Девочка-беда для Казановы (СИ)

Калинин в свою очередь сидел в кресле, не стесняясь выражать свое недовольство, о чем свидетельствовали его сведенные к переносице брови и тонкие поджатые губы.
«Дело пахнет жареным», — поспешил прокомментировать мой внутренний голос.
— Полагаю, мое имя вам сообщили, но все же представлюсь. Игорь Сергеевич, следователь по данному делу, — деловым тоном произнес мужчина, после чего добавил, — мы вас уже заждались.
Не дав себе возможности трусливо поджать хвост, я сухо изрек:
— Отчего же?
— Как? — надменно ухмыльнувшись промолвил мужчина. — Вы еще не в курсе?
— В курсе чего?
Его тон был отталкивающим, так же как зачесанные седые волосы и прищуренный хитрый взор серых очей, которые казалось тебя сканируют.
— Калинин Павел Петрович арестован, а вместе с тем его имущество, до выяснения обстоятельств. Вы, и еще несколько людей проходите свидетелями по делу: «нелегально ввезенного товара в особо крупных размерах на территорию РФ», — четко отчеканил следователь.
Если с утра я думал, что дела не могут быть хуже, то каюсь, ошибся. Нынче мое простое «плохо», заменяется красноречивым «хреново»!
Сглотнув ком в горле, я откашлялся, а затем спросил:
— Что от меня требуется?
— Ответить на несколько вопросов, а затем вы можете быть свободны. Конечно же, до выяснения обстоятельств, — выразительно посмотрел на меня этот ходячий Шерлок Холмс.
Вероятно, он подозревал, что я был отнюдь не «лапочка», однако никаких бумаг я не подписывал. Стало быть и доказательств моей причастности к «делу» нет. Разумеется, до того момента как они захотят проверить мой электронный магазин или, не приведи Господь, Калинин проболтается.
Я даже вообразить не мог, как невероятным образом оказался свидетелем, и кто же этому посодействовал, однако терзают меня смутные сомнения, что неспроста это все.
«Несколько» вопросов затянулись на добрых два часа, если не больше.
Игорь Сергеевич оказался крайне щепетильным и дотошным следователем. Он искал подвох в каждом слове и задавал один и тот же вопрос по нескольку раз в разных формулировках. Для полного набора ему не хватало детектора лжи, возможно, тогда бы дело пошло быстрее. Марат, к слову, не объявлялся. Кроме того, его почему-то в списках свидетелей не наблюдалось. Чем же я такой «особенный», интересно мне знать?! Вполне возможно, тем, что являюсь сыном Разумовского Владимира Олеговича, а это уже выделяет меня из остальных.
— Что ж, думаю, — задумчиво произнес Игорь Сергеевич, — на сегодня мы закончили. Осталось заполнить протокол, распишитесь здесь и здесь, — указал мужчина, — а ниже укажите номер телефона.
Все, что от меня требовалось я выполнил в сию секунду. И полагаю за это был вознагражден «свободой».
***
Как умалишенный гонщик я гнал в клуб, позволяя себе превышать скорость, между тем названивая одной рукой ублюдку, который не брал трубку.
Я с громким свистом колес затормозил у черного входа, а затем выйдя из машины направился в кабинет «хозяина» сего заведения.
— Какого черта ты меня не предупредил? — ворвался вихрем в его кабинет.
Это по меньшей мере была подстава. Не то чтобы я ожидал «и в огонь и в воду», однако и такого крысятничества тоже.
— Успокойся, Разумовский, — лениво хмыкнул мой «партнер», а мне между тем захотелось заехать ему по харе… Хорошенько так встряхнуть, дабы не расслаблялся. — Кто-то должен был уладить дела с сайтом. Ребята все почистили, сайт удален. Все номера заблокированы, так что не кипятись.
Потерев челюсть, я принялся внимательно осматривать Марата, будто пытаясь уличить его во лжи, как часом ранее это делал оборотень в погонах, глазея на меня. Ничего особенного я не обнаружил.
Лицо Марата было невозмутимо, но вместе с тем сонным.
Я и не заметил, как ловко парень встал, а после сунул мне в руку стакан с виски, со словами:
— Выпей! Расслабишься!
Я принюхался, что не говори, а вкус на алкоголь у этого упыря был отменный.
Залпом я осушил стакан, едва ли поморщившись, а затем плюхнулся в кожаное кресло.
— Что спрашивали? — словно невзначай поинтересовался мой товарищ.
— Ничего особенного, — немногословно ответил.
Говорить Марату было себе дороже. Во всяком случае, пока я все не перепроверю, ему лучше оставался в неведении.
— Хорошо, — как-то отстранено произнес он, не став спорить.
***
Я ехал домой в расстроенных чувствах. В голове крутилось тысяча вопросов, одним из которых был: «Что сказать отцу?».
То что до папы дойдет информация о его безответственном сыночке, ясно как божий день. Однако, мне хотелось, чтобы все сохранилось по возможности в тайне. Как это сделать, у меня не было ни малейших соображений. Кроме того, нужно было разобраться с Маратом. Этот парень не так чист, каким хочет казаться.
Безусловно, я перезвонил нашему программисту и перепроверил, действительно ли сайт удален. Стоило только словам Марата подтвердиться, как у меня словно камень с души свалился. Полиция будет рыть, а этот Игорь Сергеевич и подавно спуску мне не даст, но даже если и так, я решительно настроен ему всеми силами противостоять.
Глава 7
 Матильда
Каждый раз, когда папа собирается в долгосрочную командировку, он повторяет:
— Не лезь на этот раз чинить проводку, не забывай закрывать краны и выключать газ, когда уходишь! Будешь готовить, аккуратнее с полотенцем, смотри чтобы оно не загорелось, — давал наставления отец. — И, пожалуйста, давай обойдемся на этот раз без приключений? Так, чтобы мне не пришлось вынужденно мчаться домой? Пожалей отца, — с мольбой в голосе просил он, на что я лишь понуро опустила голову и кивнула.
Я была несколько безалаберна, когда дело касалось, так сказать, домашнего хозяйства. Всякий раз стоило отцу переступить порог дома, как я тотчас же спешила что-то натворить.
Каждое папино долгосрочное отсутствие можно было сравнить с той знаменитой песней Утесова:
«Сгорел ваш дом с конюшней вместе
Когда пылало всё поместье
А в остальном, прекрасная маркиза
Всё хорошо, всё хорошо»
Конюшни у нас, разумеется, не было, да и дом, благо, не горел. Спасибо тому гению, котрыйн придумал пожарную сигнализацию! А то осталось бы от нашего «поместья», одни рожки да ножки!