Восставший против Атлантов (СИ)
— Ваши Светлости, — обратилась она к обоим Правителям. — Если вопрос лишь в росте членов нашей группы, то я не вижу здесь проблемы.
— Да? И ты знаешь, как решить эту проблему? — удивленно спросил эльф.
— Если Ваша Светлость позволит мне сорвать росток, который пробился вон там в стене, я наглядно покажу, как можно решить эту проблему.
— Росток, говоришь? Где?
— Да вон же, Ваша Светлость, — И Лиза махнула в сторону стены.
— Точно, пробился, — подтвердил эльф. — Эти ростки — бич нашей культуры. Разрушают все наши дома. И никакая магия не может с ними справиться.
— Ну, тогда этот росток тем более нужно сорвать, — сказала Лиза, — чтобы он не разрушал такой красивый дворец.
Эльф милостиво кивнул, и махнул, разрешая сорвать росток.
Лиза воспользовалась разрешением. Когда она вернулась к группе с ростком, она сказала:
— Все просто. Всего-то надо коснуться верхушкой ростка того или иного человека, и он уменьшится до нужного размера. — И тут же продемонстрировала на себе. — Вот так.
Она коснулась себя верхушкой ростка и на глазах стала уменьшаться вместе с костюмом и рюкзаком, пока не стала ростом с гнома, сидящего на троне. Это событие вызвало такой живейший интерес, что даже Правитель-гном проснулся.
— А как ты обратно вырастешь? — спросил он.
— Для этого нужно коснуться уже комельком растения. — Ответила Лиза. Коснувшись, она стала расти, пока не стала такой же, как была ранее.
— Интересное изобретение, — только и мог сказать гном. Остальные же молчали, будучи шокированы донельзя.
Прошло порядочно времени, пока присутствующие стали подавать признаки жизни. Послышались лестные эпитеты в сторону Лизы. Но тут снова взял слово Правитель эльфов.
— У меня есть еще одно условие. Вы должны взять с собой наших с Фракенбоком сыновей.
— Зачем это вам нужно? — Удивился Элг. — К тому же увеличение группы повысит возможность ее обнаружения со стороны вражеских сил.
— Но и увеличит ее защитные возможности. Вы не забывайте, что не только драконы и сатиры имеют магию. Не меньше, если не больше магии в эльфах и гномах.
— И все-таки я не понимаю цели вашего предложения? — это уже Агасфер.
— Эх, юноша. Вы там у себя хоть как-то развиваетесь. Вот войны с кентаврами и великанами ведете. Мы же уже сотни лет вообще ни с кем не воюем. Но хуже того, мы ни с кем не общаемся. Мы закупорили себя, как в банке… и, к сожалению, наша культура медленно затухает. Мы даже не знаем, насколько сильна наша магия, та магия, которой мы обучаем своих детей.
— Но ведь и мы не применяем магию, — возразил Агасфер. — Это же запрещено клятвой на крови, данной нашими предками.
— А вот здесь ты, юноша ошибаешься. Гарпии и гаргульи уже давно нарушили эту клятву, и пользуются магией вовсю.
— Откуда такие сведения? — Поинтересовался Элг.
Лазалия покосился на Фракенбока.
— От гномов вестимо. Они хоть и не вмешиваются в процессы в мире, но благодаря своим подземным ходам, которые идут во все миры, мы в курсе всего, что творится вне пределов наших царств.
— Так вы шпионите за нами? — возмутился Агасфер.
— Если тебе нравится это слово, то да. Но я предпочитаю термин, контролируем… или, следим. Все-таки живем в одном мире, нужно же знать, что затевают соседи.
Снова вмешался Элг.
— Вернемся к горгульям и гарпиям. Вы говорите, что они занимаются магией. Это значит, что скрепы этого мира висят на волоске, так?
— Да, чужеземец, ты правильно уловил мою мысль. И слава богам, что царство этих тварей за высокими горами. Иначе они давно были бы здесь. А мы, увы, вряд ли готовы им противостоять.
— Но ведь и у вас есть магия. Так в чем же дело? — Задал вопрос Элг.
— Мил человек, мне уже 643 года. И родился я, когда клятва на крови уже была заключена. По большому счету, клятве уже более тысяча лет. И все этот время ни эльфы, ни гномы не применяли магию в полную силу.
