Держать строй

По звукам было понятно, что Лора старается двигаться как можно бесшумнее, но это его ничуть не насторожило. Вот она набросила на себя ночную рубашку, собрала остальную одежду и вышла из спальни. Скрипнула дверь в коридор, и чей-то мужской голос негромко спросил:
– Спит?
Лора ответила:
– Недавно заснул.
– Подождем, – веско сказал еще один мужской голос.
– Чего ждать-то? – спросил первый голос. – Разом навалимся, он и пикнуть не успеет.
– Ждем, я сказал! Хочешь, чтоб он за меч успел схватиться? Как ты его потом живьем возьмешь?
Послышался шорох сминаемой одежды, звонкий шлепок и гневное шипение Лоры:
– Руки убери, медведь.
Обиженный мужской голос:
– Ишь ты, недотрога. Можно подумать, в первый раз.
Второй голос хохотнул:
– Не до тебя ей. Ей ныне только блаародных подавай. Вон как заливалась под маркизом, так вопила, что я думал, голос сорвет.
Обиженный голосок Лоры:
– Вам легко говорить, а мне сейчас каково? Такой ненасытный попался, что декаду все теперь болеть будет…
Дверь закрылась, отрезав тихий шепот.
Волков лежал в постели с бешено колотившимся сердцем. Услышанный обрывок разговора вызвал тревогу, вспомнились подозрения Сувора.
Нужно было что-то делать. Натянув трусы, Глеб нарочито громко опрокинул пустой кувшин и протопал к выходу. Хотел взять с собой мечи, но передумал, отложил, чтоб не вызывать подозрений. Отломил у одного стула ножку и поставил обломок возле двери, так, чтоб его можно было быстро схватить. Распахнув дверь, он встал на пороге, почесал голую грудь и, сделав при виде четверых ошивающихся в коридоре крепких малых – двое возле его двери и двое возле двери Сувора – удивленный вид, спросил:
– Лору не видели?
Как он и ожидал, вид безоружного человека не вызвал у четверки парней никаких подозрений.
– Ушла, ваше высочество.
Глеб сделал обиженное лицо:
– Как ушла?.. Почему?.. А, ладно, – он махнул рукой, обратился к одному из парней: – Слушай, друг, выручай – вино совсем кончилось. Принеси пару кувшинчиков, а?
Переглянувшись с остальными и дождавшись еле заметного кивка старшего – не будь Волков настороже, он бы и не заметил, – тот ответил:
– Сейчас будет, ваше высочество.
Глеб повернулся, собираясь уйти в комнату, но оглянулся на оставшуюся троицу и сказал:
– Мы там с Лорой немного расшалились, аж столик перевернули. Поставьте его на место, а то я в темноте ноги переломаю.
Играющие роль слуг парни вошли следом за Волковым в комнату. Поворачиваться к ним спиной Глебу не хотелось, – а ну как приголубят чем тяжелым по затылку? – но пришлось рискнуть, изображая из себя ничего не подозревающего недотепу.
– Где? – спросил старший.
– В спальной.
Шагнув вперед, один из парней запнулся за стоящий на пути стул и с грохотом его перевернул. Светильник в комнате Глеб предусмотрительно не запалил. Пока все отвлеклись на поднятый шум, Волков подхватил стоящую у двери импровизированную дубинку и обрушил ее на голову ближайшего парня. Тот без единого звука рухнул на пол, а Глеб, перескочив через валяющееся тело, тем же ударом отправил в нокаут второго. Третий стал оборачиваться, но, в отличие от хорошо видящего в темноте Волкова, ночным зрением не обладал и не понял, что ситуация кардинально изменилась. Он заработал удар кулаком в солнечное сплетение, а когда согнулся от боли – получил дубинкой по подставленному затылку.
Волков отволок всех троих в спальню, располосовал простыни на длинные полосы, скрутив их жгутом, и умело связал незадачливых ловцов. Заткнул им рты, чтоб они, очнувшись раньше времени, не подняли шум. Глеб проворно оделся, затянул ремни бахтерца, застегнул перевязь с мечами и присел на стул, дожидаясь прихода последнего поимщика.
Придурок даже не насторожился, не увидев своих приятелей, небось вообразил, что те уже управились с маркизом самостоятельно, и ввалился в комнату как к себе домой, бестолково хлопая своими глазенками. Глеб стремительно преодолел разделяющее их расстояние и, пока тот таращился в темноту, легонько кольнул его острием меча в живот. Почувствовав прикосновение холодной стали, последний незадачливый поимщик замер на месте, едва не выронив тяжелый кувшин.
– Крепче держи. И чтоб ни звука! – шепнул Волков. Испуганный парень крепко вцепился в кувшин. – Это барон приказал вам меня связать? – Пленник помнил, что Глеб приказал ему молчать, и закивал головой. Волков получил ответ на свой вопрос. – Теперь аккуратно поставь кувшин на пол. Вот молодец! – дождавшись, когда тот выполнит все указания, Глеб тюкнул эфесом меча чуть повыше уха и подхватил падающее тело.
Отволочь парня к его приятелям – было делом одной минуты. Связать и воткнуть в рот кляп – также не заняло много времени. Можно было попытаться вначале его расспросить, но Волков сомневался, что тот много знает. То, что действовали ловцы по приказу барона Кайла, Глеб уже получил подтверждение, а причины… Вряд ли барон объяснял подручным мотивы своих поступков. Расспросить бы самого барона! Вдумчиво, неторопливо… Мечтать можно сколько угодно, но барон, задумав предательство, несомненно озаботился собственной безопасностью. Нужно собирать своих людей и убираться из замка до того, как поднимется тревога.
Первым делом Волков отправился к Сувору. Тот безмятежно спал. Глеб потряс спящего рыцаря за плечо. Рука воина первым делом метнулась к мечу, сомкнув пальцы на рукояти. Потом Сувор узнал разбудившего и выпустил оружие. Он вяло приподнял голову, потер кулаками глаза. Взгляд сонный. Посмотрел с неодобрением, мол: какой сон мне испортил, и вновь уронил башку на измятую подушку.
– Сувор, барон Кайл нас предал!
А вот сейчас рыцаря проняло. Стряхнув сонливость, он резко сел в постели и вновь схватился за меч.
– Уверен? – рыцарь сам подозревал барона, но не мог не уточнить.
– Четверо придурков должны были связать нас спящими, – ответил Глеб. Не зря же вторая пара ловцов отиралась возле двери нугарца! – Теперь они валяются в моей комнате. Один сказал, что приказ отдал барон Кайл.
Рыцарь начал одеваться. Спросил:
– Что делать будем?
– Тихо, без шума, забираем наших и валим из замка, – сказал Волков. Сувор кивнул. Он хотел бы вначале расквитаться с предателем, но понимал, что Глеб предложил наилучший план. Сейчас главное выскользнуть из расставленной западни, а отомстить… Отомстить можно будет