Сердце льва
Рэн подтянул Аврору и ухватился за ее платье. Оказавшись наверху, девушка прислонилась к скале, тяжело дыша и наблюдая, как Рэн отползает от края пропасти.
Рэн лежал ничком в грязи и тяжело дышал. Аврора коснулась его волос, и он, подняв голову, заглянул ей в глаза. Она с трудом подавила рыдания. Вскочив, Рэн ощупал ее плечи, шею, желая убедиться, что она цела. Он обхватил ее лицо ладонями.
– Я люблю тебя, – дрожащим голосом сказал Рэн. – Я люблю тебя.
– Я знаю. – Она погладила его щеку и ощутила под пальцами теплые слезы.
– Боже милостивый, красотка, я думал, что снова потерял тебя! – Рэн еще не справился с волнением.
– Это невозможно, львиное сердце, – уверенно промолвила Аврора. – Мы связаны великой силой. Даже смерть не разлучит нас.
– Боже правый, – усмехнулся он. Его глаза сияли от счастья. – Значит, ты будешь преследовать меня даже после моей смерти?
– Да. Но, – она дрожала всем телом, – сейчас мне очень нужен твой поцелуй, Рэнсом.
Он нежно коснулся ее губ, и Аврора, всхлипывая, прижалась к нему.
Коннор, увидев это, улыбнулся и растворился в воздухе.
Джунгли вдруг ожили. Отовсюду слышались треск сучьев и голоса. Со всех сторон сбежались пираты и полуголые островитяне. Факелы и лампы осветили тьму.
– Матерь Божья! – воскликнул кто-то, когда из-за кустов появился ярко-рыжий лев. Он двигался медленно и грациозно и наконец сел перед Рэнсомом и Авророй. Аборигены, охваченные священным трепетом, упали на колени, и даже видавшие виды пираты отошли подальше.
– Вот когда ты показался, – упрекнула его Аврора. Лев поднял голову и громко зарычал, обратив аборигенов в бегство. – Тихо. – Аврора протянула руку и погладила льва по мокрой гриве. – Ты прощен. – Она взглянула на Рэнсома. – Ну, теперь ты веришь в могущество магии?
Рэн улыбнулся:
– Я верю в тебя, и этой магии для меня достаточно.
Эпилог
Несколько месяцев спустя
Рэн стоял на причале, уходящем далеко в море, и ждал, когда отдадут якоря и закрепят швартовы. Большой черный парусник производил весьма внушительное впечатление. Он прибыл с задраенными орудийными амбразурами и с белым флагом на грот-мачте. Рэн не имел оснований не позволить этому судну зайти на остров, тем более что береговая охрана располагала двадцатью пушками.
Услышав свое имя, Рэн обернулся:
– Боже, да не беги же ты так!
– Я не бежала, – возразила Аврора. – Я просто быстро шла.
Саида, Грэнвил и Коннор торопливо следовали за ней. Их тоже беспокоило ее легкомысленное поведение.
– Ты даешь слишком много воли своей жене, – заметил Коннор. – Мое сердце сжимается всякий раз, когда она вот так бежит.
– Это твоя дочь, – отозвался Рэн, обхватив рукой раздавшуюся талию Авроры и прижимая жену к себе. – Управлять моей женой – безумная затея. – Рэн поцеловал ее. – Дахрейн?
– Лазает по горам, – ответила Аврора. Рэн взглянул на вершину и гордо улыбнулся.
– Кассир!
– Рэнсом, – поправил Саиду Грэнвил. Саида и бровью не повела:
– Кассир, кто наш гость?
Прикрыв ладонью глаза от солнца, Рэн обратил взор на море и стал наблюдать за человеком, который спрыгнул на причал, не дожидаясь, когда спустят трап. Рэна охватило вдруг странное ощущение, по коже побежали мурашки.
Незнакомец остановился перед ним, и они молча оглядели друг друга.
– Богиня света! – прошептала Аврора. – Как две капли воды!
При виде человека, так похожего на него самого, странное ощущение Рэна усилилось.
– Меня зовут Ройс Тримэйн. – Ветер трепал каштановые волосы незнакомца.
– Рэнсом Монтгомери. – Рэн слегка поклонился.
– Моя жена Аврора. – Он не отрывал взгляда от гостя, уже догадавшись, что это младший из его братьев.
Высокий незнакомец взял руку Авроры и поднес к губам.
– Очень приятно встретиться с вами здесь, мадам. Эван Пирс просил передать вам привет и благодарность за то, что вы спасли ему жизнь и ногу.
– Вы американец! – воскликнула Аврора, и он добродушно улыбнулся ей.
Ройс обратился к Рэнсому:
– Эван упорно утверждал, что я найду свое прошлое у короля-пирата.
– Похоже на то, – сухо ответил Рэн и взглянул на Грэнвила: – По-моему, пора выяснить все твои делишки, отец.
Грэнвил промолчал.
– Отец? – Ройс посмотрел на Грэнвила с нескрываемым любопытством.
Тот шагнул к нему.
– Ты сын Анжелы. – Помолчав, он добавил: – И мой.
Ройс радостно улыбнулся. Отец и сын некоторое время смотрели друг на друга, затем Грэнвил заключил Ройса в объятия.
– О, сердце мое, – прошептала Аврора Рэну, положив голову ему на грудь. – Посмотри, у человека, который никогда не хотел иметь семью, скоро не будет свободного места за столом.
Рэн поцеловал ее. Ройс снова шагнул к брату, и оба одинаковым движением откинули волосы со лба. Аврора смеялась, оглядывая Ройса.
– Аврора! – Рэн бросил на нее взгляд, полный ревности и любви.
Она улыбнулась:
– Думаю, львиного сердца мне вполне достаточно.
Рэн положил руку на плечо Ройса и повел его к дому.
– Итак, скажи-ка мне, братишка, ты встречался с Рахманом?