Ночной охотник (СИ)
Красная скала духов — священное место троллей, фонтанирующее энергиями покровителей окрестных племён. В пещерах под ней ученики становятся шаманами, проходя сложный ритуал посвящения. Там же колдунам проще говорить с лоа и пополнять запасы айгаты. Охраной святилища служат духи предков, нередко вселяющиеся в учеников и животных, и сами шаманы. Однако, опаснее другое. У Красной скалы связь с Эмпиреями истончается и ангелианин, в одиночку сметающий в Эладарне под взором Карубиала целую армию, в чужом, наполненном враждебной аурой старейших лоа лесу победит разве что отряды одного крупного племени. По этой причине Габриллу понадобился летучий эскадрон под командованием легендарного героя.
— Близится ночь, — сказал после недолгого раздумья верховный жрец. — Выступим на рассвете. Да поможет нам Крылатый Единорог!
Зораг-Джин
Кто-то продавливал защитные слои Кокона Спокойствия, окружающего стоянку шаманов. Стремительно, уверенно, будто совершенно не боясь последствий и увиливая от сторожевых духов с грациозностью мастерски владеющего оружием бойца на тренировке с малолетним ребёнком. Пришелец то пропадал, то появлялся, выискивая слабые места с наименьшим сосредоточением айгаты, совершал серии ложных выпадов, перетягивая на себя охранников лоа и точным ударом дырявил самовосстанавливающиеся барьеры.
Почувствовавший разрушение заклятий Зораг-Джин вернулся из блужданий по Серым Пределам. Сначала он различал лишь уколы по кокону, затем уловил эманации присутствия теневых духов, и всё встало на свои места. К нему пожаловал очередной теневик. Пришелец надумал запутать Зораг-Джина, чтобы ударить со спины? Колдун озёрников старался обойти защитные барьеры и выгадать момент, когда шаман Чёрного Копья уязвим. У него не вышло. Этот решил поступить иначе, чем пробудил интерес у болотного отшельника.
Сложив и разведя ладони, шаман раздвинул края образовавшейся в барьере щели. Проходи свободно, пришелец. Окутанный Малым Коконом, выдерживающим удар старейшего лоа, шаман не опасался теневика. Духи в засущенных крошечных головах, лежащих по углам шатра, ждут приказа для воплощения и атаки на врага Зораг-Джина.
Незнакомец воспользовался приглашением, и из отбрасываемой на расстеленные шкуры тени шамана выросла человеческая фигура. Молодой мужчина в кожаной куртке, с поясом, набитым склянками зелий, напоминал колдуна железошкурых. Только вместо посоха держал — Зораг-Джину стоило немалых усилий сохранить невозмутимымый вид — священное копьё племени болотного отшельника. Чёрный росчерк поверх шкур шатра, свисающих на волосяных шнурках амулетов и тлеющих пучков травы. От оружия не исходило айгаты, оно казалось кусочком пустоты. Спящий в руках незнакомца убийца спокойнее, чем в идоле у дома вождя Чёрного Копья. Так спокойна погрузившаяся в зимнюю спячку змея, свернувшись в корзине любящего хозяина. Оружие, поглощавшее жизнь всякого, кто без ритуалов умилостивления прикасался к нему, позволило взять себя кому-то кроме верховного шамана и вождя.
Оторвав взгляд от реликвии племени, Зораг-Джин вскользь оглядел пришельца. Жилистый, со щетиной на лице, в расслабленной, казалось бы, фигуре кроется природная мощь зверя. Залитые тьмой глаза и аура — тёмная, похожая на ауру жителя Серых Пределов, но не такая холодная. Ещё не лоа и уже не смертный. Он сильнее старика, пришедшего от Водяных Крыс. Обратившийся к Предвечной Тьме и ставший её рабом человек с примесью древней аллирской айгаты в ауре редкое сочетание, наталкивающее на мысли об одержимости.
О нём рассказывали духи, спасшиеся из-под каменного селения железошкурых на Громовой реке. Чёрный Человек — прозвали они его. Он убил многих вождей и шаманов, напавших на Дом Шершня, и подчинил оружие племени прямо в бою, отобрав у вождя Рак-Джакала. Могучий колдун. С ним надо быть осторожным.