— Открою вам страшную тайну, — вмешался Правитель-гном. — Вы, наверное, слышали, что были в нашем мире такие вредные существа, как гоблины. И жили они, как и гномы, в горных выработках, собственно, они паразитировали, захватывая наши выработки. И вдруг они исчезли. Как говорится, были, да сплыли. Но реальность пострашнее сказок. Наши предки смогли обезопасить мир от гоблинов, загнав их в одну хитрую лаву и там заблокировав сильнейшими заклинаниями. Потому и ничего не было слышно о гоблинах. Но, совсем недавно наши разведчики принесли ужасную весть: гоблины прорвали защиту и распространяются по шахтным выработкам. Мы смогли заблокировать выходы на пути их распространения. Также заблокировали часть проходов. Но на большее у нас нет сил. Вот и думайте, стоит ли соваться в горы и при этом не нарваться на гоблинов?
— А чем так страшны гоблины? — Поинтересовался Элг.
— Знаешь, чужеземец, в какой-то степени я понимаю богов, которые стали уничтожать свои создания, в числе которых были и те, кто сейчас живет в этом мире. Может быть, им нужно было быть жестче. И тогда нам не пришлось бы устранять их недоработки.
— В чем они выражаются?
— Да в тех же гоблинах. Поначалу, как я понимаю, предполагалось, что гоблины как раз и будут заниматься уничтожением неудачных форм жизни. Но что-то у богов пошло не так, и гоблины вырвались из-под их влияния, в, то же время, оставшись жестокими убийцами. У них нет ни одной черты, свойственной остальным формам жизни. Есть только одна — жажда убивать всех и вся. Как я понимаю богам было не до них. Да и было их во времена богов мало, чтобы влиять на окружающий мир. Но с тех пор прошло много времени. Гоблины сильно размножились. А еще сильнее озверели от того, что их сотни лет держали взаперти. И теперь они горят местью ко всем остальным живущим.
— Так, тем более, их нужно если и не уничтожить под ноль, то основательно сократить. Иначе рано или поздно они прорвут все заслоны и, вырвавшись на свободу, разнесут ваш мир в щепки. Разве это непонятно?
Эльф пожевал губами.
— Наверное, ты прав, чужеземец, наверное. Но и эльфы, и гномы, увы, уже не способны на такие подвиги. Сотни лет мы живем в неге. И как-то не верится, что в этом мире может что-то кардинально поменяться?
— Но вы-то так не думаете, насколько я понял? Иначе не предлагали бы своих сыновей в нашу группу.
— И здесь ты прав, чужеземец. Приход вашей группы нам сильно на руку. С вашей помощью мы можем проверить на практике действенность нашей магии. Да и у вас подсмотреть что-то полезное. А когда вы покинете нас, наши сыновья станут восстанавливать утерянную мощь наших народов, создавая нашу магию на новой основе.
— Хитер, ты, Правитель, ох, хитер. Нашими руками хочешь восстановить свой народ. Я правильно понял?
Эльф только развел руками.
— У тебя свои цели, у меня свои цели. Боги свели нас в одном месте, потому что наши цели в этом месте сошлись и сплелись в тугой узел. Вам не перебраться через горы, кроме как по подземельям, вырытым гномами. Сейчас эти подземелья являются опасным местом из-за вырвавшихся на волю гоблинов. Потому их надо уничтожить или загнать обратно за флажки и там замуровать на веки вечные это и в ваших интересах, и в наших. Так в чем проблема? Тем более что мы посылаем с вами наших сыновей, которые будут подвергаться опасности наравне с вами. Так что если и есть с нашей стороны выгода, то лишь пользы для, но никак вам не в ущерб.
— Хорошо, зовите ваших сыновей, будем знакомиться, — согласился Элг.
Эльф откуда-то из своих одежд достал серебряный колокольчик, на звук которого в двери появился все-тот же дворецкий:
— Алазалия, пригласи принцев.
Дворецкий слегка поклонился и вышел. Минут через двадцать в зал вошел высокий юноша в строгих одеждах: в коротком камзоле и узких облегающих штанах. Лицо было одухотворенного, явное лицо поэта, а не воителя. Еще через пять минут в зал буквально вкатился следующий персонаж — гном. Не сказать, что он был очень толстым, скорее упитанным, но в сравнении с ростом, вылитый колобок. По крайней мере, так подумала Лиза. Гном был одет в тройку, И еще, если у эльфа были длинные волосы льняного цвета, аккуратно расчесанные, то у гнома прическа была ежиком и волосы темные, скорее, каштановые. Когда принцы подошли к своим отца началось представление. Причем каждый отец представлял своего сына. Начал эльф.