Роза для дракона (СИ)
Дедушка частенько брал ее с собой, даже не подозревая, как Розе не нравился гольф, а сказать об этом вслух девушка, увы, не решалась. Не позволяло воспитание. Вот и теперь она застыла в недоумении: если вечер обещал ей партию в гольф, то это время вновь будет потрачено зря.
Роза взглянула на наручные часы, уже обрисовывая в уме уважительную причину, чтобы ретироваться, если ей предложат бэг с ненавистными клюшками. Но стрелки показывали без двух минут шесть, и она тут же услышала за спиной щелчок трансгрессии.
Пунктуально.
— Добрый вечер, миссис Малфой, — он склонился над запястьем, шкрябнув по нему сухими губами, — а вы не опаздываете.
— Здравствуйте, — улыбнулась в ответ девушка, — не имею такой привычки.
— Привычка. Но речь не об этом. Я, Роза, если вы, конечно, позволите, хотел бы пригласить вас сыграть со мной в одну увлекательную игру…
Она не дала ему закончить, практически взвыв, потому что боязнь показаться невоспитанной все-таки перебила стойкая неприязнь к гольфу:
— Пожалуйста, только не гольф, мистер Малфой!
Драко несколько секунд смотрел на нее, и Роза готова была провалиться от стыда, таким бестактным показался собственный возглас. А что если дурацкий гольф окажется его любимой игрой? Он и так не слишком ее жалует, а теперь, верно, разорвется последняя связывающая их нить — чувство такта.
Роза не успела домыслить всех ужасных последствий, которые ей грозили, окажись гольф любимой забавой свекра, но тот лишь дрогнул подбородком и довольно громко рассмеялся.
Ровно.
Чисто.
Искренне.
— Что?
— Роза! О, Мерлин, о! Ах-ха-ха-х! Вы меня с ума сведете вашими выводами на пустом месте. Понятия не имею, что такое гольф. У нас в такое не играют. На вашем месте я бы предположил, что мы сыграем в квиддич, но здесь нет ворот. Нет, миссис Малфой, нас ждет развлечение совершенно иного рода. И, кстати, ах-ха-ха, вы снова чтокаете.
Она чувствует, что щеки заливаются вишневым колером возмущения, но отчего-то не хочется сердиться, наоборот, возникает странное желание рассмеяться вместе с ним. Тем временем Малфой легко подхватывает ее под локоть и отнюдь не бережно тащит за собой, чуть в сторону от дома. Они идут до тех пор, пока ни упираются в изгородь. Там мужчина останавливается и отпускает ее локоть. От быстрой ходьбы у нее сбывается дыхание, а он, как ни в чем не бывало, достает волшебную палочку:
— Вам лучше отойти на пару шагов назад, Роза.
Она повинуется и тогда, направив палочку на участок газона перед собой, он произносит: «Acio Colorsscopium».
И вдруг земля под ногами начинает вибрировать. Едва заметно, совсем чуть-чуть, а в воздухе слышится легкий гул, который, однако, быстро усиливается, да и дрожь земли под ногами становится более ощутимой. Малфой тихо произносит новое заклинание, но Роза не слышит какое именно. Вдруг прямо перед ним земля расступается, образуя небольшой, всего в несколько футов шириной проем, из которого на свет Божий медленно поднимается какой-то аппарат. Встав перед ними, чудо-машина замерла, а земля, подходившая к самому ее подиуму, немедленно покрылась новой травой. Некоторое время Роза с большой долей неуверенности смотрела на машину. Она была растеряна настолько, что даже не представляла, чем этот аппарат может оказаться на самом деле.
— У этой вещи нет названия, — упреждает вопрос Малфой, — но уверен, что она вам понравится, Роза.
— А для чего это? — девушка услышала собственный испуганный голос, в котором, однако, хорошо различалась нотка интриги.
— Сейчас все увидите, — спохватился мужчина, присаживайтесь.
И он подал Розе руку, чтобы она по короткой, всего в две ступени, лестнице могла подняться к аппарату. Там, возле похожего на длинный пушечный ствол предмета располагалось весьма уютное кресло, обитое мягкой тканью, и предлагающее пару дополнительных подушечек.
Драко отпустил руку девушки и снова вернулся к колдовству. Новое заклинание чуть приподняло и развернуло трубу, так, что на уровне глаз девушки оказалось два узких окошечка, напоминающих бинокль.
