Грехи отцов. Том 1

— Корнелиус сам сказал мне, — призналась я. — Разумеется.
Наступила еще одна пауза, затем Джейк повторил:
— Разумеется.
— По многим причинам Корнелиус и я решили больше не спать вместе. Мы обсудили все это спокойно и разумно и согласились, что у него должна быть любовница, а я должна... должна завести...
— Любовника? Нейл удивляет меня. Никогда бы не подумал, что он способен быть таким откровенным. Он испытывает по отношению к тебе чувство вины?
Я быстро сказала:
— Я не хочу вдаваться в мотивы его поведения, Джейк.
— А я не уверен, что хочу слушать о них. Ну, — произнес Джейк, удобно устраиваясь на стуле с бокалом в одной руке и сигаретой в другой, — итак, ты ищешь любовника.
— Да. — Я никак не могла заставить себя взглянуть на него и, допив свой мартини, удивленно слушала свой спокойный голос разумной женщины, которая беззаботно говорила о трудностях, связанных с нарушением супружеской верности. — Конечно, это очень опасно. Мне следует быть исключительно осторожной, и вот почему я могу выбрать только кого-нибудь, кто будет лоялен по отношению к Корнелиусу. Ты можешь подумать, что это абсурдно, даже странно и может показаться в конечном счете предательством, но...
— Что странного может быть в том, что мужчина ухаживает за женой своего друга, когда сам друг, по-видимому, не желает делать этого, не делает ли он всем величайшее одолжение?
— Конечно! — Казалось, понимание сделало дальнейшие объяснения необязательными. — Ты видишь, в каком ужасном положении я нахожусь. Так мало людей, на которых я могу полностью положиться, и поскольку Сэм женился на моей падчерице, а Кевину это не может быть интересно...
— Дорогая Алисия! — Джейк поставил бокал, положил сигарету и вскочил на ноги. — Какая неожиданность! — Без малейшего колебания он взял мою руку и поднес ее к своим губам перед тем, как сесть рядом со мной на кушетку. — Я бесконечно польщен. Благодарю тебя. Однако...
— Ты не заинтересован. — Я не знала, как смогу вынести такое унижение. Мое лицо горело от стыда, и я упрямо не поднимала взгляда от своих рук, но когда в отчаянии подумала, как же я когда-либо встречусь с ним снова, он сказал насмешливо:
— Ты себя недооцениваешь. Если бы ты не была женой Корнелиуса Ван Зейла, я уверен, мне не пришлось бы ждать приглашения все эти годы.
Его левая рука зашевелилась. Я совершенно ясно смогла видеть тупые прямоугольные ногти и твердые мышцы вокруг суставов, и, когда он положил эту руку на мою, я обнаружила, что пожатие этих толстых мощных пальцев действует успокаивающе. Затем я также отчетливо заметила, что темный материал его костюма туго натянулся на бедре, когда он наклонился ко мне, и я подумала о сильных твердых мышцах под костюмом.
Мне стало жарко, но причиной этого больше не было смятение. Я слышала свой тихий голос:
— Я знаю, ты никогда не стал бы обманывать Корнелиуса при обычных обстоятельствах. В конце концов Корнелиус разрешил мне иметь дело с любым мужчиной, которого я выберу.
— Алисия, — сказал Джейк, — разреши дать тебе совет. Нейл, возможно, искренне верит, что может принять твою неверность невозмутимо. Он, вероятно, честно и искренне верит в это. Но на самом деле мало найдется мужчин, которые могут спокойно терпеть неверность своих жен, и я сомневаюсь, сможет ли Нейл когда-нибудь занять место среди этих немногих избранных. Правда заключается в том, что нет цивилизованного способа обсуждения супружеской неверности. Это вечный вопрос, касающийся первобытных чувств, и даже люди, думающие, что они всегда действуют согласно так называемым цивилизованным принципам, попадают в ловушку. Никогда, никогда не говори ему, что ты была ему неверна, и постарайся, чтобы он никогда об этом не узнал.
Я похолодела.
— Ты думаешь, для тебя будет слишком опасно вступить со мной в такие отношения?
— Нет, я этого не говорил. — Удовлетворенный, что я приняла его предостережение серьезно, Джейк, казалось, успокоился. Свободной рукой он дотянулся до сигареты. — Я думаю, если мы будем осторожны, — сказал он, — на девяносто девять процентов о нас никто не узнает. Только в книгах супружеская неверность неизбежно ведет к гибельным последствиям. Однако всегда существует небольшой риск и, откровенно говоря, этот риск я не в состоянии принять. У меня много дел с Нейлом на Уолл-стрит, и его хорошее отношение очень важно для меня. И, кроме того... — Он замолчал.
— Кроме того, — произнесла я холодно, заканчивая за него последнюю фразу, — что бы ни говорили те, кто пытается разделить современные взгляды, мужчина не должен спать с женой своего лучшего друга.
— Абсурд, это случается сплошь и рядом! Во всяком случае, мужчины, подобные Нейлу и мне, не имеют друзей в общепринятом смысле этого слова, а только союзников, помощников и знакомых. Или, другими словами: те, с кем мы ведем товарообмен, те, кого мы покупаем, и те, которых мы признаем, поскольку они нам подходят.
Я, должно быть, выглядела настолько потрясенной таким цинизмом, что он быстро добавил:
— Однако я люблю Нейла и уважаю его, хотя это не имеет отношения к тому, что я намеревался сказать: меня беспокоит твоя вера в то, что я являюсь лучшим решением твоей проблемы. Может быть, следует подождать, пока Нейл не оправится от своего временного помешательства и не вернется к тебе? Что, черт возьми, он делает с другой женщиной? Ведь по тебе он сходит с ума! Ты не можешь себе представить, как ты удивила меня, сказав, что у него постоянная любовница.
— Это от него не зависит, это не его вина... — На горе я начала плакать.
Рука Джейка сжала мою.
— Можешь ты попытаться объяснить мне всю проблему?
— Нет, я не должна... несправедливо по отношению к Корнелиусу... никто не должен знать.
— Не уверена ли ты, что лучше рассказать об этом кому-нибудь? И не думаешь ли ты, что основная причина моего присутствия здесь заключается в том, что ты нуждаешься в ком-то, чтобы довериться?
— Возможно. — Я стала искать носовой платок.
Он потушил сигарету.
— Во всяком случае, не думаю, что тебе нужен любовник, — сказал он, дотягиваясь до виски. — Я думаю, тебе нужен кто-нибудь, чтобы поговорить.
Я быстро ответила:
— Это не так просто.
— Нет?
Я покачала головой и наблюдала, как виски сверкало коричнево-золотым цветом, когда бокал был поставлен на стол.
— Я должен уйти, пока не наделал глупостей, — сказал Джейк, резко вставая.
Я ничего не сказала.
Он не двигался. Прошло несколько секунд. Я не могла смотреть на него.
— Не думай, что я не хочу тебе помочь.