись ко мне:
— Рисанд.
Мне удалось сказать:
— У нас не было выбора, и Фейра знала это. Поэтому она притворилась, что освободилась от контроля, который, как Тамлин думал, я имел над ней. Притворилась, что она… ненавидит нас. И сказала ему, что пойдет домой, но только если убийства прекратятся. Только если мы выберемся свободными.
— А связь… — выдохнула Амрен. Кровь Кассиана сияла на ее руках, пока она замедляла ее течение.
Мор сказала:
— Она попросила короля разорвать связь. Он оказал ей эту услугу.
Мне казалось, что я умираю — казалось, что моя грудь вот-вот расколется пополам.
— Это невозможно, — сказала Амрен. — Такого рода связь не может быть разорвана.
— Король сказал, что он в силах сделать это.
— Король идиот, — рявкнула Амрен. — Такого рода связь не может быть разорвана.
— Да, не может, — сказал я.
Они обе посмотрели на меня.
Я проигнорировал свой разум, свое разлетевшееся вдребезги сердце — разбившееся от того, что сделал мой мейт, принеся себя в жертву ради меня и моей семьи. Ради ее сестер. Потому что она не думала… Не считала, что она была нужной, важной частью нас. Даже после всего, что она сделала.
— Король разорвал сделку между нами. Это трудно сделать, но он не мог распознать, что это не была связь мейтов.
Мор начала:
— Знает ли… Фейра знает…
— Да, — выдохнул я. — И теперь мой мейт находится в руках нашего врага.
— Отправляйся за ней, — прошипела Амрен. — Сейчас же.
— Нет, — сказал я и возненавидел это слово.
Они уставились на меня, и мне захотелось закричать от вида крови, покрывающей их. Крови моих братьев, лежащих без сознания и страдающих на ковре перед ними.
Но я нашел в себе силы сказать своей сестре:
— Разве ты не слышала, что Фейра сказала ему? Она обещала уничтожить его. Изнутри.