— Luteus, — скомандовал Драко, прикоснувшись к биноклю, — а теперь, Роза, смотрите!
Перед тем, как обратиться взором к тому, что предложил мужчина, Роза на секунду задержала взгляд на самом мистере Малфое. Он ничем не отличался от того человека, что она видела вчера или месяц назад: строгий костюм, аккуратная прическа — словом, сплошное серое пятно. И только в самой глубине урановой породы глаз вильнула хвостом быстрая, непонятная комета… Показалось?
На уши ложится что-то почти невесомое и мягкое, плечи сами откидываются на удобные подушки, и перед глазами все тот двор поместья, только через цветной фильтр.
И это уже не Малфой-Мэнор.
Картина на миг расплывается и покрывается монохромной сетью пыли и царапин, как на старой кинопленке. И вот перед ней уже не стриженая трава, а поросший сорняками, изрытый корнями старых яблонь, сад «Норы».
Солнечно.
Восхитительно жаркий день. И дышит воздух запахом полевых цветов, свежеиспеченными бабушкой Молли плюшками и чем-то странным, влекущим в сарай дедушки. Роза видит собственные ноги, в римских босоножках, ставших невероятно огромными, неудобными, поддерживает так и норовящую соскользнуть юбку. Но быстро перебирая ногами, она бежит к мастерской Артура Уизли.
— Ты куда, Роза? — раздается откуда-то сзади капризный голос брата. Она оглядывается и видит Хьюго, сидящего на траве в окружении карликовых пушистиков тетушки Джинни. Судя по возрасту мальчика, ей и самой теперь лет двенадцать.
— Де-душ-ка! — зовет она его, стремясь поскорее нырнуть в теплые, перепачканные мазутом или волшебными зельями объятья.
— Viridis, — доносится голос, словно из другого мира, и Роза узнает баритон Драко Малфоя. Теперь фильтр другой, и это мягкий свет подземелий Хогвартса. Урок Зелий. Она получает тычок в спину от Лили Поттер, а в ладони Розы тот час же слишком громко шуршит пергамент, исписанный знакомым мальчишеским почерком: «После уроков. Ива у озера. Скорпиус».
И снова голос Драко меняет цвет. На глазах проступают слезы. Но плачет она не от горя.
— Это счастье в чистом виде! — восклицает она, совершенно не боясь, что он может счесть ее сумасшедшей, когда представление обрывается заклинанием Драко.
— Вы плачете, Роза?! — и в голосе чувствуется тревога.
— ЭТО СЧАСТЬЕ! — повторяет она на полтона громче.
— Не поверите, я так и хотел назвать эту машину!
Он помогает ей спуститься с платформы, поддерживая за самые кончики пальцев. Представление закончено, и не о чем говорить. Пока Драко убирает машину и наводит почти идеальный порядок на газоне, Роза думает о том, что мистер Малфой страшный педант, а еще о том, что возможно, у аккуратистов бывает фантазия. Они молчат, но во вставшей между ними тишине нет неловкости, нет паузы. Он просто наводит порядок. Снова подставляет локоть и произносит:
— Думаю, что на сегодня достаточно впечатлений, Роза, предлагаю вернуться в дом и поужинать.
— А я думала, что вы тоже будете смотреть, — неожиданно для себя выпалила она. — Скажите, мистер Малфой, вы тоже видите что-то подобное?
— А что вы видели?
— Моих родных, но только в прошлом. Но не так, как это бывает в жизни, а будто через огромное цветное стекло. Затем я видела школу, еще позже поле и множество бабочек на нем. Так много я не наблюдала их ни разу в жизни, мистер Малфой. Это потрясающе.
— Вы счастливый человек, Роза, — и он улыбается мягко, глядя прямо в ее глаза, — вы видите так много, а я… я вижу лишь газон во дворе Малфой-Мэнора, вижу его через цветную стекляшку, а по траве носятся одетые в панталоны и как попало сотрудники Министерства Магии.
— И САМ МИНИСТР?
— О, он предводительствует в этом параде абсурда!
— Сегодня у вас есть чувство юмора, мистер Малфой. Славно, что вы его достали из кармана, — она уже жалеет, что произнесла слишком смелую и фамильярную фразу, потому что лицо мужчины вдруг темнеет.