Мистер Демон (СИ)
— Боишься? — я видела его глаза, но не так отчётливо из-за темноты. Сейчас не получилось попасть в их плен, поэтому я буду держаться стойко.
— Нет, совсем нет, — солгала я.
— Боишься. Я это знаю, — по его голосу было понятно, что он улыбается. Ну, радоваться ему осталось недолго. Сейчас я всё ему выскажу! Хотела я открыть рот, как поняла, что ничего не могу ему сказать. Я боюсь, но ему ни за что не признаюсь.
— Н-н-ет. Н-н-е бою-ю-сь, — голос предательски задрожал, а Владислав усмехнулся.
— Маленькая девочка, ты даже не представляешь что ты завязала, — он взял меня рукой за подбородок и поднял моё лицо. — Тебе следовало меня сдать полиции, тогда бы никаких проблем не было. Зачем ты меня прикрыла?
— Что Вам от меня нужно?
— Я первый задал вопрос, — я молчала и не знала, что ответить. "Твои глаза свели меня с сума" или "ты такой горячий, что хотелось оставить такого красавца на воле", а нет, ещё лучше "ты гипнотизёр". Ничего не подходило, ибо всё было правдой.
— Я Вас пожалела, — наконец нашла ответ я, но Владислав мелодично засмеялся.
— Таких как я не жалеют. Таких как я избегают. Ты же с самого начала знала, что я отсидел за убийство. Другая на твоём месте бы жутко испугалась и сразу же не задумываясь сказала, что я вор и меня обязательно надо посадить за решётку.
— Вы меня убьёте? — прямо спросила я. В общем, на это я и рассчитывала. Он же уже убивал, ему не составит труда. А по его словам, я по всем параметрам подхожу для жертвы.
— Что? Убью тебя? Хах, зачем? Ты слишком лёгкая добыча для такого. С тобой можно сделать кое-что поинтереснее.
Насилие. Я так и думала. Ну, конечно, для чего мужчины ловят девушек в тёмном дворе? Ясно же для чего. Пленительные зелёные глаза. Казалось бы, такое чувство влюблённости, а на самом деле вместо парня меня ожидает насильник.
— Ты, наверное, думаешь, что я изнасилую тебя. Нет, против твоей воли я ничего такого тебе не сделаю. Есть кое-что гораздо интереснее, — даже в темноте я увидела как сверкают его глаза. С виду он такой молодой, а уже отсидел за убийство, а мог бы ещё и за кражу. Он не похож на насильника или убийцу, просто молодой парень. Что, в интересах отсидевшего мужчины, может быть интереснее насилия? — Предлагаю сделку. Я не трогаю тебя и твою семью, пока ты выполняешь все мои условия.
Рабство. Теперь понятно, что может быть интереснее насилия. На что я подписалась? Страх завладел мной и я не могла даже нормально мыслить. Или это присутствие Владислава так на меня действует. Мысли о сделке всё улетали и улетали. Объективно и адекватно мыслить я не могла.
— А если я отвергну сделку? — решилась спросить я.
— Говорю же, пока ты выполняешь мои условия, я не трогаю тебя и твою семью. В противном случае пострадаешь и ты и твоя семья, в первую очередь семья, потом уже ты.
— Это шантаж.
— Везде шантаж. Если не согласишься, то беды не миновать.
— Я согласна. Что за условия? — я не хочу чтобы мои родные пострадали из-за моего поступка. Я должна их уберечь от всего, поэтому нужно согласиться на эти условия. Мысли убегают. Я стараюсь разглядеть изумительные глаза в свете луны, но они не те. Эти глаза злые и жестокие. Не такие нежные и пленяющие, как при свете дня. Днём ангел, а ночью демон.
— Ох, их я сообщу потом, — Владислав поцеловал меня в щёку и я забыла обо всём на свете. Нежные губы на моей щеке-это непередаваемое ощущение. Теперь он гипнотизирует меня своими прикосновениями, а не глазами. Кто он такой? Может, демон? Или я просто так поддаюсь своим гормонам? Он быстро отстранился и начал уходить через единственный выход, но тут он резко остановился и обернулся. — И, да, старайся сидеть дома в такое время суток. Это небезопасно.
Ему бы заботиться о моей безопасности… Владислав растворился во тьме, оставив меня одну в тёмном дворе.
Часть 5. Разговор прозрения
Я наконец-то увижу его.
Хоть мне и хватило субботы,
Я вновь увижу его
Как тогда, на прологе.
Очертания любви искажая,
Зеркало шепчет "постой,
Не отдавайся ему на растерзания,
А останься собой." Виктория Ланская
День за днём ничего не давало мне покоя. Тёмные глаза Владислава так и пролетали перед глазами. Его условия. Всю неделю я была как в тумане. Ничего не помогало, абсолютно. Стало страшно ходить по улицам, теперь я не возвращаюсь вечером домой, только когда светло.
С Димой мы не виделись, хотя он всё ещё в Москве, он хочет дать мне время, чтобы я отошла от всего. Отойти не получается, я всё больше и больше погружаюсь в собственный мир, наполненный страхами и ужасами от Владислава. Если бы было какое-нибудь зелье, которое избавило меня от всего этого. Раз и ты перестала бояться всего, стала смелой и отважной. Говорят, нужно смотреть страхам в глаза и идти к ним, но я так не могу. Я до смерти боюсь. Боюсь человека, в которого безумно влюблена. Таких чувств не было никогда. Смешанные: страх и любовь, ужас и нежность, безумие и невинность.
Все дни я пыталась забыться уроками и занятиями с тётей, но даже во время них я начала летать в облаках, думать о нём. Родители не знают, что со мной происходит и мама подумывает о психологе. Вот чего чего, а психолога для меня я бы не советовала, будет только хуже. Я замкнулась в себе, а один единственный человек, который может меня поддержать бросил меня. Есть и подруга Катя, но она ничего не знает. Мы дружили с ней с малых лет, но в 8 классе я усомнилась в её честности. То, что я рассказала ей по секрету стало известно всей школе. Учимся мы в одном классе. Дружба сохранилась, но не та, я больше не посвящаю ей никаких секретов, хотя она рассказывает мне всё о своей жизни.
— Лера, к тебе пришёл Дима, — крикнул папа с коридора.
Дима? Мой Дима? Как мне его не хватало! Пусть он поскорее зайдёт. Я встала с кровати и застелила её, подняла разбросанные вещи и убрала в шкаф. Всё должно быть аккуратно.
— При..-он не успел договорить, потому что я бросилась ему на шею и крепко обняла, а он обнял меня в ответ. Тепло, ласка, безопасность-вот, что я чувствую в его объятиях и рядом с ним.
— Я так тебя ждала. Почему ты не приходил? — мы сели на мою кровать.
— Я думал, что если ты побудешь одна, то придёшь в себя. Сегодня суббота и я хочу провести её с тобой. Давай пойдём прогуляемся? Ты всё время дома.
— Да, конечно, мне и самой захотелось на улицу, — я словно расцвела, оттаяла. Быстро собравшись и с позволения родителей, мы вышли на улицу. Дима повёл меня в большой парк. Там очень красиво и умеренно людей, самая хорошая обстановка.
— Дим, мне плохо, — созналась я.
— Что? Что-то болит? Живот или что-то другое? — он очень обеспокоился, остановился и повернулся ко мне.
— Душа. Болит моя душа, — пояснила я.
— Фух, а я то думал… Ты напугала меня!
— Даже если бы была физическая боль, я бы этому обрадовалась.
— Что? Кто радуется физической боли? — мы шли по лужайке, мимо проходило мало людей, такое ощущение, будто мы почти одни. Лёгкий ветерок приятно дул в лицо, а осенние листья покрыли всё ковром. Очень красиво и уютно.
— Я радуюсь. Лучше испытывать физическую боль, чем душевные терзания. Я больше не могу.
— Лер, я не спрашивал, но, что случилось тем позднем вечером? Ты вернулась с каменным лицом и я сразу понял, что что-то не так. На тебе, правда, лица не было, как будто твои чувства стёрли.
— Я его встретила. Во дворе на улице ****.
— Так вот в чём дело. Он угрожал тебе? Причинил боль? Что?
— Много вопросов. Дождись и я сама всё расскажу, — я сглотнула и продолжила, рассказала всё, что было в тот вечер. Дима долго молчал, переваривал информацию.