Собрание сочинений. Том 4

Часть 107 из 171 Информация о книге
 Графиня 
  Маркиз в Валенсии?
 
 
 Дон Хуан 
  Какой?
 И что нам в этом, кто б он ни был?
 
 
 Эрман 
  В нем больше треска слов пустых,
 Чем грома в грозовое лето.
 
 
 Дон Хуан 
  Но объясните: кто же это?
 
 
 Графиня 
  Да мой избранник, мой жених!
 
 
 Дон Хуан 
  Ах, тот маркиз сицилианский?
 
 
 Эрман 
  Да, он, и сто мужчин и дам,
 Уже завидующих вам,
 Короче — заговор гигантский.
 
 
 Дон Хуан 
  То неизбежные враги,—
 Завидно им чужое счастье.
 Хочу пойти унять их страсти,
 А ты, Эрман, мне помоги.
 Без унижения, без просьбы
 Пойти ко всем, к друзьям, родным,
 Преподнести подарки им,—
 Всем это по душе пришлось бы!
 Кто беден — одинок всегда,
 А к богачу любой пристанет.
 
 
 Графиня 
  Ну, если их на деньги тянет,
 Мы приручим их без труда.
 Вы так умны и справедливы,—
 Все тратьте, все, что нужно, граф!
 
 
 Дон Хуан 
  Спасибо! Это право дав,
 Жизнь и свободу мне спасли вы.
 
 
 Дон Хуан и Эрман уходят. 
  ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ
  Графиня одна. 
 Графиня 
  Любовь созрела в сердце, слухе, взоре —
 Все мне твердило: полюби его!
 И что мне чувств открыло волшебство,
 То утвердил и разум гордый вскоре.
 
  Желанья в их стремительном напоре,
 Не победив рассудка моего,
 Благоразумью дали торжество,
 Подняв свой парус только в брачном море.
 
  Любовь! За то, что так упорна ты
 И вынудила праздную надменность
 Сегодня в жертву принести мечты,—
 
  Хотя б узнать пришлось мне счастья бренность,
 За эти дни блаженства навсегда
 Тебе прощаю скорбные года.
 
 
 УЛИЦА 
  ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
  Дон Алонсо, Отавьо. 
 Дон Алонсо 
  Не стану больше побираться.
 Еще других просить, — о нет!
 
 
 Отавьо 
  Какой безжалостный ответ!
 
 
 Дон Алонсо 
  Я рву письмо — чего стараться!
 Вот приобрел друзей и братца!
 Я их убил бы, всех друзей,
 Вот этой шпагою своей,
 Всех этих прихвостней проклятых.
 В чем отказали — в ста дукатах!
 Да больше дружбы у зверей!
 Когда семь храмов дружбе верной
 В стихах воздвигнул Лукиан,
 Бьюсь об заклад, старик был пьян,
 Поверил басне лицемерной
 О видах дружбы столь примерной!
 
 
 Отавьо 
  Да, в наши дни и фальшь и ложь
 Везде в почете застаешь,
 Но вспомним Грецию в те годы:
 Там дружбу славили рапсоды. [112]
 
 
 Дон Алонсо 
  Но я-то, я-то стал хорош!
 Я только темной ночью ныне,
 Когда укрыт ее плащом,
 Решаюсь покидать свой дом,
 А в этой вот моей рванине
 Мне даже стыдно выйти днем.
 Я столько делал им добра,
 С любым из них я всем делился,
 И вот во что я превратился:
 Не плащ, а на дыре дыра.
 О эта гнусная игра!
 Фортуны дочь, она, прельщая,
 За горло нас берет и в грязь
 Швыряет, колесо вращая.
 А женщины! Любая связь
 Какой ценою мне далась!..
 Нет, я не буду жить, покуда
 С тобой не выберусь отсюда.
 Но как?
 
 
 Отавьо 
  Я мог бы дать совет,
 Но ведь у вас терпенья нет.
 Я слышал, он — восьмое чудо,
 Граф новоявленный, ваш брат.
 
 
 Дон Алонсо 
  Мой брат?
 
 
 Отавьо 
  Вы рады уж взорваться
 
 
 Дон Алонсо 
  Да, рад!
 
 
 Отавьо 
  Умейте и сдержаться.
 Он добр, отзывчив и богат.
 И, как женился, говорят,
 Пригрел уж многих, — для любого
 Найдет участливое слово,
 И многим беднякам помог.
 
 
 Дон Алонсо 
  Но я к нему ни на порог…
 Нет! Нет!
 
 
 Отавьо 
  А что же здесь такого?
 
 
 Дон Алонсо 
  Ну нет, уж это никогда!
 Просить подать мне ради бога
 Того, кого я гнал с порога,
 Кому отказывал всегда!..
 Ты не сгораешь от стыда
 За свой совет?
 
 
 Отавьо 
  Он к пользе вашей.
 
 
 Дон Алонсо 
  Да он меня прогонит взашей!
 Нет, голод свел тебя с ума.
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница