Стрекоза для покойника

— Другой есть? — потребовала Лука. — За державу обидно!
— Нету! — расстроился менеджер.
Лука выглянула из-за занавески и лихорадочно оглядела зал… Рядом с Муней лежал букет шикарных бордовых роз. Вит часто баловал ее цветами.
Подлетев к подруге, она чмокнула ее в щеку, вытащила из букета один цветок и метнулась обратно.
Следовало признать, что бордовая роза гораздо больше соответствовала обстановке «сумеречного» зала, нежели алая!
Принимая заказ, Лука успела отметить простую, очень простую элегантность в одежде дамы, вызвавшей такой фурор у почтенной публики, и поблескивающие в ее ушах маленькие бриллиантовые сережки. У клиентки не было ни браслетов, ни колец, ни яркого маникюра, а коротко подстриженные ногти делали ее руки похожими на руки школьницы. Зато на бархатистой ткани платья переливалась шикарная брошь-стрекоза с хрустальными крыльями. Наборные фасеточные глаза из самоцветных камней казались настолько живыми, что Луке стало не по себе.
Когда она вернулась к бару, Андрей строго-настрого приказал другими клиентами не заниматься.
— Пока дамы не уйдут — они твои! Чтоб каждые десять минут наверх — стол проверить.
— Может, мне просто там побыть? — удивилась Лука.
— Не надо! Госпожа Висенте не любит, когда у нее над душой стоят.
— Да кто она такая? — всплеснула руками девушка.
— Занят я, занят! Вон, иди у Муни спроси, она не на работе! — отрезал Андрей и в спину напомнил: — Десять минут — и ап!
— Дрессировщик хренов, — фыркнула Лука и отправилась к своей компании, занимавшей привычный столик в углу под Раисой.
— Она вообще не меняется, — продолжил говорить, блестя глазами, Саня, когда обязательная процедура целования была закончена, — выглядит потрясающе! Вот это, я понимаю — настоящая женщина!
— Это о ком? — уточнила Лука, поглядывая то на Андрея, то и дело появляющегося и исчезающего у стойки, то на лестницу, то на часы — а ну как пропустит указанный интервал?
— Ты же ничего не знаешь! — опомнилась Муня. — Мама и Эмма Висенте — давние подруги. Эмма — одна из самых сильных ведьм, таких всего тринадцать, и вместе они составляют Большой Ковен Сестер Равновесия, негласное правительство магического мирового сообщества. Она ведет замкнутый образ жизни, почти никуда не выходит. Маме удается ее вытащить куда-нибудь, по-моему, раз в пять лет! Увидеть ее — большая редкость!
— Некоторые неадекватные личности даже называют это счастливой приметой! — усмехнулся Димыч. — Так что считай, Лука, тебе повезло!
Лука вздохнула и отправилась наверх. Да уж, повезло, так повезло!
Дамы заказали легкие салаты и кофе, наверное, после шести не позволяли себе пищи, вредной для талии. А вот шалость в виде сигареты — вполне. Когда Лука в очередной раз поднялась в Сумеречный зал, под потолком висело облако дыма, принявшее облик летящего под парусами корабля. Клиентки развлекались, гоняя его от стены к стене или заставляя разбиваться о риф — стоящего неподвижно у входа огромного мужчину в строгом костюме и черном галстуке. Откуда он здесь взялся, Лука понятия не имела — когда принимала заказ, дамы были одни, по лестнице никто не поднимался.
— Принесите нам еще кофе, милая девушка, — попросила Эмма Висенте, накрывая руку Луки своей, — и карамели побольше!
И так она это сказала, что Луке тут же тоже захотелось кофе с карамелью. «Закончится этот безумный день — попрошу Макса сварить мне большой латте и добавить туда карамели! — размечталась она. — Возьму его и пойду домой… Может быть, Вольдемара угощу!»
Кот отличался разносторонними предпочтениями в еде — ел не только сухой корм, который хозяйка исправно насыпала ему в керамическую миску с изображением рыбной кости, но и свежие огурцы, мандарины и даже курагу. Отчего бы всеядной сиамской твари не попробовать латте?
Пробыв в «Черной кошке» чуть больше часа, дамы ушли, оставив сказочные чаевые. «Шкаф» в костюме из зала не выходил, однако, когда Лука пришла убирать стол, его там не оказалось. Чудеса, да и только!