Шкуры занялись ярко-оранжевым пламенем, создав огненное кольцо вокруг пришельца. Духи огня сжигают тени и предотвращают побег теневика. Так поймал Зораг-Джин колдуна озёрников. Подкармливая их собственной айгатой, болотный отшельник возвёл преграду между собой и Чёрным Человеком. По приказу шамана духи сожмут кольцо.
— И я рад знакомству с тобой, — раздался из-за стены пламени насмешливый голос, говорящий на наречии северных племён Ксарга. — Если ты приветствуешь огненной ловушкой всех входящих в шатёр, понятно, почему тебя по ночам боятся тревожить твои сторонники.
— Кто ты?
Пламя не остановит пришельца, зато замедлит на мгновение, достаточное для разворачивания заклятья и нападения старших лоа из засушенных голов.
— Кан-Джай. Разве не помнишь меня? Ты послал за мной и моей сестрой одержимого зверя весной. Мы тогда только перебрались из Проклятой Башни на Зеркальное озеро.
— Так это ты? — выказал удивление Зораг-Джин. — Ученик верховного шамана Водяных Крыс, да? Зачем пришёл?
Может, раньше Чёрный Человек и учился у Гин-Джина, но сейчас от стиля зверомастера в нём не осталось ни капли.
— Наши племена воюют. Пробил час перемирия ради войны с нашим общим врагом — остроглазыми.
Болотный отшельник тихо рассмеялся.
— Перемирие, — протянул шаман. — Пусть твои соплеменники ударят по нам, мы напоим их кровью наших покровителей. Ха! Нам не нужен мир со слабыми жабами и отребьем, преклонившим колени перед мягкотелыми.
— Остроглазые сожгли большинство деревень твоего племени вместе с женщинами и детьми, шаман, из-за скуки. Бросишь вызов — Чёрное Копьё раздавят, спалив аранью. И мы поможем, расправимся с уцелевшими.
— Случись беда, вы всё равно ударите нам в спину. Какой прок нам от мира с вами?
— Остроухих ненавидим все мы. Водяные Крысы пойдут охотиться на них плечом к плечу с твоими троллями. Мы хотим быть вам союзниками в войне, ведь, отправив вас за Багровую реку, придут за нами.
— Чёрному Копью есть с кем охотиться, — хмыкнул болотный отшельник.
— Ты о Звёздных Рысях, Длинных Клыках и тех южных племенах, чьи лучшие воины полегли под Домом Шершня? Или о Мёртвых Медведях, увязших в войне с железошкурыми? Не так-то много у тебя союзников. Да и Чёрное Копьё больше не покровительствует вам. — Пришелец провёл проснувшимся оружием над пламенем, поглощая айгату огненных духов.
Зораг-Джин окончательно узнал реликвию, жадно пьющую Силу из всякого, оказавшегося поблизости, и заставляющую трепетать лоа. У почуявших копьё духов в засушенных головах разом пропала жажда крови, они задрожали от страха.
Болотный отшельник не поддался сжавшему ледяными когтями внутренности чувству и приготовился взорваться боевой формой, высвободив часть пойманных духов. По жилам заструилась айгата, насыщая кровь и укрепляя плоть и кости. По желанию шамана мир замедлится для него в любое мгновение.
— Не стоит доводить до крайности. Я пришёл говорить, а не драться, — замер пришелец, усыпляя оружие. — То-то посмеются остроухие, прослышав о нашем поединке.
Зораг-Джин неподвижно сидел на циновке напротив и неотрывно глядел на Чёрного Человека.
— Союз между нашими племенами принесёт нам пользу, — согласился болотный отшельник. — Водяным Крысам следовало присоединиться к Чёрному Копью раньше. Не было бы столько мёртвых, ваши воины покрыли бы себя славой и вернулись из земель железошкурых с богатой добычей. Жаль.
— Я понял тебя, шаман. Завтра в полдень буду у Красной скалы духов, там и дашь ответ пред ликом великих духов. Согласишься — вместе испросим благословения у старейших и отправимся охотиться на остроухих.
— Я поговорю с шаманами, и мы спросим у предков, угоден ли им наш союз, — неспешно сказал Зораг-Джин, и кольцо огня разомкнулось, превратившись в полумесяц. — Приходи завтра один. Приведёшь кого-нибудь — умрёшь.
Чёрный Человек ухмыльнулся и провалился в тень.
Болотный отшельник несколько ударов сердца сидел, отслеживая исчезающие эманации Тьмы, и, убедившись, что пришелец ушёл, облегчённо выдохнул. Опасность миновала.