Мой профессор-оборотень (ЛП)

Алессандро кивнул.
— Пожалуйста, сообщите Совету, что она будет связана клятвой крови сегодня вечером.
— Понял, Ваше Высочество.
Они поклонились и пошли прочь, старательно отводя глаза от все еще пылающего лица Кассии.
— Профессор? — Кассия набралась смелости заговорить только тогда, когда они с Алессандро шли к его машине, за рулем которой сидел один из его людей. Следующий за ними Доменико направился в противоположную сторону, где его ждала его собственная машина.
— Мм?
— Я всегда буду выставлять себя дурочкой рядом с тобой? — очень серьезно спросила она.
Его губы изогнулись.
— Вероятно.
Она поникла.
— Не обязательно так веселиться по этому поводу.
— Ничем не могу помочь, — сказал он. — Прямо сейчас я на вершине мира, зная, как сильно ты меня любишь. Ты такая застенчивая, и все-таки попыталась продемонстрировать на публике нашу связь во имя любви…
— Профессор!
Смеясь, он наклонил голову и коснулся ее губ легким поцелуем.
— Я люблю тебя, маленькая Кассия.
Она замерла.
— Всю жизнь я ждал тебя и даже не подозревал об этом. Я и мечтать не смел о том, что кто-то вроде тебя существует на этом свете — кто-то, кто может заставить меня чувствовать себя чертовски счастливым и напуганным одновременно.
Слезы снова подступили к глазам девушки.
— О, профессор. Не знала, что вы можете быть таким сказочно романтичным.
Он услышал, как вдалеке Доменико рассмеялся над словами Кассии.
— Ваши слова, словно слова поэта…
Услышав это, Алессандро подумал: «Я заговорил как влюбленный идиот».
Внезапно ее глаза засияли, и Алессандро насторожился, когда в ее голосе появились мечтательные нотки:
— Профессор?
— Что такое?
— Как вы думаете, вы когда-нибудь напишите мне любовное письмо?
Практически каждый Ликан в округе, включая его братца-предателя, согнулся пополам от смеха, услышав эту просьбу.
Он открыл рот, чтобы отказаться, но сделал ошибку, взглянув в ее глаза.
Ах.
Это была любовь.
— Каждый день, если хочешь, — пообещал он.
Эпилог
Два года спустя
Алессандро и Кассия наслаждались своим секретным обедом в его кабинете, когда девушка, сидя напротив, мечтательно вздохнула. Справедливо предположив, что причиной такого состояния не может быть спагетти из местного кафетерия, Алессандро просто спросил:
— Что на это раз?
— Я просто не могу забыть, какой красивой была встреча Доменико и Мисти. — Кассия вновь вздохнула. — Это было так романтично.
Профессор хмыкнул.
— С каких это пор секс стал романтичным?
Проигнорировав его слова, Кассия продолжила:
— Просто представь, сколько любви было вложено…
— Ты имеешь в виду, как сильно ему пришлось постараться в тот день?
Кассия нахмурилась.
— Хватит искажать мои слова.
— Тогда перестать обсуждать со мной интимную жизнь моего брата.
— И когда же вы наконец сделаете мне предложение, профессор?
Ее внезапный вопрос ввел Алессандро в ступор.
— Когда ты все-таки решишься, пусть это будет также романтично, как и у твоего брата… ах!
Внезапно Алессандро опустился перед ней на одной колено, и у Кассии перехватило дыхание, когда она увидела, что одна рука профессора спрятана у него за спиной.
«Неужели это оно?» — подумала Кассия, одновременно испуганная и взволнованная. Прошло уже два года с тех пор, как они начали встречаться, и каждый новый день был лучше предыдущего. Жизнь, конечно, не была идеальной. Была ее мать, заключенная в тюрьму и отказывающаяся сотрудничать. И где-то все еще прятался ее загадочный любовник Мел. Но даже при всем при этом, Кассия не могла припомнить время, когда была бы так счастлива…
— Кассия?
Его хриплый, требовательный голос заставил ее сердце биться быстрее, а тело покрылось мурашками, когда она заглянула ему в глаза.
— П-профессор?
Алессандро достал что-то из-за спины.
Глаза Кассии округлились.
Это было… не кольцо.
БАХ!
— Ой, — Кассия поморщилась, когда профессор стукнул ее скрученной газетой по лбу.
— Это тебе за отвратительное восхищение моим братом
— Но он… ой!
— Это — за то, что твоя голова забита непонятно чем, когда ты можешь провалить другой предмет.
Кассия скривилась.
— Я не виновата, что противный преподаватель хочет завалить меня…
— Сдай предмет, и тогда посмотрим, — пробормотал профессор.
Она с горячностью продолжила:
— Я, правда, думаю, что она просто ревнует и… — Кассия вдруг осеклась, когда до нее дошел смысл слов, только что сказанных профессором. Сдать предмет, и что тогда измениться между ними? Кассия осмотрелась вокруг, но профессор внезапно испарился.
— Ты правда решил сыграть со мной в прятки? — возмутилась Кассия. Быстро обойдя стол, она испугалась, увидев профессора в Ликанском облике, сидевшего под столом и смотревшего на нее зелеными глазами.
— Боже мой, ты все еще пытаешься довести меня до сердечного приступа, — обвинила его Кассия.
Волк кивнул.
Она собиралась отругать его, когда заметила что-то в лапе волка. И тогда Кассия увидела ее.
Коробочку.
У нее подогнулись колени.
Волк подтолкнул коробочку к ней.
Дрожащими руками Кассия открыла ее и лишилась дара речи, а из головы исчезли все мысли, когда она увидела кольцо внутри.
— О боже, профессор.
Отойдя от стола, волк лизнул ее лицо, как бы задавая самый сокровенный, самый интимный вопрос, слова шли из самого сердца. «Ты выйдешь за меня?»
Кассия обняла своего волка за шею.
— Конечно же, да, — прошептала она. Когда Кассия отстранилась, по ее щекам текли слезы, а глаза волка светились любовью… и голодом.
Руки Кассии опустились.
Волк выглядел так, как будто хотел съесть ее.
Хм-м….
Неужели….
Вот так?
В следующую секунду профессор вновь вернулся к своему человеческому облику. Он был полностью обнажен, и его озорной смех заполнил комнату.
— Какие же у тебя непристойные мысли, любовь моя.
Кассия покраснела.
— Я не…
Алессандро схватил ее в объятия, поднимаясь на ноги. Зацепив зубами ее одежду, Алессандро разорвал ткань по швам, показывая ей, как сильно он жаждет ее.
Треск. Треск. Треск.
За пару секунд вся одежда Кассии превратилась в лохмотья и упала к ее ногам, словно порванные листы бумаги. Кассия все время вздрагивала, слегка напуганная, но больше возбужденная и взбудораженная силой своего любовника.
— Позволь, я покажу тебе, каким диким могу быть, любовь моя, — промурлыкал он ей на ухо.
Не успела она моргнуть, как они оказались на ковре, Кассия — на четвереньках, пока профессор расположился позади нее, играя с ее лоном. Она застонала, когда его пальцы прошлись по ее складочкам, затем вновь, когда он убедился, что девушка полностью готова принять его, и тогда его член скользнул внутрь нее, толстый, твердый и пульсирующий.
— Алессандро, — простонала Кассия.
Профессор ничего не ответил, лишь крепче сжал руками ее бедра и стал вбиваться в нее, все сильнее и быстрее, пока она не увидела звезды. Когда они оба достигли пика, бедра профессора еще несколько раз яростно ударились об нее, пока он кончал в стонущую и извивающуюся Кассию, и лишь тогда Алессандро, наконец, отпустил ее.
Именно тогда Кассия заметила его кольцо на своем пальце — огромный бриллиант в форме сердца, так красиво отливающий в оправе из белого золота.
Все еще находясь позади нее, профессор прошептал:
— Ты моя навсегда, Кассия.
В этих словах она слышала и мужчину, и волка, и звучали они совсем не странно, и ей это нравилось.
— Ваша навеки, профессор, — прошептала в ответ Кассия.
КОНЕЦ