Мой ласковый и нежный зверь (СИ)

Мальчишка как-то извернулся, оказавшись уже не за спиной, а на коленях перед ним, при этом так и не убрав руки от задницы - и из оной - Андрея. И снова жадно заглотил его член, прикрывая глаза и урча от удовольствия. Андрей, тихо подвывая, вцепился в стену. Еще никогда ему не доводилось испытывать… такое. Слов для обозначения он не нашел, да и не искал. Ян продолжал, прерываясь на несколько секунд, чтобы отдышаться, но не прекращая медленный и чувственный массаж.
- Ау-у-у, - скулил Ольшанский, подвергая несчастный душ опасности быть разломанным. Колени подкашивались, каким чудом он еще стоял? Ян не стал мучить его слишком долго, когда удовольствие перерастает в боль, закончив все несколькими четко выверенными движениями рук и рта. Андрей всхлипнул, разглядывая фейерверки перед глазами. Очнулся сидящим на дне душевой кабины, под релаксирующими струями душа. Ян придерживал его, облокотив себе на грудь, и молчал.
- Выжми и повесь на батарею, - язык еле шевелился.
- Боюсь, батарея не выдержит. Я лучше помогу тебе дойти до кровати, - Ян поцеловал его в ухо, дотянулся до крана и выключил воду. - Давай, солнце, поднимаемся.
Андрей встал с третьей попытки. Вытирал его Ян сам, потом подставил плечо и повел в спальню, на удивление крепко удерживая то и дело порывающееся сползти тело. На кровать Андрей слег кучей тряпья.
- Старость не радость.
- Какая старость, о чем ты? Это просто я заездил тебя. Прости, дорвался же, - Ян ласкался, как кот, мурлыкал и обнимался. Андрей тискал его, откуда только силы и брались.
- Тебе в казармы не пора?
- Вообще-то, сейчас семь утра. Но ты прав, пора. Не хочу-у-у… Хотя, ладно, у тебя есть шанс отоспаться.
- Возвращайся скорей, - уже во сне пробормотал Андрей.
========== Глава седьмая ==========
Ян устроил себе пробежку по утреннему морозцу, так что в Управление Охоты ворвался раскрасневшийся, учащенно дышащий и с прекрасным настроением.
- Янис Эйм, к шефу!
- Иди, труповозку я вызвала, - согласилась секретарша.
Ян мысленно застонал и поплелся «на ковер». Шеф, кажется, был в ярости. Кроме Яна, в кабинете находился еще и Мастер Влад.
- Явился, - выплюнул шеф. - Очень, блядь, хорошо.
- А что я сделал?
- Заткнись, будь любезен. Влад, ты требуешь невозможного.
- Я требую того же, что и от остальных моих подопечных.
У Яна похолодело в животе, и колени стали, словно набитые ватой конечности игрушечного зверька.
- Он не справится.
- Значит, пойдет в выбраковку.
- А может, не будете говорить так, словно меня тут нет? - тихо поинтересовался улин.
- Хорошо, Влад. Он пройдет выпуск. Но я требую соблюдения пятнадцатого пункта.
- Невозможно! Им не поль… - Влад умолк, когда шеф рявкнул.
Пятнадцатый пункт Кодекса гласил, что ученик имеет право взять партнера на выпуск. Отстающего на одну ступень партнера. Слабей Яна по параметрам были лишь первогодки. Или нормалы. Если поставить его в пару с новичком, погибнут оба. Тем более, что заявленные противники для Яна были бы по зубам разве что одному из сильнейших Охотников в потоке.
- Хорошо. Но никто из Мастеров не даст ему ученика в пару.
- Я дам ему напарника. Иди, Влад.
Раускас скрипнул зубами и вышел.
- Значит, все, списали? - Ян оскалился и пригнул голову. - За что?
- Еще не списали. Но Влад слишком помешан на силе. Вам придется нелегко, веришь?
- Верю. Кого дадите в напарники? Мне бы хоть пару дней на притирку.
- Твоего нормала. Еще не напритирался?
- Что? - опешил Охотник. - Андрея? Да вы тут все с дуба рухнули, что ли? Против кого?
- Троих ноктюрно.
- Да это же убийство! Ему не хватит скорости! Он их даже не увидит толком! - Ян коротко взвыл, но обращение удержал. - Я сам сражусь. Не впутывайте Андрея. Шеф, пожалуйста.
- Хватит. Не надо недооценивать шефа, я древний, но еще не в маразме. И тренировать вас я буду лично.
