Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 3. Дары Судьбы (СИ)
– Он открыл камин? – Дамблдор понял, что Гарри не намерен выходить на улицу, чтобы добираться маггловским транспортом.
– Он, – Гарри сделал ударение, поняв, что его спрашивали о Сириусе, – ничего не открывал. А я направляюсь к себе домой. В связи с вызовом в Аврорат мне пришлось оставить там незавершенное дело.
– Гарри, я тебе твержу о безопасности, а ты продолжаешь рисковать собой! Если тебе так уж необходимо что-то там доделать, то я готов сопровождать тебя…
– Не думаю, что это возможно, – холодно обронил Гарри, поражаясь беспредельной наглости директора.
– Что этому может помешать? – Дамблдор сделал вид, что он недоумевает, услышав столь неподобающее сомнение в его способностях попасть куда угодно.
– Вас не пропустят чары.
– Так это не проблема. Нам просто необходимо вместе пройти камином. А потом я как раз помогу тебе разобраться с защитой дома – проверю все хорошенько и настрою все должным образом, – казалось, Дамблдор просто-таки ожил, услышав о возможности помочь в том, в чем его не просили.
– С чего вы взяли, что в моем доме есть подсоединенный к транспортной сети камин? Благодарю, сэр, за ваш добрый порыв, – Гарри мысленно был готов обложить настырного старика изысканными ругательствами. – При всем моем уважении, но с родовой защитой Поттеров вы не сможете разобраться. Разве что попытаетесь ее сломать. А вот это уже не входит в мои планы. Всего хорошего, директор, – он решительно развернулся и направился к каминам, возле которых толпились закончившие рабочий день чиновники.
Дамблдор не отставал и продолжал что-то еще говорить о безопасности, но Поттер его уже не слушал. Он мстительно представлял себе разочарованное выражение лица директора, когда тот услышит адрес перемещения – «паб Дырявый котел», откуда Гарри собирался для надежности отправиться еще по нескольким подобным каминным адресам перед тем, как аппарировать в Певерелл-мэнор.
***
После подробного рассказа дома о подозрительных вопросах Робардса, Гарри отправился к Сириусу, чтобы повторить все это и ему, а Том и Северус сразу же назначили срочную встречу Люциусу. К ночи Поттер обзавелся личным адвокатом – несомненно, одним из лучших в своем деле, бодро принявшимся готовиться не только к подаче обещанной жалобы на аврора Робардса, но и заодно собравшимся в качестве представителя от потерпевшей стороны осторожно и без афиширования ознакомиться со всеми материалами по поджогу дома в Литтл Уингинге. Люциус Малфой, предупрежденный о кознях Дамблдора, тоже поспешил заручиться поддержкой не последних лиц в Министерстве Магии.
Через два дня Гарри понял, насколько вовремя к делу по факту «гибели» Дурслей подключился его адвокат – специалист, отлично ориентирующийся во всех хитросплетениях законов, прав и правил. Тот уже успел навести необходимые справки и был теперь более-менее в курсе событий, не замедлив предупредить о них Малфоя, через которого держал связь с Поттером.
– Скримджер получил указание от самого министра, заявившего, что не хочет больше слышать ни о каких неуловимых Упивающихся. Аврорату поручено немедленно найти преступников, использовавших Адское пламя для совершения поджога маггловского дома, и опровергнуть слухи о появлении в магическом мире экстремистской организации.
Люциус, плотно занявшийся «вопросом Гарри», который напрямую теперь касался и его лично, и всех остальных ортодоксов, находящихся на свободе, пришел рассказать о выявленных настроениях в Министерстве. Затерянный в глуши дом, оформленный на подставных лиц, но принадлежащий Малфою, так и продолжали использовать для совещаний, хотя допуск в него был предельно ограничен узким кругом соратников.
