Во всем виновата Маринка (СИ)

-- Вот он какой золотой, красавец, вот как старается, - сказала врач. - Кричит, маме сообщает, что все в порядке.
Она отдала малыша акушерке.
-- Рыженький? - обрадовалась Марина, услышав слово "золотой".
-- Нет, скорее брюнетом будет, - сказала акушерка, которая что-то делала с малышом.
-- Ну и хорошо, - сказала Марина.
Она уже любила своего мальчика, любого: рыжего, светлого, темного. Женщина лежала на столе и смотрела вбок, где медики взвесили малыша, запеленали, унесли.
Раздался телефонный звонок, Марина услышала, как одна из акушерок отвечает:
-- Да, родила. Мальчик. Три триста. Пятьдесят один сантиметр. Передам. Конечно, передам!
Акушерка подошла к Марине:
-- Вам большой привет от Сергея и Валюши. Они рады. Сергей - это ваш муж?
-- Друг, - ответила Марина. - Я вдова.
-- Извините, - смутилась акушерка.
-- Не надо, не извиняйтесь, - улыбнулась женщина. - Я все равно сегодня самая счастливая. У меня родился сынок. Я больше не одна на этом свете.
-- Правильно говоришь, дочка, - одобрила пожилая акушерка.
Когда Марине первый раз принесли ребёнка, она сразу поняла, что у него не может быть никакого имени, кроме Сашеньки. Он был самый прелестный младенец в мире: темные волосики, большие круглые глазки, длинные реснички. И был он не красненький, как другие детишки, а беленький и самый красивый во всем роддоме. А когда малыш улыбнулся, может, бессознательно, Марина поняла, что в её жизни произошло самое важное событие, что существо, лежащее на её руках, это самое главное для неё, и не только для неё, но и в целом мире. Она не согласна умирать! Не нужен никакой конец света! Она будет жить! У неё есть Сашенька!
Из роддома женщину забрали Валя и Сергей. Всё детское приданное купила соседка. Уезжая рожать, Марина оставила Валюше деньги, довольно-таки большую сумму, сказала, что в школе дали материальную помощь и учителя скинулись. И опытная мама Валя, вспоминая, что нравилось подруге, купила всё, что надо младенцу. Она же и постирала тщательно детским мылом, и погладила, и подготовила все для выписки. Радовались девчонки, что у тети Марины родился мальчик, радовался Толик. Теперь у него будет друг, почти что брат.
Сашенька был спокойный младенец. Молодая мама очень была удивлена, что первую ночь ребёнок спал, не просыпаясь. Марина взяла его утром на руки и обнаружила, что он еще сухой. Для Марины начались трудные дни, но они были счастливые. С каждым днем она все больше любила своего мальчика. Иногда вспоминала незнакомого ей Алексея, вспоминала, что Гоша рассказывал про друга, про его семью. И приходила к выводу, что сына она родила от хорошего человека.
Васильевы, Зырянские, Аросьевы, Бауэры.
Много лет назад...
В далёком периферийном малоизвестном городе пустили первую линию нефтеперегонного завода. Это была очередная комсомольская стройка. Известно, что в основном там работали заключённые, но нужны были и специалисты. Кого-то сюда направили по распределению, некоторые ехали добровольно, кто-то здесь родился, но все надеялись получить квартиру.
Не квартиры пока, а комнаты в общежитии получили многие семьи. Секцию номер одиннадцать из трёх комнат выделили молодым бездетным семьям.
Аросьевы прибыли из Горького, сюда получил направление Александр, глава семьи, молодой инженер-энергетик, только что окончивший вуз, за ним последовала жена Инесса, деловая рыжеволосая женщина.
Из Хабаровска прибыла чета Васильевых. Галина, жена, была родом из этих мест, в Хабаровск попала по распределению, там вышла замуж за Матвея Васильева, но в родные места тянуло, кроме того, был шанс получить жильё.
Местными, деревенскими, были Зырянские: Илья и Нина. Они давно хотели перебраться в город, вот и воспользовались моментом.
