Завтра будет иначе (СИ)

Я скрипнул зубами, сжав руль, следя за ними, а потом медленно трогаясь с места, направляя шевроле им вслед. Один поворот, другой, третий – меня ребята не замечали, болтая друг с другом, меряя шагами тротуар. Вот Васька оступился, фашист поддержал его за локоть, чуть ли не обняв при этом, а я понял, что больше смотреть на это не могу.
Выяснить, выяснить все раз и навсегда!
Мотор буквально взревел, когда я с силой надавил на газ, автомобиль в считанные секунды догнал парочку, а потом заехал на тротуар немного впереди, останавливаясь наискосок и перекрывая им путь и заставляя отшатнуться назад.
- Вася! – на немца, недовольно хмурящего кустистые брови, внимания я решил не обращать, все равно он ни слова не понимает из того, что я собираюсь говорить. – Ты же сам говорил мне, писал, что не хочешь никаких отношений! – я остановился в полуметре от него, растерянного и удивленного. – И тут вот шастаешь с этим фрицем, домой к нему ходишь, как это понимать?!
- Ты что тут делаешь?.. – попытался прервать меня парень, вцепляясь для уверенности в рюкзак.
- Я приехал за тобой! К тебе!
Пожалуй, мне стоило уличить момент, когда Вася оставался бы один, и поговорить с ним тет-а-тет, а не орать посреди улицы, благо, в это время дня пустынной. Произвожу впечатление девочки-истерички, вон какую форму приняли Васькины глаза, но мне уже было плевать:
- Вот, значит, какие кабаны тебе нравятся, да? – кивок головы в сторону молчавшего до сих пор качка. – И что ты в нем нашел, монстр тестостероновый, педик немецкий! Или он тебя деньгами привлек, потому что мордой – вряд ли!
- Рома! – предупреждающе рыкнул Вася, сжимая кулаки и слегка краснея, то ли от злости, то ли от смущения – как тут понять. – Заткнись, что ты несешь!
- Не заткнусь, пока мы с тобой не поговорим! А сделаем мы это немедленно!
Мой парень, тихо застонав, закрыл ладонями лицо, зато мне ответил фашист, произнеся совершенно без акцента на чистом русском:
- Ну ты и мудак.
Среагировать на летящий в лицо кулак я уже не успел, боль обожгла губу и скулу, второй удар, последовавший тут же, без перерыва, пришелся под дых, заставив согнуться пополам. Еще один – третий, последний – был направлен куда-то в затылок, и после него я пришел в себя уже на асфальте, кашляя и пытаясь сделать вдох. В ушах гудело, перед глазами все слегка кружилось, и я старался их особо не открывать, и так впереди ничего интересного: дорога, бетонный забор, невысокие пыльные кусты.
Успел подумать, что наверняка Васька ушел уже со своим ухажером, и от этого стало еще больнее и горше, чем от трех пережитых только что ударов.
- Дурак ты, Рома… - совсем неожиданно раздался тихий голос, Васькины руки приподняли мне голову и тут же отпустили, уложив ушибленным затылком ему на колени. – Я бы на его месте так же поступил.
- Так что ж ты… - выдохнул я, смаргивая грозящие появиться на глазах слезы.
- Что?.. – его пальцы почти невесомо касались моего лица, очерчивали губы, стирая кровь, а я тихо млел от этих прикосновений.
- Чего не пошел со своим любовничком, раз он так прав…
- Говорю же, дурак ты, - тепло улыбнулся Вася. – Это сын папиного шефа, он помогает мне с немецким. Никакой он мне не любовник.
- Не любовник… - повторил я, чувствуя, насколько легче от этого становится на душе.
Поверил я Ваське безоговорочно – «немец» же ушел, а он остался здесь, со мной, сидеть на асфальте, пачкая джинсы… Это хоть что-то, да значит. Поэтому, теперь никакого качка рядом с моим парнем я не потерплю, и помогать с немецким ему будут девчонки, да и те – только в моем присутствии, незачем лишний риск.
Но это явно все не сегодня, ведь пока у меня немного другие планы…
- Вась, так голова болит, сил просто нет, - я закатил глаза, притворяясь умирающим лебедем, - ты поможешь домой добраться?..