Так она и сказала Максу перед закрытием, ожидая, пока он сварит ей кофе.
— Мир состоит из чудес, — подмигнул ей бармен, — счастлив тот, кто может их наблюдать… И знаешь, у каждого из нас есть своя мечта о чуде!
— И какая же у тебя? — поддержала игру Лука.
— Ты видела когда-нибудь цветок папоротника?
— Нет… Подожди, он же вроде не цветет никогда!
— Это сказки для простых ботаников! Цветет, Лука, цветет — и еще как! Только не везде, и не для всех! Считается, что цветок этот исполняет любые желания, лечит любые болезни! А тот, кто увидит его хоть раз — никогда не забудет!
— А есть те, кто видел?
— Среди наших сверстников нет… А вот среди старших Хранителей есть — ходят такие слухи уже которое десятилетие. А слухи на пустом месте не возникают!
Лука пожала плечами и приняла от бармена высокий пластиковый стакан с кофе.
— Красиво, наверное, — сказала она, — только я не верю… До завтра!
— Пока! — ничуть не обидевшись, улыбнулся Макс. — Бабуле привет!
Латте коту понравилось. Вылакав блюдце, он столбиком сел рядом, обвил аккуратно составленные лапы черным хвостом, зажмурил голубые глазищи и громко заурчал.
— Ненасытная ты скотина, — ласково сказала Лука, подливая ему еще кофе, — тварюга глазастая!
Вольдемар боднул ее головой под колено, отчего она едва не упала, и занялся блюдцем.
А Лука сходила в душ и завалилась спать. Под закрытыми веками в зеленой горсти папоротника распускался огненный цветок, похожий на большую бабочку, горел, прогоняя тьму, боль и горе. Встреть она такое чудо, о чем бы попросила? Наверное, найти настоящих родителей…
* * *
Это случилось, когда Лука шла из магазина. Словно шагнула из темного коридора в ярко освещенную комнату. Мир засиял разноцветными пятнами, от которых стало больно глазам. Толпа на улице перестала быть толпой. В это мгновение Лука могла сказать, как кого зовут, сколько лет, есть ли дети и вырезан ли аппендикс. Знание обрушилось на разум, будто стена, пригвоздив девушку к месту. Она стояла на проходе, шедшие мимо люди толкали, ругали, ворчали — Лука не слышала.
Вон та женщина давно и безнадежно больна, но не сдается — кормит уличных голубей и кошек, и верит в лучшее. И может быть — может быть! — у нее все получится!..
Тот мужчина на днях развелся с женой, не знает, как жить дальше, хотя рядом есть женщина, готовая сделать его счастливым!..
А тот парнишка мечтает об айфоне…
И та девчонка…
Ни фига себе, как их много, оказывается, айфонутых!
Девушка, прошедшая мимо…
Лука моргнула, и мир зашевелился.
На другой стороне улицы мелькнула знакомая брезентовая куртка…
Девушка уходила вперед — красивая, стильно одетая, в ботильонах на тонких каблучках… С ней что-то было не так, но Лука не могла понять, что. У нее кружилась голова, и было сухо во рту, а руки тряслись так, что она не удержала и уронила сумку с продуктами. И расширившимися зрачками следила, как та будто в замедленной съемке летит на асфальт. Прощайте, яйца! Два десятка!
Неожиданно появившаяся в поле зрения мужская рука перехватила ручки пакета, удерживая его от падения. Кто-то крепко обнял Луку, не давая упасть. Краем глаза она увидела, как та девушка садится в шикарный черный лимузин, остановившийся у обочины, и уезжает, а затем подняла взгляд на лицо… Ярослава Гаранина.
— Пойдем, вон кафе, — лаконично сообщил он и потащил ее к входу в кафе.
Луке было так плохо, что хотелось прямо здесь и сейчас лечь на асфальт и умереть.
— Большой американо и шоколадку, быстро! — приказал Гаранин официанту.
Тот метнулся исполнять заказ с такой скоростью, будто увидел говорящего тигра.
Спустя пару минут Гаранин заставлял Луку пить обжигающий кофе и заедать горьким шоколадом. Несмотря на обожженные язык и небо девушка почувствовала себя гораздо лучше. Исчезла ужасная дурнота, навалившаяся там, на улице, головная боль свилась в кольцо, буравя висок, но не всю голову.