В тени украденного света (СИ)
– Посвети-ка сюда, – командир указал Джейн на небольшой пульт управления у входа в соседний отсек.
– Сломан… – невесело констатировала девушка.
– Замкну напрямую… – отозвался Пол.
Несложная манипуляция – и переборка отодвинулась в строну. В помещении за ней также было совершенно темно, внимание привлекал лишь маленький мигающий зеленый огонек в углу.
– Командир, – послышался в наушнике голос Олега. – Проведена предварительная диагностика: корабль питает только системы жизнеобеспечения одного биологического объекта. Подать напряжение с нашего шаттла я бы не рискнул.
– Принято, согласен с тобой. У нас тут хоть глаз выколи…
– Думаю, он там. – Джейн медленно двинулась к источнику сигнала.
– Что с анализом воздуха?
– Биологической угрозы нет, но корабль длительное время пробыл в открытом космосе, поэтому повсюду следы радиации…
– Сколько же он так летает?
В свете фонариков они увидели безжизненные панели приборов на стенах и центральном пульте управления, а также две массивные горизонтальные капсулы, установленные параллельно друг другу.
Джейн подошла к одной из них и, склонившись, жестом позвала командира. Перчаткой девушка стерла с поверхности поблескивающую пыль.
– Вы видите то же, что и мы? – Слова Пола в повисшей тишине прозвучали неожиданно громко.
Под толстым помутневшим стеклом лежал человек, хотя сквозь блики фонариков на стекле сложно было рассмотреть его подробно.
– Ну… мы видим человека… – ответил Крис.
– Он жив?.. – Голос Лоры дрожал от напряжения.
– Жизненные показатели слабые. Вот это, похоже, было дисплеем с данными… – Джейн провела рукой по небольшому экрану в изголовье. – Не работает… Тут мы ему ничем не поможем, нужны условия стационарного госпиталя…
– А что с другим объектом? – Командир взглядом указал на вторую капсулу за спиной Джейн.
Та обернулась, провела сканером и отрицательно покачала головой.
– Ясно. Олег, нам нужно понять, можно ли извлечь камеру из ковчега, чтобы транспортировать ее до Титаниума в карантинном отсеке. Пустой корабль возьмем на буксир.
– Есть, уже иду к вам!
Спустя шесть часов неустанной работы команде наконец-то удалось подключить капсулу к мобильному источнику питания и с помощью электромагнитного транспортера доставить ее на борт шаттла.
Лора в напряжении остановилась у стеклянной стены, отделяющей стерильно белый карантинный отсек от основного помещения средней палубы:
– Я могу посмотреть?
– Можешь, конечно. Только дай Джейн закончить антирадиационную обработку и надень защитный комбинезон. – Молодой человек улыбнулся ее нетерпению. – Там внутри нет ничего необычного – просто человек, он спит, если можно так сказать…
– Думаешь, он с Земли?
– Об этом говорят предварительные оценки доктора Блэйка. Крис сейчас анализирует информацию бортового компьютера. Скоро все узнаем…
– Если бы это было так легко! – отозвался Крис.
– О чем ты?
– Большинство данных в жутком бардаке… Как будто их процессор помешался… Но… – он сделал многозначительную паузу и улыбнулся.
– Что?! – Лора слушала этот небольшой отчет, затаив дыхание.
– Но могу точно сказать, что корабль-носитель этого спасательного ковчега стартовал с Земли… Лет двести назад!
– Значит, это правда! – Девушка с силой вцепилась в рукав Пола и, как ребенок, получивший на день рождения заветный подарок, с восторгом взглянула на членов спасательного экипажа. – Спустя полвека после нашего отбытия люди с Земли тоже смогли отправиться в глубокий космос!
– Технологии похожи на наши. Думаю, они использовали наработки научного отдела «Единства противоположностей», оставленные на планете. И в конце концов сумели реализовать проект межпланетного корабля, – уточнил Бутов.
– Тогда что случилось с самим кораблем? – нахмурился командир.
– Пока не справлюсь с помешательством их бортового компьютера, не смогу сказать ничего точно.
