Загадки казацких характерников
Левенцы в Буше. Рисунок И. Манца.
Левенцы укрепляют Бушу. Рисунок И. Манца.
После поражения казаков под Берестечком, когда польский гетман Потоцкий отправил посланцев на Подолье с требованием повстанцам сложить оружие и поддаться панам, левенцы, собравшись на Совет, перебили панских посланников и, организовавшись под руководством Чугая и Олексадренко, начали громить шляхту в окрестностях Бара. Впоследствии Чугай был убит, а Олександренко удалось собрать около 10 000 повстанцев и контролировать значительную территорию вокруг Браилова (164, 548). Причем Олександренко поддерживал тесные сношения со «старшими полковниками» Хмельницкого, сообщая им о действиях польских подразделений (295, 264).
Николай Костомаров, описывая поход Тимоша Хмельниченко в Молдавию в 1653 году для оказания помощи своему тестю Стефану Лупулу, отмечает, что его войско состояло из казаков, украинских левенцев, карпатских горцев и татар (164, 619). Во время битвы на реке Яловец, когда из-за измены молдавских полков армия Тимоша потерпела поражение, именно отряды левенцев ценой своей жизни дали возможность отступить основному ядру казацкого войска. Как упоминается в летописях, «храбрый начальник украинских левенцев Грицько собрал пехоту в четырехугольник и, защищаясь, пал в сече» (164, 620).
Орыся Зависна взрывает Бушу. Со старинного рисунка.
В историю освободительной войны яркими страницами вписана героическая защита гарнизона города Буши от польских оккупантов. Гарнизон этого города состоял из левенцев Поднестровского полка. Шесть тысяч левенцев с женами и детьми под руководством атамана Гречко противостояло тут огромной польской армии. Процитируем рассказ об этой героической обороне: «Польское войско было очень большим. Подоляне заранее решили умереть, но не сдаваться на растерзание врагам. Как только польский отряд приблизился к городской стене, его приветствовали сильным залпом; быстро вылетели казаки из ворот, рассеяли врагов; погиб сам начальник отряда. Ободренные левенцы в знак торжества ударили в колокола. Но вслед бросился на штурм Чернецкий с несколькими полками. Он увидел, что одна ворота стоит ниже других: там стена спускался по холму. Туда и направил он солдат. Левенцы дали сильный отпор, отступили и пустили поляков в ворота; и когда враги вошли в город и уже отдалились от ворот, вдруг за ними вспыхнул пожар, а спереди бросились на них осажденные мужчины и женщины с оружием, косами, рогачами и палками. Поляки наткнулись на огонь, многие погибли и сам Чернецкий с простреленной ногой успел выскочить. Гетманы, видя такую упрямство, жалели людей и послали в город трубача с предложением милости, прощения и полного забвения бунта; однако левенцы жестоко расстреляли этого трубача на глазах врагов.
Тогда военачальники приказали идти на генеральный штурм всему войску. Бушу окружили со всех сторон. Лянцкоронский велел коннице спешиться и лезть на скалы; послал туда даже погонщиков и слуг. Но все усилия были напрасными: левенцы сыпали на них градом пуль, бросали огромные бревна, и поляки падали со стен. Буша была неповреждена.
Чернецкий заметил, что можно спустить воду из пруда, который примыкал к городу в самом неприступном месте: сделали плотину, вода обмелела и в то время, когда казаки отражали сильное наступление, польская конница спешилась, перешла через пруд и напала на одну башню. Казаки долго защищали это место, много польских солдат погибло, но все время прибывали новые подкрепления к этому слабому месту. Сделав пролом в стене, подожгли башню и ворвались в город, тогда как другие, пользуясь раздробленностью сил осажденных, во многих местах взбирались на стены. Невозможно было удержаться против большого войска. Гречко пал в битве. Русы, не желая быть пленными, жгли свои дома и умерщвляли друг друга. Жена убитого сотника Зависного, сказав: «Не хочу после милого мужа стать забавой для солдат! — подожгла бочку и взлетела в воздух». Ободренные ее примером женщины бросали в пламя и колодцы своих детей и сами следовали за ними. Погибло 16 000 храброго народа. Все имущество стало добычей огня; солдаты не получили вознаграждения за потерю товарищей и собственные раны. 70 женщин успели спрятаться в пещере недалеко от города, закрытого густым терновником. Но некоторые, убегая, потеряли по дороге свои наметки (женский головной убор — прим. пер.). Это заметили слуги и полковник Целарий получил приказ принудить их сдаться.
Отряд левенцев в бою. Рисунок И. Манца.
Казак-победитель. Рисунок М. Дерегуса.
— Выходите! — кричали им солдаты. — Мы обещаем вам жизнь, прощение, сохранность вашего имущества. Не губите бесполезно себя. Из пещеры им ответили выстрелами. Целарий не стал посылать солдат на бесполезную смерть, а придумал другой способ выдворить их из тайника: неподалеку с горы бил источник, и он приказал отвести его и направить прямо в пещеру. Женщины утонули, но ни одна не отдалась в руки победителям» (164, 698–699). Когда читаешь это — стынет кровь в жилах: эти люди не боялись смерти, они боялись только потерять свою честь. Недаром именно на Подолье сохранилось интересное казацкое приглашение гостя в дом «Дома наши на кладбище, а Вас прошу к куреню» (334, 91) (курень — казарма на Сечи). Такое приглашение может быть только у народа-воина, который считает своим долгом героически умереть за родину. Такое поведение напоминает один к одному героическое поведение отдаленных от нас за тысячи километров потомков арийцев — раджпутов, которые также называли себя сингхами, то есть львами, а при осадах врагами их крепостей, когда раджпуты видели, что надежды на спасение нет, жены собирались в подземельях крепости и проводили ритуальное сожжение «джаухар», а мужчины настежь открывали ворота крепости и бросались в свой последний бой «шака» (321, 192).
Левенцы. Рисунок И. Манца.
Изображение солнца на казацкой пороховнице. XVIII в.
Еще в 1702 году подольская шляхта просила польского коронного гетмана Й. Потоцкого помощь против левенцев. Левенцы участвовали в восстаниях Семена Палия и Самуся против Польши (79, 116). Когда эти восстания были подавлены, левенцы влились в состав гайдамацких отрядов. Ведь, как утверждает В. Грабовецкий, именно от левенцев началось гайдамацкое движение, которое «было разновидностью движения левенцев, дейнеков, оно унаследовало у них организацию и тактику» (75, 81). На отряды левенцев опирался и знаменитый гайдамацкий руководитель Верлан, который после подавления его восстания нашел приют именно на территории, контролируемой левенцами (301, 611). А народная память сохранила песню о атамане гайдамаков Левенченко, который беспощадно расправлялся с польскими панами:
"Ой Левенче, Левченоньку,Ти удовин сину, да козаченьку!Вже ж на тебе всі паниВстали із ізрадою,Хотять уловити громадою".“Ой я ж бо їх да не боюся,Я ще молод козак, вислужуся:За два коня ворожії,За дві шаблі золотії".Погодивши да не забаривши,Да ведуть левенця уловивши.Ведуть його да улицею,Зв'язавши руки сирицею.За ним іде ненька старенька,Сестра рідненька."Чи я ж тобі, сину не казала,Чи я ж тобі, брате, не говорила…Що не рубай ліса Лебедина!"Вирубавши да зволочивши та запиливши,Ой пішов Левенець затуживши;Пішов же він попід лугом,А підпираючись тугим луком.Прийшов же він да до криниці,До холодної да до водиці.Ой стоять коні да поплутані, пов'ючені,Вони од Левенця не утечені!Лежать пани да порубані, помучені —Вони од Левенця не утечені!.. [45].