Ян воззрился на шефа, как на чудо морское. Истинной формы этого существа не знал никто, кроме старших Мастеров. Даже Влад не знал, что уж говорить о молодняке.
- Правда?
- Нет, шучу! - рявкнул шеф.
Замигали лампы, подскочило и перекосилось здание, посреди ясного дня с неба хлестнули молнии. Глаза улина стали еще крупнее, хотя испуга в них не было.
- Великая и Всеблагая… Громовержец… Вы, шеф, гиперборей?!
- Есть такое, а теперь иди, обрадуй своего нормала, что ему придется сражаться. Пускай готовится, как умеет.
- Ум-м-м, шеф, - Ян помялся и все же спросил: - А то, что он под эгидой клана Червонного, ничего?
- Владу наплевать, ты это знаешь. Так что человека тренировать будет сперва твой любимый дружок-зубоскал. А тебя я. Завтра в полдень, спортзал «Олимпион».
Ян со стоном приложил себя ладонью по лбу. Какой пиздец их ждет! Накрылся Андреев отдых мохнатой пилоткой.
- Все, иди уже. Жду обоих завтра. Ничего не жрать, чтоб блевать нечем было.
- Понял, шеф. До завтра, - Ян развернулся и вышел, растерянный и очень встревоженный. Ладно он, знал ведь, на что идет, выбирая стезю Охотника. Впрочем, у него и выбора особого не было. Но Андрея-то за что так подставлять? И подставил его опять Ян.
«Что ж я маленьким не сдох?»
Андрей дома висел на турнике, вделанном в косяк гостиной, подтягивался. При виде Яна спрыгнул.
- Привет, котище.
- Привет, - Ян приткнулся к его груди головой, вздохнул: - Я пришел к тебе с приветом. Вернее, каяться пришел.
- Ну, кайся. Что натворил? Нассал на коврик на втором этаже?
- Меня выставляют на выпускной поединок.
- Так… Это плохо.
- Шеф потребовал соблюдения древнего Кодекса, в общем, Андрей, ты согласен выйти на поединок моим партнером?
- Согласен, - сразу отозвался Андрей. - А кого надо покалечить?
- Ноктюрно. Так, - Ян схватил его за руку, - к Лэрис. Даешь ей согласие на покровительство. Тренировать тебя будут вампиры. А меня, - он сглотнул, - сам шеф.
- А шеф - это хуже, чем Мастер? - Андрей рванул за ним по лестнице.
- Это круче. Он - гиперборей, это… ну, как детский самокат сравнительно с таким огромным, как его там, Белазом, вот. Это Мастер и шеф. Я там вообще не котируюсь никак.
- Ладно. А это хорошо, что шеф взялся тренировать?
- Это шанс для меня выжить. И почему я, дурак, тянул с согласием горгулам?
- В самом деле, дурак, - Лэрис встретила их на пороге. - Проходите, времени мало.
В комнате на журнальном столике их ждала ритуальная чаша, обсидиановый клинок и символы четырех стихий: чашка с водой, свеча, пожертвованная вампиршей орхидея, как символ земли и распахнутое настежь окно, в которое врывался зимний ветер.
- Я, Лэрис Червонная, от имени клана и своего имени, милостью Всеблагой Богини, принимаю тебя, Андрей Ольшанский, в клан. Согласен ли ты отдать себя под власть ночи и тьмы, да озарит луна твой путь, принять кровь и силу клана?
- Согласен, - кивнул Андрей.
- Лэрис… - пораженно уставился на вампиршу Ян, - ты…
- Дай руку и ничего не бойся. А ты, раймо, замолчи и внимай.
Андрей протянул руку:
- А что… А что будет?
- Увидишь. Ничего плохого.
Лэрис обхватила его руку повыше запястья, держа, словно в тисках, наклонилась и впилась в запястье острыми клыками. Это было больно. Яну пришлось обхватить Андрея за плечи.
- Тс-с-с, терпи, потерпи, солнце.
- Я терплю, терплю… все делаю, короче.
Андрею стало холодно, не столько от того, что квартиру вымораживал ветер, сколько от потери крови. Рука, к которой присосалась Лэрис, на глазах бледнела, он подозревал, что и сам выглядит не очень.
- А я жить-то буду? Голова кружится.
- Будешь. Все будет в порядке, Андрюш. Не бойся, - Ян целовал его в висок, в щеку, уже не держал, а поддерживал.
- Это хорошо. Буду… как нетопырь… коконом.
- И это тоже. Научишься летать. Только глаза не закрывай, любимый, не засыпай, нельзя.