– Глава Аврората, весьма недовольный подобной категоричностью, умыл руки, переложив ответственность на Робардса. Отказаться выполнять распоряжение министра Скримджер не может, но и откровенно подделывать материалы дела не в его правилах. Так что он занял позицию невмешательства в расследование, решив, что лучше уж наказать подчиненного за подтасовку фактов, если ситуация получит огласку, чем открыто выступить против министра. Таковы правила грязных чиновничьих игр, – Люциус пожал плечами, говоря о том, что подобное является обычным делом в Министерстве. – Пока решение по твоей жалобе не принято, материалами продолжает заниматься Робардс, который, как ты уже, наверное, понял, пляшет под дудку Дамблдора, хотя и старается не переходить дорогу министру, – Люциус, обращаясь к Гарри, презрительно скривился, показывая свое отношение к выясненному факту. – Так вот… Из достоверного источника стало известно, что готовы документы для Визенгамота, который соберется буквально завтра-послезавтра.
– По факту?.. – Том уже знал, что услышит в ответ, поэтому бросил сочувствующий взгляд на Гарри.
– Будет решаться вопрос – мог ли мистер Гарри Поттер случайно или умышленно уничтожить дом своих родственников, тем самым лишив их жизни. Робардс надеется убедить суд, что у обвиняемого были все основания для того, чтобы расквитаться с Дурслями столь кардинальным способом, – Люциус устало откинулся на спинку кресла. – Дело высосано из пальца и обязательно рассыплется в прах, стоит только опросить Гарри под Веритасерумом, что, скорее всего, и будет предложено предпринять.
– Ну да, – невесело усмехнулся Поттер. – Особенно, когда на вопрос: был ли я той ночью в Литтл Уингинге – я отвечу, что был.
– С этим несложно справиться, когда на твоей стороне Том, – Люциус вопросительно посмотрел на Риддла, словно интересовался, можно ли озвучить информацию о некоторых его способностях при Гарри.
– Если ты согласишься, я заблокирую кое-какие воспоминания в твоей памяти на время заседания Визенгамота, – пообещал Том и уточнил: – Самостоятельно качественно справиться с этим ты не сможешь, потому что тебе придется оставлять себе пометку о том, что ты работал с собственным сознанием, а это чревато непредвиденными сюрпризами вроде самопроизвольного снятия запрета с заблокированного участка памяти, – заметив, что Люциуса несколько удивила необходимость подобного пояснения, Том, ухмыльнувшись, сообщил: – Вообще-то, Гарри у нас уже мастер менталистики. Так что, если будет необходимость – обращайтесь, он весьма искусный мозгоправ, – Гарри даже слегка порозовел от смущения, вызванного столь откровенной похвалой его скромных умений – опыта все же у него было совсем мало.
– Поздравляю, Гарри. Я все никак не могу привыкнуть к тому, насколько ты одарен и выбиваешься из образа обычного подростка. Тебе не скучно с Драко и остальными из вашей компании? – Люциус явно имел в виду школьных друзей.
– Нет, абсолютно не скучно, – искренне признался Гарри. – У нас много общего – та же тяга к знаниям и личному совершенствованию. Моих друзей ведь тоже не назовешь совсем уж обычными – как-никак лучшие студенты Хогвартса.
– Да, конечно, – Люциусу было приятно услышать своеобразную похвалу собственному сыну.
Разговор больше не возвращался к вопросу о пожаре – у них были и другие, не менее важные для обсуждения темы.
***
В пятницу одиннадцатого августа сразу после завтрака Гарри получил сообщение от Сириуса о том, что пришло письмо из Визенгамота. Блэк, предупрежденный заранее, догадывался, о чем может идти речь в послании, поэтому терпеливо дождался прихода Поттера. Он прекрасно знал, что прикасаться к печатям официального письма из суда ни в коем случае не стоило – они были зачарованы таким образом, чтобы во время распечатывания пергамента в канцелярию Визенгамота отправлялось магическое уведомление о получении вызова в суд, заверенное отпечатком личной магии адресата.
Услышав формулировку вызова, Сириус разнервничался, хотя изо всех сил пытался скрыть это – уж он-то понимал, как легко в суде умеют жонглировать фактами, подтасовывая их и выворачивая истину наизнанку. Гарри, заметив, как крестный старается не показать своего страха, был очень растроган – он обнял Сириуса перед уходом и пообещал, что обязательно справится с ситуацией.