– Я пойду внутрь, – улыбнулась девушка.
– Я с тобой. – Джейн уже надела защитный комбинезон. – Проведем более детальное сканирование организма на предмет патологий и инфекций. Двести лет в открытом космосе… Еще не известно, сколько из них он провел внутри этой капсулы.
– А что со второй камерой? – поинтересовалась Лора, когда они остались вдвоем.
– Думаю, бортовой компьютер сам отключил ее питание, сравнил показатели и выбрал наиболее жизнеспособный биологический объект. Я читала о такой системе – четкий математический расчет и ничего более.
Лора с сожалением покачала головой. Когда они вошли внутрь, Джейн принялась вводить данные в медицинскую программу, а ее спутница, затаив дыхание, впервые склонилась над помутневшим стеклом. Ее взгляду предстало бледное лицо, кожа казалась практически прозрачной, темные волосы резко контрастировали с белизной внутреннего покрытия капсулы и форменного костюма.
– Как именно капсула сохраняет жизнь?
– Думаю, в кровь вводится своего рода консервант, который впоследствии химически нейтрализуется. Устаревшая технология. Велика вероятность повреждения синоптических связей мозга.
– Сейчас можно что-то сделать, чтобы вывести его из этого состояния?
Джейн нахмурилась:
– Предпочтительнее оставить его как есть до прибытия на Титаниум. Любая манипуляция может привести к введению в кровь антидота консерванта, и кто знает, в каком состоянии очнется наш гость и какая помощь ему может потребоваться.
Лора кивнула:
– Зачем же его корабль проделал такой долгий путь? Была ли это просто научная экспедиция или, может, они искали нас?
Ее собеседница пожала плечами:
– Как знать. Будем надеяться, что придя в себя, он нам сам все расскажет.
В Центральном госпитале Титаниума было тихо и безлюдно. Обитатели искусственной планеты редко болели благодаря внутреннему физиологическому балансу, выстроенному через философию Андре Мендеса. И поэтому работа медицинских сотрудников большей частью была научно-исследовательской. С тех пор как много десятилетий назад люди, покинувшие Землю, встретили на своем пути первую цивилизацию, обитающую в другой системе, подобной солнечной, разумная жизнь во Вселенной перестала казаться чем-то невероятным. За более чем двести лет своих странствий «Солнечная флотилия» – так был назван флот из пяти кораблей, стартовавших с Земли, – установила множество контактов с представителями других планет. Уровень технологий бывших землян оказался сравнительно высоким для многих рас, и это позволяло заключать взаимовыгодные соглашения, способные снабдить странствующий флот ресурсами, а инопланетян новыми технологиями, в особенности лекарствами, которые разрабатывали специально для них.
Стены просторного холла госпиталя и высокие сводчатые потолки состояли из гладких видеопанелей. Чаще всего они оставались белыми, но когда в помещении появлялся посетитель, на них мгновенно возникали различные панорамы. Это могли быть горы с чернеющими у их подножия лесами, бескрайние поля под безоблачным голубым небом или плавно набегающие на берег волны океана. Такие панели и впечатляющие изображения на Титаниуме не были редкостью, но именно здесь, в полном уединении Лоре иногда начинало казаться, что она и в самом деле попала на Землю, – слышала шум прибоя и шелест листвы, чувствовала солнечное тепло, ощущала под ногами теплый песок.
– Лора Мерион?
Девушка услышала свое имя и ее мысли, так быстро достигшие Земли, вновь вернулись к реальности.
– Да.
– Я доктор Борщевский, – представился пожилой седовласый мужчина. – Вы ждете новостей о пациенте номер шестьдесят четыре?
– Да… Шестьдесят четыре? Я думала, палаты пусты…
– Десять часов назад мы подобрали беженцев с Тарии. Шестьдесят два тарийца и один дипломат с Титаниума. Они поправятся. Пережили сильный стресс и небольшое кислородное голодание из-за неисправности систем жизнеобеспечения доставившего их корабля.
– Но что случилось? Почему они бежали?