Мой ласковый и нежный зверь (СИ)
- Вечер был великолепен, ты был прекрасен, как рассвет над заливом, и что ты там думал о шоколаде? - вампирша подмигнула своему визави.
- О горячем шоколаде. Люблю иногда выбираться на крышу с термосом шоколада.
- Плед не забудь, а то тебе оттопчут и отлежат ноги.
- Кто? - удивился Андрей.
- Ну, тот, для кого шоколад, наверное, - Лэрис усмехнулась. - Едем, я покажу тебе один магазинчик. НАШ магазинчик.
- О? - заинтересовался Андрей, убирая карту и вкладывая тысячную купюру в папку.
- Увидишь.
Такси, вызванное метрдотелем, уже ожидало у подъезда ресторана.
- Луначарского, шестнадцать, - скомандовала Лэрис.
Андрей любовался ей исподтишка, очень уж хороша была дама. Мраморно-белое, аристократически утонченное лицо, выразительные, как у египетских кошек, глаза, изумительно женственная фигура, со всеми положенными природой выпуклостями и плавными линиями. И она - боец? Ольшанский хорошо чувствовал скрытую в ней силу, но сопоставить ее с тем, что видел, не мог. Не бывают такие красивые и женственные дамы бойцами.
- А что тебя удивляет? - Лэрис повернула голову, поймав его взгляд, улыбнулась с долей вызова.
- Да все. Меня в последние дни столько удивляет…
- Ты хорошо держишься, как для нормала. Я бы даже сказала, отлично держишься.
- Ну, это все успокоительный чай. И будоражащий секс.
- Я рада, что вы нашли друг друга.
Андрей разулыбался.
- Ян мне не чужой, да и ты теперь тоже. Отец был удивлен моим поручительством, но сказал, что я вольна поступать, как знаю, и он меня поддержит.
- Спасибо. Я… тронут.
Машина остановилась.
- Подождите нас, любезнейший, - бросила Лэрис водителю. И повела Андрея к освещенным мягким теплым светом витринам небольшого магазина, чем-то напомнившим мужчине лавочки из Миядзаковских фильмов. Звякнул колокольчик, усиливая ощущение сказочности происходящего, и Андрея объял аромат шоколада, ванили, корицы, бисквита и миндаля. Ольшанский принюхивался, как кот.
На звук колокольчика из подсобки вышел… вернее сказать, выкатился усатый, носатый и чернобровый мужчинка, подскочил от радости, увидев Лэрис, затараторил что-то непонятное то ли на испанском, то ли на французском… Или на немецком? Кажется, в его темпераментной речи смешались все языки Европы. Лэрис ответила ему на той же смеси.
- Идем, сейчас будешь выбирать шоколад.
Выбирать было воистину из чего. Немецкий, бельгийский, французский - лучшие сорта и виды, как пояснял их гид по этому царству шоколада, Жан-Рене. Он тоже был вампиром, Андрей разглядел парные клыки, но… толстый вампир? Румяный вампир?! ЗАГОРЕЛЫЙ вампир? Ладно, он подумает об этом позже.
- Лэрис? Помоги.
- Жан-Рене, нам нужен любимый шоколад для моего раймо, и самая лучшая смесь для приготовления горячего шоколада, - смилостивилась вампирша. На высоком прилавке тотчас появились несколько плиток, завернутых в простую фольгу, и большой пакет ручной работы. Андрей счастливо облизнулся.
- И мне мой любимый, пожалуйста.
Лэрис вручили коробку, и она немедленно открыла ее.
- Хочешь? Он с перцем чили.
- Хочу попробовать, да.
Шоколад был не в плитке, а словно бы заранее наколот из большого куска. И он был обалденный. Черный, горьковато-сладкий и острый. Андрей блаженно улыбался:
- Это так вкусно!
- Мсье знает толк в… шоколаде. Ну, идем. Жан-Рене, все покупки на мой счет, дорогой. Спасибо тебе, - толстячка-вампира чмокнули в пухлую щеку, он расплылся в улыбке, снова залопотал что-то непонятное. Лэрис рассмеялась, покачала головой: - No, amico mio, questo non è il mio amante. Questo è il mio allievo prediletto.
Андрей фыркнул:
- Да-да, я не твой любовник.
Лэрис окинула его взглядом, облизнула яркие губы.
- А жаль.
- Я не интересуюсь женщинами, увы, даже такими божественными.
Хищная улыбка на ее лице сменилась удовлетворенной.
- Замечательно. Идем, пока таксист не решил, что мы сбежали, не заплатив, через черный ход.
- Идем, да. У меня кот и мыши голодные.
- О, Богиня, мыши? - удивилась вампирша.
- Я хотел накормить кота…
Лэрис расхохоталась, и смеялась еще долго, прижимаясь к его плечу в машине. Видимо, стоило ей вспомнить выражение лица Андрея, как ее снова скручивал приступ смеха.
- А еще мне надо в зоомагазин. За мячиком.
- Ну, все, я сейчас икать начну, - Лэрис вытерла уголки глаз платком. - Андрей, ты просто чудо.
- Но кот же, ему играть надо.
- И после этого ты спрашиваешь, чего не хватает Яну? Детства. У него его не было совершенно. Я, конечно, попыталась дать, что могла. Но я и сама уже забыла, что это такое. А с тобой ему будет проще получить причитающееся ему тепло.
У дома Андрей даже ловко извлек Лэрис из машины, не прищемив платья, расплатился с таксистом.
- Спасибо за чудесный вечер, дорогой, - девушка потянулась и чмокнула Ольшанского в уголок губ. - Все было просто великолепно.
- Я рад, - Ольшанский открыл перед ней дверь подъезда. И нос к носу столкнулся с тем самым подозрительным красноглазым типом, вернее, князем Кшиштофом Червонным.
- Добрый вечер, - Андрей решил быть вежливым.
- И вам, юноша. Лэрис, - князь склонился над ручкой своей приемной дочери. - Прекрасно выглядишь. Через пять минут жду тебя в машине, - и вышел.
Андрей кивнул Лэрис и ушел к напарнику, выяснять, вернет тот ему яблоко или не вернет. Вампирша умчалась наверх, игнорируя лифт, Сергей клятвенно пообещал, что яблоко вернет, с процентами, заверил, что ему совсем не трудно отдежурить трое суток и отправил явно уставшего человека отсыпаться.
Андрей ввалился в квартиру, засыпая на ходу, пошел к кровати, устилая одеждой пол. Улин, проснувшийся, стоило лифту остановиться на их площадке, негромко рассмеялся и принял его в свои теплые объятия.
- Спи, красавец.
- Я тебе шоколад купил, - Ольшанский уткнулся ему носом в плечо.
- Спасибо, - Ян по-хозяйски сложил на него ноги и голову, потом повозился и весь переполз на крупное и очень теплое тело, затих, наслаждаясь покоем. Андрей в полусне гладил его по спине. Свое собственное очень любимое котище. О том, когда это он успел полюбить, можно подумать и завтра, на трезвую голову. А пока – просто гладить его.
Разбудил Андрея аппетитный запах жареной рыбы и картофельного пюре. На кухне негромко посвистывал закипающий чайник, ему в такт что-то намурлыкивал Ян, явно стараясь вести себя потише и не греметь посудой. Ему удавалось. Андрей выполз на кухню, сонный, еще в полудреме, взъерошенный. Его сходу уронили на табуретку и смачно чмокнули в нос.
- Доброе утро, соня! Вернее, полдень уже!
- Ага-а-а, меня так разоспало в законный выходной.
- Вот и славно. А я тебе поесть приготовил. Ты рыбку любишь?
- Обож-жаю, - Андрей облизнулся.
Ян усмехнулся:
- Чистить зубы, умываться. Я пока салат дорежу.
Ольшанский угукнул и убежал. По возвращении его из ванной на столе уже ждала глубокая миска с ароматным пюре и тарелка золотистой, поджаристой, присыпанной зеленью рыбы. Ну и целый таз салата из огурцов и помидоров с той же зеленью и сметаной. А перед Яном стояла тарелка с чисто вымытой сырой картошкой и мелко нарезанным сырым мясом.
- Божественный завтрак, - Андрей налег на еду. - Какие планы на сегодня?
- Вроде бы, никаких. Воскресенье же. А вот завтра мне надо в казармы.
- Сходим, прогуляемся?
- Можно. А куда?
Андрей подумал немного:
- В кино?
- М-м-м… а что для этого нужно?
- Да ничего, просто пойдем в кино.
- А разве туда не надо смокинг или там… как его… фрак?
Андрей посмотрел на него удивленно:
- Не в театр, Ян, в кино.
- Я понял. Просто я не знаю, как ходят в кино.
- Просто. Посмотрим фильм, отдохнем. Что бы ты хотел посмотреть?
Охотник вздохнул:
- Не знаю. Я никогда не ходил в кино.