Поэзия трубадуров. Поэзия миннезингеров. Поэзия вагантов

* * *
 
 
Посмотрите, стал я стар:
 
Голова как снег бела.
 
От крестьянского сыночка
 
Я понатерпелся зла.
 
Ох уж этот Энгельмар!
 
Он, болван, всему виной:
 
Прикарманил мой подарок —
 
Зеркальце у Фридеруны
 
Он посмел украсть.
 
И с тех пор,
 
Как явился этот вор,
 
С легким сердцем я не пожил,
 
Грусть и горечь я познал,
 
Душу горем растревожил
 
И любовью все к любимой
 
Сердце бедное терзал. 
 
 
  
ГОТФРИД ФОН НЕЙФЕН
 
* * *
 
 
Бродил но далеким краям
 
Бочар из веселой артели,
 
А был он любителем дам,
 
И там, где бывал он при деле,
 
О деле потом не жалели.
 
 
 
«Хозяин, не нужен ли в дом
 
Работник?» — «А что за работа?»
 
«Работа? Тешу долотом.
 
Я бондарь. Кому есть охота,
 
Я сделаю бочку в два счета».
 
 
 
Он взял из мешка молоток
 
И обручи вынул для кадки,
 
Он многое вынуть бы мог,
 
Поскольку при добром достатке
 
Держал инструменты в порядке.
 
 
 
Хозяйка была молода
 
И сразу его оценила.
 
«Спаситель послал вас сюда»,—
 
Сказала, пощупав зубило.
 
И дело пошло, покатило.
 
 
 
Вот бочку связали вдвоем
 
Не меньше, чем на девять ведер,—
 
На то и хозяйка: всё в дом.
 
Однако и бондарь не лодырь —
 
Уважил хозяина бондарь! 
 
 
* * *
 
 
«Только услышу, как начали скрипки,
 
Лучше бы, думаю, мне умереть,
 
Чем над качалкой зевать!
 
Ах, убежать бы под майские липки
 
И в хороводе с подругами петь
 
И танцевать, танцевать!
 
Скрипки играют, зыбки скрипят,
 
Малые дети спать не хотят.
 
Милочка, скоро ль тебя укачаю, я уж и света не чаю!
 
 
 
Няня, возьми — у меня нет терпенья —
 
Дитятко на руки, будь так добра,
 
Ты одна можешь помочь.
 
Я бы терпела, когда бы не пенье.
 
Если б не песни всю ночь до утра,
 
Песни и танцы всю ночь.
 
Скрипки играют, зыбки скрипят,
 
Малые дети спать не хотят.
 
Милочка, скоро ль тебя укачаю, я уж и света не чаю». 
 
 
  
УЛЬРИХ ФОН ЗИНГЕНБЕРГ
 
* * *
 
 
Госпожа, я мог бы счастье излучать,
 
Но без вашего участья нет житья.
 
«Ах, оставьте! Много проще получать
 
Утешенье у других. При чем тут я?»
 
Кто теперь меня утешит, кроме вас и бога?
 
«Бросьте глупые насмешки, вы болтаете так много!»
 
 
 
Нет, прекрасная! Единственная, нет!
 
Не отталкивайте преданность мою.
 
«Ах, но разве я давала вам обет,
 
Вашу скорбь нести желала, как свою?»
 
Знайте: я — на грани смерти, сжальтесь над страдальцем.
 
«Ради вашего спасенья шевелить не стану пальцем».
 
 
 
Я утратил вкус к насмешливым словам,
 
Не до шуток, если боль долбит виски.
 
«Ну так что же я должна позволить вам,
 
Чтоб избавить вас от гибельной тоски?»
 
Я бы дал совет охотно, вам помог бы в атом.
 
«Ах, боюсь, что я не скоро обольщусь таким советом».
 
 
 
Ваша холодность и ваш надменный смех
 
Сердце бедное мое вгоняют в грусть.
 
«Ваша просьба для приличной дамы — грех,
 
Хватит гневаться, не то я разозлюсь!»
 
Гнев — без пользы, вашу нежность лучше взять в подмогу.
 
«Я клялась мужчин коварных сторониться всю дорогу».
 
 
 
Мне не свойственно коварство, госпожа,
 
Я, ей-богу, без подвоха вам служу.
 
«Если правда все, что молвите, дрожа,
 
Я огромное спасибо вам скажу».
 
Если б это помогало, я воскрес бы, знайте.
 
«Ну тогда воспряньте духом и надежду не теряйте!» 
 
 
  
МАРНЕР 
 
* * *
 
 
Позор, фон Цветер Регимар,.—
 
Как свой, ты двор чужой подмел,
 
Нос подточил ты, как комар,
 
И четвертушку в фунт возвел.
 
Да, если сам себе не врешь.
 
День вырос в год, стал юн, кто стар;
 
Дрофой стал гусь, скворцом орел,
 
Оленю дал ты речи дар,
 
Как пса, ты волка в дом привел.
 
Но где ты доводы берешь?
 
Ложь льется с языка легко,
 
Как истина для всех.
 
Цедил ты птичье молоко,
 
Носил ты рыбий мех.
 
Трех чудищ ты уговорил:
 
Скупость,
 
Зависть,
 
Ненависть.
 
Ты вор, крадущий слог и стих,
 
Пивко без солода сварил:
 
Хлебни-ка! Прихвостней своих,
 
Хозяин, слушай ложь. 
 
 
* * *
 
 
Я, люди, песню бы свою
 
Пропел теперь для вас...
 
Но ждет, как я ему спою,
 
Всяк лишь на свой заказ.
 
Один желает знать о том,
 
Как Дитрих Бернский пал.
 
Второму спой, как королем
 
Когда-то Ротер стал.
 
О нападенье русов
 
Рассказа третий ждет.
 
Четвертому поведай
 
Про Экхартовы беды.
 
А пятый заказал
 
Кримгильду вспомнить песней.
 
Шестой наказ мне дал:
 
Ему лишь интересно,
 
Где лютичей народ.
 
Так каждый в свой черед,—
 
Разнообразье вкусов! —
 
Припомни, просит, о былом:
 
Как Зигфрид прожил, песню спой,
 
Как Экке кончил путь мирской.
 
Седьмому спой про готов племя,
 
Про подвиг Виттиха и Гейме.
 
Одних любовных песен
 
Потребовал восьмой.
 
Девятый прочь уходит,
 
Соскучившись со мной.
 
Десятый песням рад,
 
Лишь был бы в песне лад,
 
Пропой про то, про се,
 
Он в уши впустит все.
 
О Нибелунгах слушать сказ
 
Иной всегда готов,
 
Он чувства в этой глыбе закопал.
 
Я для такого нов,
 
Я для такого мал.
 
И песнь, что я слагал,
 
Для множества ушей сейчас
 
Как стук о мрамор топоров.
 
Но я таков:
 
Что, люди, я пою для вас,
 
На то король мне не указ,
 
Я сам хозяин слов.