Молодые семьи сдружились между собой. Мужья и жены утром вместе отбывали на работу. Васильев Матвей работал в системе связи завода, его жена Галина работала по своей специальности - фельдшером в заводском медпункте. Александр Аросьев был энергетиком, Иннеса, по специальности учитель начальной школы, без сожаления рассталась с прежней профессией и устроилась в отдел кадров завода. И последняя пара: Илья Зырянский - устроился рядовым электриком, Нина, не имея никакого образования, кроме десяти классов школы, устроилась сначала техничкой, а потом, окончив курсы, перешла в лаборантки.
Семьи сдружились между собой. Вечерами собирались на кухне, пили чай, обсуждали новости. Вместе отмечали праздники, устраивали пикники на природе, всей секцией ехали в деревню копать картошку родителям Ильи и Нины, получая взамен ту же самую картошку, молоко и варенье.
Скоро новостью номер один, не устаревающей никогда, сделалась беременность молодых жён.
Все будущие папы мечтали о сыновьях. Галя и Нина тоже хотели мальчиков, Инесса же ждала только девочку и была уверенна в своих предположениях. Но УЗИ в их городке пока не делали, поэтому пол будущих детей оставался загадкой. Считали по крови, определяли по форме живота, по изжоге, словом, кто во что горазд, но детей хотели все.
Как-то прогуливаясь по городскому парку, будучи в декретном отпуске, уже перед родами, будущие мамы решили погадать у цыганки, что предсказывала всем прохожим горы денег, несокрушимое здоровье, особенно тем, кто не жалел денег. Но потом, как будто чего испугавшись, Инесса передумала, женщина вспомнила о наследственном заболевании. Однако подруг, которые уже знали, что жить они будут вечно, что мужья всегда им будут верны, не стала останавливать. А те решили спросить не только о себе, но и о будущем детей. Цыганка предсказала всем женщинам сыновей, богатство, красавиц-жён, много-много детей, а потом, повернув хитрый взгляд на стоящую в стороне Инну, начала:
-- У тебя, красавица, по глазам вижу... - но вдруг стала серьёзной и сказала: - Впрочем, не хочешь знать и не надо.
Инесса сразу внутренне напряглась, ей показалось, что цыганка знала что-то ужасное, что она попыталась скрыть это плохое. Женщина усилием воли сумела отогнать эти негативные мысли и заставила себя успокоиться.
-- Можно подумать, цыгане, в самом деле, предсказывают будущее, - думала сердито Инесса, - по глазам, видишь ли... В конце концов, дяди мои и тети живут, не умирают от наследственного рака. Почему это должно со мной случиться? Или с моим ребенком? Да еще неизвестно от чего умерла в свое время бабушка, вскрытия никто не делал, сказали: кишка лопнула. Причем тут рак, может, какой заворот кишок...
Вслух же женщина сказала:
-- Пойдемте, хватит голову ерундой забивать.
-- Инка, тебе не интересно, не мешай другим людям, - сказала Нина. - Из-за тебя и мне цыганка не стала ничего говорить. Чем ты её напугала?
-- Ничем, - пробурчала подруга.
-- Девочки, не ссорьтесь, - попросила добрая Галя, - давайте лучше мороженое съедим.
Родили все женщины благополучно сыновей, с небольшими перерывами. Первым появился на свет Георгий Аросьев. Ребенок был крупный, горластый, он громко возвестил о своей жизни. Акушерка, принимающая роды, сказала:
-- Золотистый мой, ишь, как кричишь на весь свет. Богатыря родила, мамаша. Такого же золотого, как и мамочка.
В самом деле, у Инессы были свои ярко-рыжие волосы. Таким же рыжим родился и сын. А то, что не девочка, молодую маму нисколько не расстроило, уже после первого кормления она была уверена, что ей нужен был именно мальчик.
Тимофей Васильев родился через неделю. С рождения был спокойным интеллигентным ребёнком, спать маме давал по ночам, плакал редко и как-то вежливо, будто извинялся, что ему пора покушать. Инесса завидовала Галине, её Гошка спал от силы по двадцать минут.
А Алексей Зырянский ещё в роддоме признан был самым красивым младенцем. Врач, седая Вера Павловна, придя на обход, сказала молодой маме: