Леди строгих правил. Леди и старая тайна (СИ)

      – Вовсе нет. Я достаточно хорошо узнал вашу дочь, чтобы желать подобного союза для любого из своих племянников. В особенности, в свете последних обстоятельств. Только надеюсь, что став миссис Оуэн или миссис Уиллоби, она начнет больше прислушиваться к моим словам.
      Дорогой Эдвард развел руками и сообщил:
      – Вам не стоит слишком сильно рассчитывать на такой исход, ваша милость.
      Да… Брат никогда не пытался щадить мои чувства. Но прежде почему-то это не причиняло мне боли.
      – Я даю согласие на такой союз. Тем более, что выбора все равно нет, не так ли? – со вздохом произнес отец. – И кого же ты желаешь видеть своим супругом, моя милая? Джентльмены ждут.
      Я беспомощно переводила взгляд с одного своего друга на другого, с ужасом понимая, что за прошедшие дни мое сердце так и не смирилось с тем, что своим согласием я могу легко уничтожить их будущность.
      И мистер Оуэн, и мистер Уиллоби были дороги мне, но дороги как братья.
      – Вы все еще мучаетесь выбором, мисс Уоррингтон? – спросил лорд Дарроу, подходя поближе. – Вы же понимаете, что вам нужно принять это решение…
      С тяжелым вздохом я произнесла:
      – Да, милорд. Мне все также страшно лишить ваших племянников права на счастье… Я… Я не знаю...
      Отступить я не могла. Но… но и назвать имя никак не получалось. Оставалось только путано объяснять причины моих колебаний, без надежды, что кто-то поймет поселившееся в моей душе смятение.
      Однако мои вероятные мужья сумели разобраться в том лепете. И в их взглядах я прочла благодарность. Благодарность за то, что я думала о них, беспокоилась, не желала причинить им боль.
      На минуту в гостиной повисла тишина. Понять, о чем размышляет Эдвард, мне так и не удалось, пусть я и пыталась.
      – Есть еще один человек, который может жениться на мисс Уоррингтон, – неожиданно произнес мистер Уиллоби. – Достойный джентльмен, не связанный никакими обязательствам. Таким образом, мисс Уоррингтон не придется вступать в брак ни со мною, ни с Чарльзом, чего она не желает.
      Удивленным казался даже лорд Дарроу. Мой отец и брат также выглядели до крайности озадаченными.
      – Все-таки, Роберт, о ком именно ты говоришь?
      Мистер Уиллоби широко улыбнулся и заявил:
      – Я говорю о вас, дядя Николас. О вас.
      Пожалуй, ничто не могло шокировать меня больше… Впрочем, его милость оказался шокирован не меньше моего.