Апельсин (СИ)
- Так, ты Виктор домой, наверное, иди. Даша здесь остается ночевать. Иди, иди, а я с девочками потолкую тут, кое о чем,- бесцеремонно вытолкав зятя, баба Катя решительно уселась на диван.
- С места не сойду, пока все мне не расскажите,- нахально заявила она. Даша в нерешительности посмотрела на тетю Лиду.
- А она такая. Пристанет, не отлипнет, - тетя Лида со вздохом встала. - Давайте перекусим, а то, как с утра поели, так и все. А спать мы, я думаю, не скоро ляжем.
- Не поняла? Мне что, опять все заново рассказывать? - комично развела руками Даша.
- Ну, не в таких подробностях, как мне. Ей они ни к чему. А коротенько так, - успокоила тетя Лида. - А потом мы тебе будем рассказывать. У Кати тоже своя странная история имеется. Так что, почитай, всю ночь будем говорить.
Баба Катя сидела с грозным видом, поджав губы, и недовольно переводила взгляд с одной женщины на другую.
- Это почему мне коротенько? - сердито заявила она.
- Потому что тебе и этого за глаза хватит. Можем вообще ничего не рассказывать, поняла?
- Поняла, поняла,- проворчала баба Катя и пересела за стол.
- Дубль два,- вздохнув, произнесла Даша и тоже пересела за стол. И если тетя Лида слушала Дарью, застыв, и не проронив ни слова. То баба Катя без конца вскакивала, от переизбытка эмоций, бегала туда- сюда по комнате. А от ее восклицаний: « Да иди ж ты!», « Вот, ешкин кот!» « Да брось, ты!», было просто не продохнуть.
- Да сядь ты уже, Катерина! Что ты круги- то нарезаешь? Голова от тебя кругом, ей богу! - утихомиривала подругу тетя Лида.
- Да как тут усидишь- то? Дела, вон, какие творятся! Ужас! - присев на краешек стула, она посмотрела выжидающим взглядом на Дашу. - Ну, давай дальше, девонька, рассказывай.
И Даша, обреченно вздыхая, продолжала дальше. Наконец закончив свое повествование, она взяла кружку с чаем и устало прилегла на диван. Рассказывать два раза подряд оказалось очень сложно. А баба Катя поверила всему сразу и безоговорочно.
- Выходит, жив твой Гришка! А Дашка- то невестка твоя! Вот ты как чувствовала, что здесь все не так просто! Да как же это все так получилось-то? Нет, ты подумай только, Сергей с Виктором и там, и здесь познакомились! И познакомились одинаково! Ну, как это?- эмоции перехлестывали бабу Катю.
- Да, Катя, да,- только и успевала вставлять тетя Лида.
- А Сергею будешь рассказывать? - вдруг, понизив голос, спросила баба Катя.
- Да, господь с тобой! Нет! Пусть лучше и не знает. Даша ему и так понравится, я уверена. Я вот тут вспомнила Сережины слова, что он будто не свою жизнь проживает. Вот жил своей жизнью, а где- то с двадцати пяти, в один день поменялось что- то, и стал чужой жизнью жить. Вот прямо так мне и говорил. Я все отмахивалась, а видишь, так и есть,- задумчиво покачала головой тетя Лида.
- И дачу мы там не продали. Такая дача была хорошая! Яблони! Груша! Черешня, вишня, китайка, персик, абрикос, смородина, малина, крыжовник, - сокрушалась баба Катя.- И Машка моя с Витькой никуда не уехали. Эх! Даша, а ты меня- то там помнишь? Я приезжала туда, али как?
- Нет, баба Кать, я вас не помню. Женщина какая-то приезжала. Виктор, Мария, и эта женщина. Ну, мы же только по субботам и воскресеньям были, с Сережей. Это родители мои там все неделю летом жили.
- Женщина, какая- то? Интересно, кто же это? У Виктора мать в другом городе. Ну- ка опиши мне ее.
- Лет под пятьдесят, где- то. Стрижка такая модная. Стройная. Одета всегда с иголочки. Интересная такая женщина. Погодите...,- Даша от неожиданности привстала с дивана. - Так, я не поняла, Маша же говорила, что это ее мама. Баб Кать, я не поняла..., это вы что ли были?
- А как ты думаешь, сколько мне лет? - спросила баба Катя.
- Ну, не знаю. Не буду говорить, не знаю,- замялась Дарья.
- Ну, понятно, не знает она. А мне, девонька, пятьдесят пять.
- Сколько? А почему тогда « баба Катя?»
