Восстание гроллов

Небо в Амбрэ было чистое и голубое, впрочем как всегда, а над скалой, словно шапка из серебристого меха, лежали тяжелые тучи. Я открыла окно, поглубже вдохнула, пытаясь привести себя в чувство и уловила запах грозы. Сама не знаю от чего, но так я волновалась, когда ехала в Амбрэ впервые.
Спустя несколько миль, словно подведенные невидимой чертой, обрывались любые признаки цивилизации. Жилые дома я миновала давным-давно, изредка попадались лишь хозяйственные полуразвалившиеся постройки и бараки, а теперь, единственным украшением служили сухие стволы берез, торчавшие словно сломанные кости. Вот и въезд в пещеру, как огромная черная дыра – про это место ходит много неприятных слухов. Желудок судорожно сжался, и я, боясь спасовать, вдавила педаль в пол. Машина резко прижалась к дороге, мотор зарычал и нырнул в тьму.
Мое частое дыхание почти гармонично звучало с ревом двигателя, пока я летела сквозь. Последний и единственный раз я была здесь с Илаем, он держал меня за руку и рассказывал о Шеоле. Тогда только его глаза и мерцали в темноте, словно спасительные огни… я, потеряв, наверное, остатки разума, расслабилась в кресле, закрыла глаза, понимая что это может закончится очень плохо и представила его рядом со мной: улыбку; хрипотцу в голосе, когда он смеялся; как он щурился, когда задумывался; как темные волосы падали на глаза. Я включила музыку громче, так громко как позволяли динамики. Зазвучала Enigma – Beyond the Invisible. Ох! Я буквально растворилась в этой мелодии, в воспоминаниях. Внутри потекла раскаленная лава,
с макушки вниз, а навстречу ей, наверх, ползла ледяная колючая слизь, где-то в районе сердца они встретились, смешиваясь в ядовитый коктейль, вот тогда стало трудно дышать.
В глаза полоснул свет, жестоко возвращая к реальности. Я нехотя открыла глаза и задрожала от собственного крика, потому как неслась прямо на Джея. Он стоял у обочины, утопая подошвами ботинок в бледно-сером тумане, словно призрак. Голова опущена, медные спутанные космы развиваются под порывами ветра подобно щупальцам анимона, худые руки безвольно висят по бокам, а за ним Чертова дыра – бездна, которой и конца не видно. Я вжала ногу в педаль тормоза и схватилась за руль, пытаясь поменять смертоносную траекторию. От влажного тумана придорожная пыль превратилась в скользкую слизь, машину закрутило и несло прямо в обрыв. Я почувствовала резкий толчок и ударилась головой о руль, а затем, рикошетом, о боковую стойку. В глазах полоснули искры.
Машина остановилась. Казалось, все тело превратилось в пульсирующую жилу: сердце выпрыгивало из меня, а во рту соленый привкус крови из разбитой губы. Я огляделась. Туман, большими мохнатыми лапами, выползал из Чертовой дыры и обвил меня как белый кокон – ничего не разобрать. Решительно схватившись за ручку, я толкнула дверь, но она застряла и даже не дернулась. Еще раз с силой подергав за нее я убедилась в бесполезности своих попыток и перебралась на пассажирское сиденье, а затем потянула за ручку и распахнула дверь.
Ледяной, бодрящий ветер, точно дожидаясь этого залетел в машину – аж дыхание перехватило. В лицо и нос ударил свежий запах горного снега. Я поморщилась и приготовилась шагнуть, как вдруг, услышала хлопок. Резко развернувшись, я увидела Джареда, припавшего грязными ладонями к водительскому окну. Он покачал головой, мол не ходи туда и я замерла глядя в его потухшие глаза цвета гнилой травы. Господи-боже!!! Джаред и прежде отличался аскетичным телосложением, а теперь и вовсе походил на заключенного концлагеря.
– Джей, – выдохнула я собирая остатки самообладания. Я слышала, что он очень переживал смерть Илая, но даже представить не могла насколько. Он словно был и жив, и мертв одновременно.
Джаред приоткрыл для меня пассажирскую дверь со своей стороны. Перед тем как захлопнуть свою, я еще раз выглянула наружу и не сдержала вздох. Машина остановилась на самой кромке обрыва и если бы я сделала шаг, то отправилась бы ко всем чертям в буквальном смысле. Джей спас мне жизнь. Дважды за сегодня.
