Чужой космос: миссия на Элледию (СИ)

Юнас прервал свой монолог и замолчал, но тут же продолжил:
— Так сложилось, что мы должны курировать и заниматься тем, чем на самом деле обязаны заниматься исключительно Планетный Союз, частные компании и корпорации. Но такова реальность, и не мы придумали эти правила. Мы подчиняемся Федерации, поэтому нет ничего удивительного в том, что мы делаем ту работу, которую не должна делать армия. Но если уж на нас взвалили эти обязанности, то мы должны их выполнять, и выполнять как можно лучше. Репутация программы колонизаций не должна страдать из-за разных недоразумений. Незачем тревожить общественность, и так слишком много средств уходит на пропаганду колониального образа жизни.
«Накипело, вот и решил излить душу», — с пониманием подумал Ломбарди.
Берглунд похрустел пальцами и снова о чем-то задумался.
— Так что вы решили, ундент? — нарушил затянувшуюся паузу Массимо. — Что если они не могут улететь оттуда? Может быть, все-таки стоит отправить еще один корабль?
— Генерал, десять часов назад они вышли на связь с одной из наших станций и сообщили, что у них все в порядке и что никто их и не думал атаковать. Нет никакой нужды в отправке еще одной экспедиции. Надеюсь, вас это успокоит?
— Гм... — замялся Ломбарди, злясь на маршала, что тот не сразу выдал эту информацию. — Да, конечно... Это меняет дело.
Маршал включил биокомпьютер и поискал нужный файл. Над столом появилось красочное изображение Элледии НФ2.
— А теперь посмотрите сюда: настоящий курорт. Им же просто повезло оказаться на этой планете. Я бы на их месте наслаждался жизнью.
  
Глава 40
 
Серов неожиданно для себя оказался на берегу океана. Его босые ступни утопали в мягком и теплом песке, блестевшем на ярком солнце. Он нерешительно сделал несколько шагов, словно ожидая, что песок вдруг исчезнет, но ничего не происходило, и песок по-прежнему струился между пальцами, приятно согревая ноги. Доносился шум океана, крики морских птиц... Что-то знакомое было в этом райском уголке...
Виктор подошел ближе к песчаной отмели, прикрыл глаза ладонью и посмотрел на водную гладь, туда, где море сливалось с небом в одну линию.
Он поднял гладкий камешек и уже собирался — как делал это в детстве — запустить его, когда услышал голос за спиной: «Виктор, мы снова вместе...»
Серов обернулся и увидел свою жену. Она улыбалась, а ее светлые волосы трепал морской ветерок.
— Зачем ты пришла? — спросил он.
Веста подошла ближе и смахнула прядь волос со лба. В ее синих глазах светилась любовь. Она обвила руками его шею. Близость ее тела возбуждала, она вся была так свежа и желанна, что Виктор не нашел сил воспротивиться. Он прижал Весту к себе и поцеловал в губы, ощутив их знакомую сладость и податливость...
— Я скучала... — промурлыкала она.
— Тебе не следовало приходить сюда. — Он сам удивился тому, как отчужденно это прозвучало.
Веста попыталась заглянуть ему в глаза:
— Я хотела увидеть тебя...
Виктор отстранился:
— Уходи.
— Но мне здесь нравится... — Веста глубоко вздохнула и прикрыла глаза. — Мы должны тут остаться... И мы останемся...
Он вдруг осознал, что она отдаляется от него. Ее глаза смотрели теперь холодно и неприязненно. Рядом с ней оказались мать и отец Серова. Они молчали.
— Значит, ты прогоняешь нас? — сказала Веста. Теперь она говорила тягучим властным голосом Олдриджа.
— Это враждебный мир.
— Нет! — отрезала Веста. — Наш мир. Навсегда!
Серов хотел подойти к жене, но не смог сделать и шага.
— Вик, — улыбнулся его отец, — она права...
— Скоро все будут счастливы... — ласково добавила мать.
Веста кивнула, соглашаясь, но в ее взгляде было презрение:
— Все изменится. Ждать осталось недолго.
Виктор хотел что-то сказать, но губы не слушались его. Мать и отец вдруг растворились в воздухе, а Веста продолжала смотреть ему в лицо. Ее глаза напоминали синие льдинки.
Неожиданно она потянула свою кожу и та сползла, упав на песок словно тряпка. Серов увидел, как вместо его жены появляется жуткий монстр, похожий на осьминога с головой ящера. Виктор смотрел, как это существо кровожадно скалится и не спеша подползает к нему.
Оно оказалось совсем близко и прошипело:
— Разве я не нравлюсь тебе? Подожди, и ты будешь таким же... Грядет новый мир, и людям уже нет в нем места...
Склизкие щупальца потянулись к горлу Виктора и медленно обвили его. Тут он проснулся...
...В руках у него по-прежнему была зажата винтовка. Дождь уже кончился. Серов оглядел темные стволы деревьев: вокруг все было спокойно. Он стряхнул остатки сна, вернулся к реальности и прислонился к дереву. Ну и отвратительное чувство! Ощущение собственной беспомощности и невозможности повлиять на происходящее.
Виктор внутренне собрался, но образы недавнего сна еще витали в его сознании. Этот сон, словно мрачное пророчество, говорил о том, что их ждет, если они потерпят поражение.
Серов проверил винтовку. Потом устроился удобней, вытянул ноги и уставился в темноту.
Он сидел, размышляя о том, есть ли возможность одолеть пришельцев. Что, если он и его бойцы не смогут остановить распространение этой паразитирующей формы жизни и она вырвется за пределы Элледии?.. Что будет тогда?..
Мысли Виктора были прерваны сигналами, которые посылал ему в мозг бионнер. Затем и сам полковник уловил вживленными в уши миниатюрными аудиодорами едва слышные шорохи, раздававшиеся недалеко от лагеря. Серов лег, упершись подбородком в приклад винтовки. Его глаза напряженно всматривались в темноту. Он пытался определить, откуда может исходить опасность. Усилители продолжали доносить неясный звук шагов.
Шорохи теперь раздавались ближе, и Лэнфорд тоже их услышал. Он выбрался из палатки, прихватив энган.
Виктор использовал инфракрасное излучение визиотронов. Он заметил невдалеке несколько силуэтов, осторожно приближающихся к лагерю.
— Они уже рядом, ундент, — шепотом сказал лейтенант.
— Вижу, — тихо произнес Серов в ответ.
Нил установил энган на силовую «сошку», затем лег за оружием и скорректировал свои визиотроны.
Шорохи зазвучали еще отчетливее: казалось, что они доносятся со всех сторон. Виктор решил отключить датчики массы и фонари, пока они не осветили пространство вокруг лагеря. Пусть незваные гости считают, что смогли пробраться сюда незамеченными.
— Не нравится мне это, ундент. — Лэнфорд держал палец на спусковом крючке. — Вонючие дурбилы! Надеются захватить нас врасплох.
— Если они сумеют прорвать защитное поле, используем мини-диски с наннерами. — Серов продолжал разглядывать неясные силуэты, осторожно крадущиеся между деревьев. Их было семь, и они явно не походили на людей. Некоторые были очень массивными и высокими. «Это еще кто, черт бы их побрал?», — подумал Серов.
— Атакуем их, ундент? — предложил Лэнфорд.
— Пока нет.
— А зачем ждать? Нужно завалить их прямо сейчас!
— Полегче, Нил. — Виктор изучал приближающиеся силуэты. Нет, определенно, шесть из них — это не люди. А может быть, вообще не гуманоиды.
— Кто это? — Лэнфорд не отрывался от прицела. — На поселенцев не похожи.
Серов заметил, что шесть крупных силуэтов остановились, а седьмой, напоминавший человека, двинулся к лагерю.
— Опять переговоры? — саркастически усмехнувшись, произнес Лэнфорд.
Фигура приблизилась почти вплотную к силовому невидимому полю и застыла в нерешительности. Незнакомец оглядывался по сторонам и не подозревал, что стоит перед защитным полем. Он собрался идти вперед, однако зацепился за отростки дерева и чуть не упал. Нил негромко засмеялся, но умолк, услышав мужской голос: «Я пришел поговорить с вами. Не стреляйте!»
— Очередной трюк этих гадов, — процедил Лэнфорд. — Лучше разобраться с ними, ундент, да не тянуть!
— Не спешите. — Виктор ждал, что еще скажет незнакомец.