Вуаль эрилиона (СИ)

Немного помолчав, Гилор запрокинул голову и, глядя вверх, продолжил:
— Издревле Хертон населяли разумные существа. Они были столь красивы, что называли себя эрилионами — «светом звезд». Они редко общались с другими разумными, считая, что те оскорбляют их своим некрасивым видом. Они гордились собой и ставили себя выше других. Но несколько тысяч лет назад в наш мир явился Демиург. Он хвалил одних, других журил, но по-доброму, совсем как отец. Увидев Хертон, он почти впал в отчаяние. Раса, которая должна была стать венцом его творения, в которую он вложил больше всего заботы и любви, возгордилась от собственной красоты, провозгласив себя едва ли не божественной. Демиург понял, что простым увещеванием здесь не обойтись, и решил наказать их. В тот же миг все, кто называл себя «светом звезд», стали уродливы, будто жители Некрополя. Эрилионы по-прежнему не общались с другими расами, но теперь — чтобы никто не узнал, как низко пали те, кто столь высоко себя ценил. Но каждый эрилион может снять с себя проклятие Демиурга. Для этого нужно лишь найти представителя другой расы, с которым он будет чувствовать себя спокойно и легко, которому сможет доверять, не опасаясь издевок о своей внешности. Вот такая сказка, Тарлин. Мой отец верит в нее, потому и отправил меня сюда. Изучение трав — лишь предлог.
— А ты веришь? — тихо спросил дроу.
— Я? Нет. — Гилор криво улыбнулся и, встав, отошел к костру, оставляя принца в одиночестве.
— Зато я верю, — проговорил Тарлин, глядя в темноту.
========== Глава 4 ==========
Переложив ответственность за безопасность пути на своих воинов — не зря же он брал с собой самых опытных, Тарлин погрузился в размышления. Он действительно верил, что рассказанное вчера Гилором — это не сказка, и на самом деле может помочь. И если уж так получилось, что пять лет им никуда не деться друг от друга, почему бы не научить супруга доверять ему? Тем более что, если всё получится, провести это время с красивым существом будет намного приятнее.
Но прежде чем воплощать в жизнь план по «завоеванию» Гилора, нужно было решить еще одну проблему. Вчерашняя выходка Ализарина очень сильно сказалась на уверенности эрилиона в себе. Непонятно почему, но этот ребенок очень быстро стал важен для него, и теперь Гилор грустно вздыхал каждый раз, когда светлый появлялся в поле его зрения.
Огня в чашу негодования добавляли и воины. До сих пор эрилион очень ревностно следил за сокрытием своей внешности — по большому счету, кроме Тарлина, его никто и не видел. Но вчерашний случай позволил разглядеть его лицо в мельчайших подробностях. И теперь принц постоянно натыкался на их сочувствующие взгляды. Это неимоверно раздражало. Разговоры он мог бы с легкостью пресечь, но воины молчали. Возможно, обсуждали это между собой, но при нем не было сказано ни слова. Но это совсем не значило, что эрилион этих взглядов не замечал — замечал, и еще как. Но никак не комментировал. Тарлин выбивался из сил, отвлекая Гилора разговорами, а заодно пытаясь показать остальным, что лично его такая внешность не смущает. А что до посторонних — это не их дело и не их супруг. Похоже, что выбора нет, и с воинами придется открыто поговорить, чтобы раз и навсегда пресечь эти жалостливые взгляды. Увы, сейчас с глазу на глаз это сделать не получилось бы и оставалось только дождаться ближайшего трактира.
Скоро должна была начаться Свободная полоса — участок между границами, не принадлежащий никому из государств. Случись что на ней, никто не будет нести ответственность за произошедшее. Но перед этим отряду должен был встретиться долгожданный трактир — последний на землях дроу. Конечно, он был совсем небольшим по сравнению с тем, что на королевском тракте, но всё же там можно было поесть, переночевать и, самое главное, вымыться.
Трактиром оказалось невысокое двухэтажное здание комнат на десять, некогда выкрашенное синей краской, а сейчас крайне ободранное. Оставалось надеяться, что внутри обстановка будет более достойной.