Я торопливо выбралась из машины и поежилась от холода, пожалев что ни захватила с собой никакую кофту. Здесь никогда не светит солнце и всегда туман – мне это было известно. Кожа покрылась мурашками, я обхватила себя руками и огляделась. Он стоял на самом краю, рядом с машиной и балансировал на носках, раскачиваясь вперед-назад. Осторожно ступая по скользкой грязи я подошла сзади и молча уставилась ему в спину. Что сказать?! Он никогда не вызывал у меня теплых чувств, а теперь и вовсе пугал. Было в нем что-то демоническое, как и в этом месте.
– Спасибо, что приехала, – произнес он негромко, разворачиваясь в пол оборота. Небольшой шрам у правого края губ создавал пугающую иллюзию усмешки. Откуда он у него?
– Спасибо, что спас меня. Дважды, – я старалась, чтобы голос звучал уверенно и не дрожал. А мне было действительно страшно. Зачем он позвал меня?
Джаред горько усмехнулся, устремив взгляд на меня. Грустный, безнадежно потерянный. На ровном носу, из-за худобы проступила небольшая горбинка, и теперь он стал похож на отца. Высокие скулы выступали, как прорисованные светлой краской, а еще этот свежий шрам.
– Ты же все-таки моя сестра, – Джаред сказал это словно объявил о том, что у него завелись вши, а затем развернулся и оказался со мной лицом к лицу. Под его взглядом мне захотелось уменьшиться в размерах, казалось, воздух стал тяжелым и плотным.
– Прости меня, Джей, – только бы не зареветь.
– За что? – горько усмехнулся он.
Я сглотнула ком.
– За него.
Джей резко поднял голову к небу, к угольно-серым тучам и засмеялся словно безумный. Я обхватила себя руками и отступила на шаг. Да он просто псих! Что же смешного я сказала?!
– Я никогда не смогу простить, – покачал он головой, – но только не тебя.
Я заглядывала к нему в глаза, стараясь рассмотреть сквозь пелену боли его послание ко мне.
– Его!!! – выкрикнул он сжимая до синевы кулаки, – этого говнюка!!! – глаза Джареда сверкали, словно волчьи, только не злобно, а испуганно. Ему было так же страшно, как и мне. Он не знал как жить без него, – он не мог так поступить со мной, просто не мог!
Джаред качал головой из стороны в сторону, волосы липли к мокрому от сырости лицу и заползали в рот. Я молчала.
– Ничего уже не вернуть, – тихо проскулил брат, – а я ведь так и не сказал ему как сильно я его любил!!!
– Он знал это, Джей, всегда знал!
Джаред смотрел на меня исподлобья, словно взвешивая за и против.
– Любил, – наконец произнес он, – но не так как тебя, – Джей вложил в эти слова столько горечи и обиды, что у меня выступили слезы, – Когда Илай вернулся из псарни (Джаред так называл человеческий мир), я понял что он никогда не станет прежним. Я потерял его и возненавидел тебя за это. Если бы ты видела его в те дни!!! Вечно жизнерадостный Илай погас! Все чего он хотел – быть с тобой, и это было невозможно ни по одному из параметров, – Джей отвернулся, – тогда я повторил его же слова: «Тот кто боится выйти за границы дозволенного мертв!» Возвращайся к ней… и он ушел. Только потом я понял, что навсегда.
Я вспомнила неделю, когда Илай исчез: оставив меня один на один с собой, с моей войной разума- чувств. За неделю вся моя жизнь перевернулась вверх ногами: все цели, к которым я упорно шла обесценились в одну секунду, ту самую, когда наши взгляды пересеклись.
– Илай когда-нибудь говорил о том как мы познакомились? – резко сменил тон Джей, словно и не хрипел от боли секунду назад. Воспоминания о Илае лучились из него теплом. Он даже слегка улыбнулся.
– Никогда.
– Да. Мы никому не рассказывали, – он с секунду смотрел на меня оценивающе, а потом раскрыл свои руки для объятий.
– Что ты делаешь? – настороженно спросила я.
– Хочу раскрыть тебе свою душу, – улыбнулся он, – нам давно пора поговорить.
Идея не такая уж и плохая – брат и сестра пытаются наладить отношения. Но маленький нюанс! Мой брат – Джаред Грей – чокнутый парень… с покалеченной душой и, что-то мне подсказывает, нелегкой судьбой. Но ведь я хочу узнать его ближе, хотя бы из-за того как его любил Илай! Он знал его лучше всех и ценил – значит было за что. Может и у меня появился шанс узнать настоящего Джареда, того кто прячется под чертовой маской.