Новое слово (СИ)

 И едва я, приняв решение, делаю шаг, тишину распарывает сухая очередь, Силач рычит, хватаясь за плечо, меж его пальцев течет красное.
 Засекли.
 Время словно замирает. Я не чувствую ни страха, ни возбуждения. В перекрестье прицела видна каждая деталь. Потертая кожаная куртка, криво склепанные железки, которые рейдеры зовут броней.
 Выдох и выстрел.
 Голова взрывается красным. Как спелый арбуз. Минус один.
 Время возвращается в привычное русло. Я делаю еще пару прицельных выстрелов, попадаю еще одному уроду куда-то в район шеи.
 – Силач не чувствовать боли! – ревет супермутант. – Поиграем, человечек!
 Обычная его ахинея.
 А к нам, между тем, уже бегут. Силач палит без разбору, как всегда забыв о том, что патроны нужно экономить.
 Впрочем, в двоих ублюдков он попадает. Что уже хорошо.
 Я судорожно меняю батарею, палец ложится на спуск. Привстаю, чтобы сделать очередной выстрел, а дальше...
 Дальше все происходит, словно в замедленной съемке. Граната подскакивает на камнях, отблескивая ребристыми боками. Я словно со стороны наблюдаю за тем, как мое тело, совершенно отдельно от разума, совершает совершенно немыслимый прыжок. Но почему-то не в сторону проржавевшей бочки – единственного предмета, который мог бы послужить укрытием, а к Силачу. На землю мы летим вместе.
 Боль обжигает. А потом я с облегчением проваливаюсь в блаженную тьму.
 ***
 Я прихожу в себя резко, как будто кто-то нажимает кнопку включения. Под головой что-то удобное. Вроде бы даже теплое. Удивленно дергаюсь, пытаясь повернуться. Но сделать это мешает боль. Такая, что перед глазами словно все взрывается. Но вместо крика из горла вырывается только хриплый сип.
 – Пусть человек лежать спокойно, – голос Силача неожиданно успокаивает. Сразу появляется неуместное ощущение безопасности.
 – Что... произошло? – едва складываю эти слова пересохшими губами. Во рту отчетливый вкус крови.
 – Рейдер кинуть штуку, – гудит Силач. И я чувствую вибрацию от его голоса. Выходит... Ну, да. Я лежу головой на его коленях, прижимаясь ухом к животу.
 Понятно, откуда такая вонь.
 Впрочем, сам я пахну не лучше. Так что жаловаться не на что.
 – У человека болеть бок, – продолжает Силач, а я, опустив глаза, понимаю, что он прижимает к моему правому боку окровавленную тряпку. – Большая рана. Кожу сожгло, – ага, значит зажигательную кинули. Повезло, что не осколочную. – Силач вколоть человеку его лекарство. Болеть меньше.
 – Спасибо, – хриплю.
 А супермутант вдруг заглядывает мне в лицо и, спустя паузу, говорит:
 – Силач выучить новое слово.
 – И какое? – говорить мне больно – наверняка сломаны ребра. Но узнать, что за слово выучило это недоразумение – все равно интересно.
 – Силач выучить «уважать», – он выговаривает это старательно, словно репетировал. – Да. Силач уважать человека. Человек слабый, шкура тонкая. Но человек стал спасать. Сильный воин.
 Хочется съязвить, но я просто говорю:
 – Спасибо. А что... Что рейдеры? Ты их завалил?
 – Силач убить всех врагов, – в голосе супермутанта проскальзывает гордость. – Потом взять человека и отнести в укрытие. Прятать от выброса. Сидеть еще до вечера. Потом идти в город, лечить бок.
 А доживу ли я до вечера?
 Судя по тому, сколько крови на тряпке... Даже не хочу знать, что под ней.
 Перед глазами все плывет. Похоже, сейчас я вырублюсь снова.
 Какая же все-таки у него горячая кожа. Словно на обогревателе лежу. Забавно... Будь моим напарником человек – мой труп, скорее всего, уже заносило бы радиоактивной пылью.
 Что у меня под спиной? Камень что ли?
 Пытаюсь двинуться, но только бестолково дергаюсь. Бок обдает обжигающей болью, инстинктивно хватаюсь за него, но натыкаюсь на лапу Силача.
 – Болеть? – сочувственно спрашивает он.
 – Болеть, – отзываюсь.
 – Пусть человек терпит, – Силач вдруг накрывает мою руку своей лапой. – Силач охранять его. Силач быть рядом. Силач не бросить.
 В горле у меня почему-то перехватывает. А супермутант продолжает добивать:
 – Силач быть с человеком не из-за бальзама. Силач быть теперь просто так. Силач и человек – напарники. И еще... Слово забыть... Как у человеков называется? Когда два вместе?
 – Друзья? – спрашиваю это у облупленного потолка.
 – Не так, – супермутант мотает головой.
 – А как? – я чувствую, как волнами накатывает холод.
 – Не знать слово, – беспомощно отзывается Силач. – Не знать!
 – Не парься, – шепчу. – Я и так понял.
 – Хорошо, – я слышу, как супермутант облегченно вздыхает. – Силач глупый. Не знать слова. Но Силач старается. Силач будет говорить хорошо. Скоро. Для человек. Выучит правильное слово.
 В ответ я криво улыбаюсь. Вряд ли для такого найдется правильное слово.