Собрание сочинений. Том 4

 Рикардо 
 
 
Вам мало?
 
 
 Тристан 
 
 
Обо всем — молчок!
 
 
 Маркиз Рикардо и граф Федерико уходят. 
  
ЯВЛЕНИЕ ДЕВЯТОЕ
 
 Тристан, Теодоро. 
 Теодоро 
 
 
Ты здесь с убийцами моими
 
О чем-то говорил сейчас?
 
 
 Тристан 
 
 
Нет дурня в городе у нас,
 
Достойного равняться с ними.
 
Вот цепь и тысяча эскудо
 
За то, чтобы я вас убил.
 
 
 Теодоро 
 
 
Послушай: что ты натворил?
 
Смотри! Не кончилось бы худо.
 
Я изнываю от тоски.
 
 
 Тристан 
 
 
Когда бы вы меня слыхали,
 
Вы мне бы вдвое больше дали,
 
Чем дали эти дураки.
 
По-гречески не так уж трудно
 
И говорить в конце концов:
 
Чередованье всяких слов.
 
Зато же и звучит как чудно,
 
А имена зато какие:
 
Астеклия, Катиборратос,
 
Серпалитония, Ксипатос,
 
Афиниас, Филимоклия…
 
Здесь главное — красивый звук,
 
И если кто точней не вник,
 
Сойдет за греческий язык.
 
 
 Теодоро 
 
 
Меня терзают сотни мук,
 
Волненья горести и страха.
 
Ведь если вскроется обман,
 
Я столько бедствий жду, Тристан,
 
Что наименьшим будет плаха.
 
 
 Тристан 
 
 
С такими мыслями носиться!
 
 
 Теодоро 
 
 
Ты — дьявол, вот кто ты такой.
 
 
 Тристан 
 
 
Пусть все течет само собой,
 
А там увидим, что случится.
 
 
 Теодоро 
 
 
Идет графиня.
 
 
 Тристан 
 
 
Я скрываюсь.
 
Не хочется встречаться с нею.
 
 
 (Прячется.) 
  
ЯВЛЕНИЕ ДЕСЯТОЕ
 
 Те же и Диана. 
 Диана 
 
 
Вы что же не пошли к отцу?
 
 
 Теодоро 
 
 
Сеньора! Тяжкие сомненья
 
Меня гнетут, и я решил
 
Вторично вас просить о прежнем —
 
О разрешенье удалиться
 
В Испанию.
 
 
 Диана 
 
 
Скажите: это
 
Не потому, что вас опять
 
Зовет к оружию Марсела?
 
 
 Теодоро 
 
 
Меня? Марсела?
 
 
 Диана 
 
 
Что ж тогда?
 
 
 Теодоро 
 
 
Сеньора! Мой язык не смеет
 
Тревожить этим ваши уши.
 
 
 Диана 
 
 
Пусть это честь мою заденет,
 
Но вы скажите, Теодоро.
 
 
 Теодоро 
 
 
Тристан, которому по смерти
 
Обман воздвигнет изваянья,
 
Лукавство посвятит поэмы,
 
Крит — лабиринты, [140] увидав
 
Мою любовь, мои мученья
 
И зная, что у Лудовико
 
Когда-то сын пропал без вести,
 
Измыслил басню про меня.
 
А я — ничто, найденыш бедный,
 
И мой единственный отец —
 
Мой ум, мое к наукам рвенье,
 
Мое перо. Граф Лудовико
 
Признал, что я его наследник.
 
И я бы мог стать вашим мужем,
 
Жить в полном счастье, в полном блеске,
 
Но внутреннее благородство
 
Не позволяет мне так дерзко
 
Вас обмануть. Я человек,
 
Который по природе честен.
 
Поэтому я вновь прошу
 
О разрешении уехать,
 
Не оскорбив в моей сеньоре
 
Любовь, и кровь, и совершенства.
 
 
 Диана 
 
 
Все это и умно и глупо.
 
Умно — что ваша откровенность
 
Явила ваше благородство;
 
Но глупо думать, в самом деле,
 
Что буду глупой также я
 
И брошу вас, когда есть средство
 
Возвысить вас из низкой доли.
 
Ведь не в величье — наслажденье,
 
А в том, чтобы душа могла
 
Осуществить свою надежду.
 
Я буду вашею женой.
 
А чтобы нашего секрета
 
Тристан не выдал никому,
 
То я, как только он задремлет,
 
Велю его схватить и бросить
 
В колодец.
 
 
 Тристан 
 (появляясь) 
 
 
Но, но, но! Полегче!
 
 
 Диана 
 
 
Кто это?
 
 
 Тристан 
 
 
Это я, Тристан,
 
Весьма естественно задетый
 
Несправедливейшим поступком
 
Неблагодарнейшей из женщин.
 
Я вам устроил ваше счастье,
 
По собственному побужденью,
 
А вы меня — в колодец бросить!
 
 
 Диана 
 
 
Ты это слышал?
 
 
 Тристан 
 
 
Не подцепят!
 
Меня поймать не так легко.
 
 
 (Хочет уйти.) 
 Диана 
 
 
Вернись!
 
 
 Тристан 
 
 
Вернуться?
 
 
 Диана 
 
 
Можешь смело.
 
В награду за твою смышленость
 
Я обещаю, что вернее
 
Ты не найдешь друзей, чем я;
 
Зато и ты держи в секрете
 
Свое великое открытье.