Исэ моногатари
Так сказала она, а кавалер: «Ах, вот как!» — подумав, сложил:
«Свиданий? — Их нет.Все ж одно — наши души:как струи в реке,что островком разделены,за ним — опять одно…»Хоть так и сказал он, но в ту же ночь отправился и лег с нею на ложе. И, говоря о минувшем, о том, что грядет, кавалер:
«Если бы долгая ночьосенью была длинна,как тысяча долгих ночей,—пусть восемь их будет, и все жбуду ли я насыщен?»А дама в ответ:
«Пусть долгая ночьосенью и будет длинна,как тысяча долгих ночей,—не останется разве, что нам говорить,когда птички уже запоют?»И с большей любовью, чем прежде, стал к ней ходить кавалер.
V
2
В давние времена дети двух семейств, проживавших в провинции, играть выходили у колодца. Когда они стали уже взрослыми — и юноша, и девушка, — они оба стесняться друг друга стали, [28] но он лишь ее хотел в жены себе, она ж о нем одном лишь помышляла и слушать не желала родителей, за другого ее отдававших. И вот от него, жившего здесь по соседству, пришло к ней:
«У трубы колодца,колодезной трубы — мы мерялисвой рост — ты помнишь?Подрос я с той поры,как мы в разлуке».А она в ответ:
«Чем мерялись с тобою мы,—волосы, в две струи ниспадавшие,у меня уж ниже плеч.И если, милый друг, не ты,то кто ж их приласкает?»Так переговаривались они, и в конце концов стало по их желанию. [29] Но вот прошли годы, и родителей дамы не стало — и не стало у них опоры в жизни. «Сидеть здесь вместе, — может ли это повести к чему-нибудь?» — подумал кавалер и отправился в провинцию Коти, уезд Такаясу, где и образовалась у него новая связь. [30] Однако прежняя дама провожала его, и виду не подавая, что ей это неприятно, и он, заподозрив: «Не потому ли так оно, что есть у ней любовь другая?» — спрятался в садике перед домом, вид сделав, что в ту Коти отправляется, — и смотрит. Видит он, что дама, тщательно одевшись, в думах:
«Повеет ветер —и встают белые волнына взморье, о, гора Тацута!Не в полночь ли милыйодин идет через тебя?»Сложила такую песню, и, ее услышав, он безгранично тронут был и перестал ходить часто в Коти.
И вот редким случаем зашел он в этот Такаясу в видит, что та дама, имевшая сначала вид такой достойной, теперь неряшливо одетая, узлом замотав на затылке волосы свои [31] — отчего лицо казаться длинным стало, — сама собственноручно держит ложку для риса и наполняет ею миску. Увидел это, и стало сердцу его неприятно, — так что и ходить к ней перестал. И потому та дама, глядя в сторону Ямато:
«В твою, о друг милый,сторону я гляжу здесь одна.Гора Икома! [32]Вы, облака, не скрывайтеее, хоть лил бы и дождь!»Так сказала она, и как раз тот, из Ямато — «приду!» ей сказал. Радостно ждала она, но дни шли за днями, и дама:
«„Приду“ — ты сказал мне…И ночи проходятодна за другой.А я все люблютого, кто столь ненадежен…»Но хоть и сказала так она, кавалер больше здесь уже не бывал.
23
В давние времена кавалер и дама жили в провинции глухой. Кавалер был должен ко двору на службу отправляться и, о разлуке сожалея, ушел.
Прошел так год, другой и третий — и все не возвращался он, так что дама, ждать его устав, с другим — человеком к ней относившимся весьма заботливо и нежно — сегодня в вечеру быть вместе сговорилась, [33] и как раз явился тот кавалер. «Дверь мне открой!» — стучал он, но, не открывая, она, стихи сложив, ему проговорила:
«Сменяющихся лет —уж целых три я жду,и ждать тебя устала…И только в ночь сегодняя ложе новое делю…»Так ему сказала, а он в ответ:
«Лук „адзуса“, лук „ма“,лук „цуки“, — их много…Ну, что ж… Любиего, как ялюбил тебя все эти годы». [34]Сказал он и собрался уходить, но дама:
«Лук „адзуса“… — Натянешьиль нет его, но все же —с начала самого душамоя, как прежде,тебе принадлежит». [35]Хоть и сказала так, но кавалер ушел обратно. В большом горе дама за ним вслед побежала, но настигнуть не удалось ей, и у ручья с водою чистой ниц она упала. Там на скале кровью, с пальца взятой, она написала:
«Того, кто не любит,кто ушел от меня,удержать я не в силах!Настал, видно, миг, когда жизньуж исчезнуть должна…»Написала она, и не стало ее.
VI
24
В давние времена жил кавалер. Той даме, что не говорила ему ни «да», ни «нет» и все же его пленила, послал сказать:
«Пуще, чем утром рукав,когда по полю осеньючрез кусты проберешься,—увлажена моя ночь,что сплю без тебя».А играющая в любовь дама — в ответ:
«Не знаешь ты, что я —та бухта, на которойнет морской травы…Рыбак же неотступнодо изнеможенья бродит…» [36]25
В давние времена кавалер — в ответ человеку, который высказал ему свое сожаление в том, что он не смог добиться любви дамы, проживавшей в округе пятой улицы столицы, — сказал: