Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 3. Дары Судьбы (СИ)

Драко и Рон без стеснения присоединились к ней, любуясь удивительной магической отметкой на плече Гарри.
- Ты менталист, - Драко не спрашивал – он утверждал. – А когда ты успел получить звание мастера? Хотя… если ты в четырнадцать стал главой рода по велению магии, то… - он беспечно махнул рукой. – Ты полон сюрпризов, и, как я понимаю – это не последний на сегодня.
- Не последний, - Гарри, дождавшись, когда друзья насмотрятся на знак, принялся приводить одежду в порядок.
- Ты умеешь закрывать свой разум для легилимента без специального амулета? – Гермиона вдруг распахнула глаза от того, какая мысль ее посетила, и поспешила ее озвучить: – Ты и наши мысли можешь читать?
- Отвечаю по порядку. Да, мне не нужны амулеты для защиты своего сознания. Относительно второго вопроса - я могу при необходимости прочесть ваши мысли и умею работать с сознанием… Но! – Гарри поднял вверх указательный палец, привлекая исключительное внимание к своим словам: - У менталистов есть кодекс – мы не читаем мысли всех подряд. Мы вообще не читаем мысли постоянно. Наш дар полностью контролируется с самого начала. Мы можем пользоваться им или не пользоваться. Это не так, как у тебя, Рон. Даже после многих лет тренировки ты все равно не научишься полностью блокировать свое восприятие чужих эмоций без того, чтобы не навредить себе.
- Да, я знаю. Поэтому и нет эмпатов мастеров, - Рон усмехнулся. – Достичь абсолютного совершенства с этим даром просто физически невозможно, - он развел руками. – Совсем так же, как человек не может по своему желанию перестать слышать.
- Не расстраивайся, - Гермиона наклонилась, чтобы похлопать Рона по руке. – Зато твой дар чрезвычайно редкий, и ты сможешь найти себе достойное занятие в жизни. Экспертов эмпатов очень ценят во многих отраслях деятельности.
- Да я и не расстраиваюсь, - Рон удивленно посмотрел на подругу. – Что-то мы отклонились от темы. Гарри, обрадуй нас еще чем-нибудь особенным.
- Я не смогу сегодня рассказать вам всего только потому, что времени для этого понадобилось бы гораздо больше, чем один день, - Гарри печально улыбнулся. – Но хочу, чтобы вы обязательно узнали, что на самом деле случилось с моими родителями. И как я оказался обладателем столь примечательного шрама, - он указал себе на лоб, смахивая челку в сторону. Гарри, не откладывая, практически пересказал увиденное в думосборе воспоминание Грюма, заверив, что у него есть полные основания считать эту версию событий исключительно правдивой.
- Откуда ты это знаешь? Не сам же Дамблдор тебе такое сообщил? Или это Грюм? Но ведь он, судя по твоим словам… Нет, он бы не рискнул. Или он Сириусу рассказал? - Рон недоверчиво глядел на Гарри. – Ты веришь в это, но мне не понятно, как тебе удалось узнать?
- Я почти все рассказанное вам знал уже тогда, когда только приехал в Хогвартс на первом курсе.
Заявление Гарри повергло в шок всех троих друзей. Даже Драко, спокойно слушавший и не спешивший делать собственные выводы, и тот ошарашенно посмотрел на Гарри.
- Дамблдор располагает сведениями, что ты в курсе его поступка? – Гермиона, с первого слова поверившая в рассказ, не могла себе представить, как одиннадцатилетний Гарри смог бы утаить подобные знания от директора, даже учитывая, что к четырнадцати он стал мастером менталистики.
- Нет. И именно от него в первую очередь вы должны сохранить в тайне все, что я вам рассказываю. Вообще-то я сейчас совершаю ужасный поступок – я делаю вас уязвимыми, как никогда ранее.
- Из-за знания о преступлении Дамблдора и о его вранье всему магическому миру? – догадался Рон.
- И не только. Сейчас все объясню. Рон, мне кажется, что тебе будет труднее всех принять правду, но я прошу – помни, что я доверяю тебе, - Гарри готовился рассказать друзьям о Томе.
- Я чувствую - ты очень волнуешься. Не нужно, - Рон тревожно заглянул Гарри в глаза. – Я верю тебе и при свидетелях, - он кивнул в сторону Драко и Гермионы, - разрешаю применить ко мне Обливиэйт, если по моей реакции на твой рассказ станет ясно, что я представляю для тебя угрозу, - Рон сказал это полушутливым тоном, но все поняли, что он очень серьезен.
- В этом не будет необходимости – ты уже поклялся в неразглашении, - Гарри тяжко вздохнул и очень серьезным тоном сказал: - О том, что случилось в тот несчастливый для моей семьи Хэллоуин, впервые я узнал от непосредственного участника тех событий… - Гарри сглотнул и глянул на Драко, словно хотел почерпнуть от него спокойствия, - от Тома Риддла – Волдеморта.
- Но!.. Как?… Он же мертв! – Гермиона непонимающе покачала головой, хватая ртом воздух, словно задыхалась от неожиданной новости.
Рон молчал и даже не поднимал глаз на Гарри, разглядывая свои сомкнутые до побелевших косточек на пальцах руки. Его с детства неосознанно приучали ненавидеть Волдеморта. И, несмотря на то что он уже успел ознакомиться с некоторыми достойными исследовательскими работами этого ученого, ему никак не удавалось решить, как же следует относиться к столь неординарной личности. Нельзя было не заметить, что Гарри уже давно планомерно подводил их к мысли, что Волдеморт - не монстр, жаждущий залить мир реками крови, но впитанная с детства нелюбовь никак не проходила. Однако, помня просьбу Гарри выслушать его до конца, Рон имел в запасе немного времени для окончательного принятия решения – стоит ли держаться за основательно порушенную веру в злобность Волдеморта?
- Он жив? – вопрос Драко прозвучал так напряженно, словно от этого зависело его личное будущее.
- Да, - Гарри не удержался и улыбнулся – тепло и мечтательно, вспомнив Тома, когда он накануне провожал его в Блэк-хаус, обнимая на прощание, хотя они расставались всего на пару дней. – Я знаком с ним с девяти лет.
Несколько минут в комнате звенела тишина – друзья Гарри усиленно старались переварить столь сногсшибательную новость и определиться – как же им стоит отнестись к ней. Драко явно с трудом сдерживал довольную улыбку, а Рон выглядел растерянным – да и не мудрено, ведь ему необходимо было окончательно решить – верит ли он в хорошего, как говорит Гарри, Волдеморта.
- Тогда же ты начал учиться беспалочковой магии, - кивнула Гермиона, успевшая взять себя в руки. Ей было проще всех смириться с подобным положением вещей - когда Гарри говорил о Волдеморте, как о добром друге, что хорошо слышалось в его тоне.
- И тебе не было страшно? Ведь считалось, что это он пытался тебя убить, - поинтересовался все же Рон, стараясь разобраться не столько в произошедшем с Гарри, как в собственном отношении к этой ситуации.
- А почему мне должно было быть страшно? – Гарри рассмеялся. – Рон, ты забыл – я ведь не знал истории о своем героизме, я же рассказывал, что жил у тети-магглы. Том… он стал моим учителем и моей настоящей семьей. Он никогда не врал мне. Мог отказаться что-то рассказывать, учитывая, что я был совсем ребенком, но не врал – я это ощущаю из-за шрама, - Гарри неосознанно потянулся рукой к своему лбу.
- Так ты после девяти лет уже не жил у тетки? – Рон чувствовал, что начинает немного путаться в сведениях. Кое-что ему было известно по прошлым рассказам Гарри о своей жизни, а теперь вот появились новые данные, и они никак не хотели сливаться в одну цельную историю.
- Никуда от нее мне не удалось деться. Давайте я поясню.
Гарри очень кратко рассказал, как познакомился с Томом, как чуть не погиб из-за антимагических наручников, как жил на два дома до поступления в Хогвартс. Друзья по ходу его рассказа возмущались поступком Дамблдора, довольно кивали, когда узнали о помощи от Тома, и задавали вопросы, если что-то было непонятно. Почему-то так получилось, что Гарри ни разу в своем экспромте не упомянул Снейпа и теперь раздумывал, как же исправить положение.
- Значит, ты знаком с Томом Риддлом, и он жив… - словно что-то обдумывая, тихо произнесла Гермиона.
- Вообще-то, вы тоже с ним практически знакомы, - Гарри вспомнилась прогулка в Торп-парке, и он улыбнулся.