Сказания о Титанах

Отдельные намеки на эпизоды борьбы богов и титанов мы находим в различных мифах, связанных с полубогами-героями, – например, с Персеем, Гераклом и другими.
Центральной фигурой, вокруг которой объединены титаны, является Крон.
Центральной фигурой круга Кронидов является сын Крона – молниевержец Зевс. Но в «Сказаниях о титанах», составляющих эту книгу, их взаимная борьба уже позади. Крон низвергнут в тартар. Над всем и всеми – владычество Зевса. Однако Зевс здесь еще не Гомеров олимпиец, отец богов и людей. Его одухотворение начнется позднее. Пока он только грозен и страшен и всех превосходит мощью, ибо в его руке перун-молниемет.
Наступило господство Олимпийского пантеона. Перед нами открываются грозные страницы предания об участи побежденных титанов. В далекой мгле предания среди смутной для нас массы титанов выступают могучие образы и звучат без́образные величественные имена. Они боги в борьбе с богами. О них помнят, но дела их забыты. Их бессмертие становится столь же смутным, как смутны сами массы титанов. В их именах еще скрытно бушуют стихии. У иных из них страшные облики – необъемные, неизъяснимые. В них моря, пучины, бури и вихри, грозовые тучи, светила. В их ряды ворвались ужасающие хтон́ические (подземные) существа, все чудовищное недр земли, пропастей и дебрей.
И сами титаны, былые боги, превращаются нередко в сказочных людоедов-драконов, полузверей-полуптиц-полузмей, порой с девичьими головами невиданной красоты и свирепости.
И тут же, рядом с титанами, возникают новые исполины, дети Земли – змееногие человекообразные существа: гиганты.
Титаническое и гигантическое переплетается, хотя гиганты смертны, а титаны бессмертны. Они вовлекают в свой круг создания, рожденные Ночью и Хаосом, – мрачные образы подземных демонов наряду с иносказательными фигурами космоса, – и весь этот чудовищный, кошмарный мир фантазии и умозрения прикрывается наименованием: дети Земли, титаны. И мы уже не знаем, что в этом фантастическом мире – стихийное, звериное и что – благое, человеческое, где перед нами действительно титаны.
Длительное поэтическое существование их смутных образов и имен, исчезновение древнейших сказаний о титанах как о богах и возникновение новых поэтических сказаний, связанных уже с господством Олимпийского пантеона, спутало и сместило ранние и более поздние образы титанов и смысл всего титанического мира, изменившегося до неузнаваемости.
Былые эпические образы благих титанов исчезли: они замещены в мифах Гомерова эпоса образами уродливыми и ужасающими, сохранившими порой только их прежние имена. Древние эллины периода господства Олимпийского пантеона перестали узнавать в этих чудовищах – Медузе, Ехидне, Скилле, Ладоне – былых прекрасных титанов или потомство титанов, до того позабыли в Элладе о древнем мире благих титанов – богов, подобных Прометею, и об их печальной судьбе.
Даже поэты-трагики V в. до н. э. часто не отличали титанов от гигантов.
Титаны перестали быть бессмертными. Хотя строгие очертания богов Олимпа, запечатленные поэзией и ваянием, возвращают впоследствии иным из титанов утраченный ими прекрасный человеческий облик, столь же божественный, как и образ самих богов Олимпа, но лишенный определенного характера, титанизма, – однако древний мифологический эпос все-таки шел своим путем – от титанов-богов к титанам-чудовищам.
Мир под властью олимпийцев надо было очистить от чудовищ. И тогда боги порождают смертных героев – полубогов, чтобы уничтожить эти исчадия Земли, этих великанов-чудовищ, остатки былого титанического мира.
И только теперь, в сказаниях, мы восстанавливаем из осколков преданий былое титаническое существование Уранидов, воссоздавая их первоначальный прекрасный, человеческий, Прометеев образ в отблеске представлений о золотом веке на земле, и возвращаем им право на благородное наименование титаны.
 