Видимо, конюхи принца узнали и тут же доложили о нем управляющему, потому что, едва отряд успел снять сумки с лошадей, к ним навстречу выбежал полноватый мужчина, блестя улыбкой гнилых зубов:
— Ваши высочества, господа воины! Я так рад видеть вас в своем трактире! О ваших лошадях позаботятся самым лучшим образом. Чем я могу быть вам полезен?
— Нам нужно десять отдельных комнат, в них лохани сейчас и ужин в зале через час.
Вымыться в горячей воде первый раз почти за неделю было божественно. Мальчишка, принесший Тарлину постельное белье и полотенца, почти профессионально строил глазки и крутил попой, когда настойчиво предлагал свою помощь в помывке.
— Я сам, — только и ответил на это принц, но, заметив вмиг посмурневшую мордашку горничного, усмехнулся и добавил: — Вечером приходи, ближе к ночи.
Через час в зале собрались не все. Очевидно, трое воинов всё же не смогли отказаться от предложения потереть спинку и сейчас вовсю развлекались.
— Дальше начинается Свободная полоса, — объявил Тарлин, когда донельзя довольные воины заняли свои места за столом, и первый голод был утолен. — На этой тропе любителей чужого богатства меньше, чем на основном тракте, но тоже хватает. Надеюсь, клинками вы пользоваться умеете. — Он внимательно посмотрел на Ализарина и Гилора. И если последний лишь склонил голову в согласии, эльф вскинулся и ожег его взглядом, полным негодования. — Идем плотно и быстро. Гилор, в первую очередь защищаешь себя. Таков мой приказ как главы отряда. — Эрилион снова только кивнул. — Дориан, — принц закусил губу, задумчиво глядя на одного из воинов, — твоя задача — защита эльфа. Отвечаешь за него головой. Остальные — по ситуации. Всё.
Тарлин колебался, прежде чем принять такое решение, но всё же выделил одного охранника для Ализарина. Если он действительно императорских кровей, то это необходимо. А в таком случае лучше перестраховаться.
— Уже достаточно вечер для меня? — К столику подошел мальчишка-горничный и уселся принцу на колени. — Или мне еще подождать?
— Вот ты где! — Рядом внезапно появился один из парней, носивших лохань, быстро оценивая ситуацию. — Ваше высочество, а вы не желаете уединиться?
Гилор поднял голову, с удивлением поняв, что обращались к нему. Он окинул подошедшего внимательным взглядом, вздохнул, стиснув вилку в задрожавшей руке, и проговорил:
— Почему бы и нет.
Тарлин изумленно приподнял бровь и, улыбнувшись, сказал:
— В таком случае, считаю вечер оконченным.
Оказавшись в комнатах, он едва успел захлопнуть дверь, как мальчишка буквально атаковал его, целуя и вылизывая шею умелым языком. Пока Тарлин был еще в состоянии вспомнить и сделать это, он прошептал заклинание, плотно обернувшее его член тонкой тянущейся пленкой. Всё-таки его случайный любовник был общественного пользования, не хватало еще подцепить от него что-нибудь.
Хлопнула дверь соседнего номера, и мысли принца вернулись к Гилору. Неужели его супруг всё же решился расстаться с девственностью? Но почему именно сейчас? Не из-за вчерашнего происшествия ли Гилор решил, что это его единственная возможность? Руки продолжали автоматически сжимать упругие ягодицы горничного. Вот только… Если этот непонятный лоханщик обидит эрилиона — а это скорее всего так и будет — с идеей о доверии можно будет попрощаться. Он попытался представить, что происходит сейчас в соседней комнате и настолько погрузился в свои мысли, что даже не замечал действий любовника. А тот уже проворными пальцами распустил шнуровку на его брюках, запуская ладонь внутрь. Там наметилось кое-какое оживление, но явно недостаточное в данной ситуации.
— Так, парень, не сегодня. — Тарлин отодвинул от себя мальчишку, продолжавшего упрямо тянуть к нему руки. Бросив несколько монет на кровать, он быстрым шагом вышел из комнаты, не беспокоясь за сохранность вещей — двое воинов должны были нести дежурство независимо от того, где ночует отряд, — и вышиб дверь соседней комнаты, в которой с любовником уединился его супруг. Жалобно звякнув, выбитая щеколда безжизненно повисла на одном гвозде.