Песочные часы

И вот она, улица Щукина, подворотня, подъезд. Мы всползаем на свой четвертый этаж, цепляясь за ступени руками, потому что ноги уже не идут. Но это пустяки, главное — мы живы, и вся жизнь впереди.
  
Об этой книге
 
 
 
Кто в дружбу верит горячо,
 
Кто рядом чувствует плечо —
 
Тот никогда не упадет,
 
В любой беде не пропадет,
 
А если и споткнется вдруг,
 
То встать ему поможет друг —
 
В любой беде надежный друг
 
Ему протянет руку!
 
 
Была когда-то давно такая пионерская песня о дружбе. И была она, в общем-то, правильная.
Сейчас о дружбе мало говорят и пишут. Как-то это не модно. Не принято.
Ровесники автора этой книги знают, что дружба, может быть, самое лучшее и надежное в жизни.
Эту книгу Анна Масс посвятила своим внукам и правнуку.
Естественно, как же иначе? Кому еще может доверить бабушка память о своем детстве?
На деле всё не так просто.
Книга посвящена, прежде всего, ее старым верным друзьям, с которыми пройдена жизнь, без пробелов и без остатка.
Дружба — странная вещь… В ней и радость, и ясность, и легкость, и Пушкинская печаль.
Друзей не стоит называть «старыми». Для друзей мы всегда молодые, красивые, умные и, главное, навсегда близкие.
Лучше говорить — «друзья молодости».
… Они собираются вместе и счастливы: вот он — наш круг. Наш спасательный круг.
Так идут годы и годы. Круг становится уже и реже. И уже не хватает многих.
И тут происходит самое странное и самое прекрасное: дружба дарит своим верным рыцарям главный подарок: радость встреч от этих утрат не убывает, а становится глубже и ярче.
Сидят за столом друзья… Вспоминают свой дом, свой двор, свою школу. Разглядывают фотографии — старые, пожелтевшие, где они еще девочки и мальчики. И недавние «фотки», своих «потомков».
И я узнаю на одной недавней фотографии девочку, необычайно похожую на автора этой книги. Просто — не отличить.
И понимаю, что жизнь — вопреки всему — светла и бесконечна.
В. Юсова
  
Иллюстрации
 
Мои родители — Наталия и Владимир Масс. Ссылка. Тюмень. 1934 г.
Я и моя няня Шура — Александра Павловна Федотова. 1935 г.
Я с братом Витей. 1938 г.
Я с братом. Март, 1941 г.
Я с Валей Шихматовой. 1938 г.
Я с Валей через пятьдесят лет. Те же, только без кукол. 1988 г.
Я с Аней Горюновой и Валей Шахматовой во дворе нашего дома. 1940 г.
В том же составе семь лет спустя. Плёсково
И это тоже мы — в 90-е. По-моему, ничуть не изменились
Наташа Захава, 6 лет. Сразу видно, что воображала
Наталия Захава-Некрасова — режиссер, поэт, экстрасенс, подруга всей жизни и по-прежнему воображала
Леночка Воллерштейн. 1941 г.
А это взрослая Лена со своей тётей — народной артисткой Ц. Л. Мансуровой. 1960 г.
Мой брат Витя с Егором Щукиным на скамейке под окнами Щукинской квартиры. 1937 г.
На той же скамейке перед самой войной. 1941 г.
Два Мишки — Горюнов и Рапопорт — и Аня Горюнова. 1939 г.
Подросший Мишка Рапопорт, кумир дворовых девчонок
В эвакуации. С тетей Леной и Маринкой. Омск, 1941 г.
Витя Масс — рабочий Омского оборонного завода. 1942 г.
Валя Шихматова и Наташа Абрамова. Плёсково. 1947 г.
Старшие «вахтанговские дети»: в центре — Витя Масс, слева от него — Мила Данчева, Егор Щукин, Люся Липскерова. Справа — Вадик Русланов, Максим Греков, Лёня Пажитнов. А вот кто держит на руках Наташу Абрамову, мы что-то не вспомнили. Плёсковский «омут». 1947 г.
Наташа Абрамова с Женей Вахтанговым (Саша из рассказа «Лесная фея»), Плёсково
Я с Ленкой Воллерштейн в пионерском лагере. Плёсково, 1948 г.
Мне 13 лет. Не такая уж уродина, как мне тогда казалось
С какого момента начался этот мучительный «переходный возраст»?..
С мамой, папой и Маринкой. 1947 г.
Я с Ёлкой Явич
Я с Ниной Слайковской (в книге — Рудковской)
Каменная сова из рассказа «Арбатские переулки»
Миша Рапопорт, студент Щукинского театрального училища, со своей будущей женой и будущей актрисой Мирой Кнушевицкой. Май 1956 г.
Режиссер Михаил Рапопорт с народной артисткой Цецилией Мансуровой
Миша и Аня Горюновы, студенты театрального училища МХАТ
Михаил Горюнов, режиссер театра МХАТ
Тут нам всем чуть за 50. Лена Воллерштейн, Наташа Захава, Аня Горюнова, Валя Шихматова, я. 1986 г.