Сказания о титанах
 
 
Предварение
 
Когда Гея-Земля и Уран-Небо познали друг друга, Гея родила сперва Сторуких – исполинов чудовищной силы, но лишенных гармонии. Как у Вихрей и водных Пучин, было у каждого из них по сто во все стороны стремительно вращающихся рук и по пятьдесят голов. Устрашенный их образом и мощью, Уран вверг их обратно в недра матери-Земли, в ее многоплодное чрево. Они осели в глубинах морей и бездн тартара.
Вслед за Сторукими родила Гея-Земля новых исполинов – киклопов-одноглазов, солнечных и громовых. Высоко в небе сверкал их круглый огненный глаз посреди покатого лба, свой подземный огонь превращая в небесное сияние. Их руки опускались молотами, оглушая землю и небо, и тогда колебались вершины гор и земля сотрясалась. Но и киклопов вверг Уран обратно в недра матери-Земли, устрашенный их мощью.
Тогда горы, груди Земли, выкормили новое племя – великанов. Тяжкой каменной поступью зашагали по земле Людогоры-великаны, головами касаясь облаков. Но порой не могли они поднять тяжкую ступню и, оставаясь на месте, окаменевали.
Гея-Земля страдала от нескончаемых родовых мук и от жестокости Урана, ввергавшего рожденных от него детей обратно в материнскую утробу, потому что знал Уран-Небо от в́ещей Геи-Земли, что будет свергнут одним из своих сыновей.
Наконец родила Гея счастливое племя – титанов. По имени их отца, Урана, предание именует перворожденных титанов Уранидами.
Титаны, дети Земли, были бессмертны. Одни из них носились бурями и грозами по воздуху или веяли ласковыми ветрами. Другие радовали землю и небо сиянием своих солнечных, лунных и звездных лучей, которые исходили из их огненной крови. Третьи, водяные титаны, владели морями, озерами, реками и ключами. В лесах жили лесные титаны, в горах – горные, по лугам – луговые.
Неистово-стихийно проявлялись изначально их чувства и воля. Их образ был человекоподобен и прекрасен, исполнен той дикой гармонии, какою поражает наш взор далекий горный пейзаж или волнующееся море.
И были среди них мужи-титаны и жены-титаниды. Они ведали всем, чем богата земля.
Никто не знает их первоначального числа. Предание об этом умалчивает. Но оно сохранило имена самых могучих из перворожденных титанов, которых стали именовать вождями, когда у титанов появились враги – боги Крониды и когда между титанами Уранидами и богами Кронидами вспыхнула борьба за власть над миром.
Всех древнее титан Океан и титанида Тефида, жена Океана. Они жили в Мировой реке-океане, опоясывающей Землю, и остались ее владыками даже тогда, когда мир попал в руки богов.
О прочих перворожденных титанах наши сведения смутны и скудны: о Кое и о Крии, о солнечном Гиперионе и о вольнолюбивом Япете. Были среди них и титаниды: всё помнящая Мнемосина, сама справедливость Фемида, вся земная Рея, вся небесная Тейя и яркая Феба.
Всех человекоподобнее был вольнолюбивый титан Япет, но и всех мятежнее и непримиримее в борьбе. Такими были и его три сына, Япетиды: сверхмогучий Менэтий, Прометей-Промыслитель, знающий тайны Мойр-Судеб и думы матери-Земли, и Атлант.
Из всех перворожденных титанов самым младшим был Крон, любимец Геи-Земли.
Стало множиться племя титанов. В Мировой реке-океане от титана Океана и Тефиды родились бессмертные красавицы – океаниды. Сколько валов видит глаз в дали океана, столько было и океанид. И любили их титаны и боги. В морях от правдолюбивого титана Нерея родились морские девы нереиды – все сереброногие. Сколько их было, не счесть: сто не сто, десять не десять, а как засеребрятся на море, досчитаешь до полета и рукой махнешь: море… Одни из них любили морскую тишь, другие – легкую зыбь, третьи – буйную пляску волн, а иные – ураганную удаль.
Солнечный Гиперион породил от небесной Тейи Гелия-Солнце, и Селену-Луну, и Эос-Зарю. А титан горный Крий породил звездного Астрея. И уже от Астрея Эос-Заря родила звездных титанов.
Все росло и росло племя титанов, радуясь жизни, не зная смерти и страдания. Как темные грозовые тучи сменяются перистыми облаками, а облака – лазоревым покоем, так сменялись порывы ярости и бурные игры титанов безмятежным течением чувств, сродным шелесту лесной листвы или плавному потоку речных волн.