- Да прилипло вот. Да и выгляжу я, как баба Катя. Что уж тут и говорить, - печально вздохнула женщина. - Видать в той жизни нам всем лучше жилось.
- Я вспомнила! У Виктора с работой что-то не ладилось, а Серега его к себе взял. Это значит что- то?
- Ах, вот почему мы дачу не продали, и дети здесь остались! - подскочила баба Катя.- У Виктора же проблемы с работой начались, предприятие закрыли. А здесь они с Сергеем познакомились намного позднее. Сергей на север собирался, а Маша с Витькой уже в другой город переехали,- снова побегав вокруг стола, баба Катя села и пригорюнилась. Все молчали, каждый думал о чем-то своем. И о том, как из-за каких- то мелочей и случайностей может измениться вся жизнь. Как один человек может, как по цепочке, поменять судьбу других людей.
- Ну что, спать будем ложиться? - нарушила молчание тетя Лида.
- Что? Спать? Вы мне три истории должны рассказать! Обещали! - возмутилась Даша.
- Надо же, запомнила! Я подумала, может ты устала?- тетя Лида хитро улыбалась.
- Так что, нет никаких историй? Вы что, пошутили? - казалось, Даша сейчас расплачется.
- Нет, за кого она нас Лид, принимает? Есть истории, сейчас расскажем. Ну, Лида, кто первый? - баба Катя, с кружкой, тоже пересела на диван. - Спина уже болит на стуле сидеть. Лида иди к нам тоже. Всю спину сломать можно на этих стульях.
- Ну, давайте я первая буду,- и тетя Лида присоединилась к остальным.
-Так вот, как уехал наш Сережа на север, отец и затосковал. Гляжу, нет, нет, да схватится за сердце. Мне бы его тогда еще к врачу надо было загнать, может, и спасли бы. Да что теперь говорить, - махнула рукой тетя Лида, тоскливо глядя куда- то вдаль. - Когда положили в больницу, поздно уже было. Ни старшему сыну, ни Сергею, я еще не сообщала, что отец болен. Не знаю почему. Может, надеялась до последнего. Ну вот, сидела я возле постели мужа, а он спал. И вдруг меня сон сморил, да тяжелый такой, врачи сказали, что это обморок глубокий был. Очнулась я уже на больничной койке. Оказывается, я двое суток без сознания была. А в это время Гриша мой и умер, - голос у тети Лиды задрожал, и она замолчала. Баба Катя, приобняв подругу, похлопывала ее по руке, успокаивая.
- Ну что же, собрала я силы в кулак, и пошла к Катерине, позвонить старшему, Саше. У них телефон был домашний. Сказать, что и как, и что бы Сергею телеграмму отбили, у меня сил на телеграф ехать не было. Я до Кати- то еле добралась. Берет трубку Саша и начинает кричать на меня: « Мам, вы куда, с отцом, делись- то? Приехали на одну ночь, и молча с утра куда- то исчезли. Вы где? Заблудились что ли?» Я ему: « Саша, ты там чего? Я дома. Кто там к вам приехал, когда?» Он мне, в полнейшей панике, говорит: « Мама! Вы вчера с утра, приехали, а сегодня с утра куда-то делись!» Я ему опять: « Сынок, да я дома, только из больницы, мы никуда не приезжали. Не пойму я, про что ты там говоришь. Отец месяц как в больнице лежал. Приезжайте сынок, умер батя наш. И Сереже телеграмму отбей, я не в силах » И отключилась я. Катя меня выхаживала до приезда сыновей. Саша, конечно, названивал, не мог поверить, но Катя уже трубку брала и разговаривала с ним. Приехали мои сыновья, проститься с отцом. Саша с семьей приехал.
С Любашей, женой, и сыном. С внуком моим, Ваней. В честь Гришиного отца назвали, - чуть отступив от темы, тетя Лида заулыбалась. - Саша и Люба, конечно, никак не могли поверить до конца в происшедшее. Оказывается, в тот день, когда Гриша мой умер, а я без сознания лежала, очутились мы, каким-то образом, в гостях у старшего сына. Пришли мы, значит с отцом, без предупреждения, без сумок дорожных. Как будто мимо прогуливались и зашли. Пообщались вечером, посидели так хорошо и остались ночевать. А утром, куда - то делись. И отец, по их словам, выглядел здоровым. Поэтому мое сообщение для них было, как гром среди ясного неба. Долго мы судили, рядили, что это, могло бы быть? Но к какому либо, здравомыслящему объяснению не пришли. Так и осталось это для нас загадкой. Может, сейчас поймем, что к чему? - и женщины ожидающе уставились на Дарью.