Потерянные (СИ)

— Выполняю распоряжение начальника, — ответил солдат, ворочая квадратным подбородком.
— Какое же? — Тиса поняла, что этот военный ей не знаком.
— Охранять вас.
— Можете оставить свой пост, я в совершенной безопасности и не нуждаюсь в охране, — строго произнесла девушка. Новость о том, что отец жив, делала ее сильнее.
Однако мужлан с места не сдвинулся.
— Я лишь делаю свое дело, — обрезал он, снова превращаясь в каменную статую.
Впустив в комнату лекаря, Тиса задвинула засов. Факт, что за дверью стоит приставленный конвой вызвал у нее раздражение и неясную тревогу. Как только комната оказалась запертой, Рич поднялся из-за кровати, а Агап торопливо отставил на столик кружку с настоем и моментально о ней забыл:
— Сколько мне вас ждать? Рич, ты все объяснил Тисе? — проворчал старик. Получив в ответ кивок мальчишки, лекарь развернулся к Тисе. — Дочка, собирайся! Дела плохи. Вам с Ричем нужно бежать к болоту. Времени мало. Видела, они приставили к тебе какого сторожевого пса?
— Ты обо всем знаешь? — ее уже мало что могло удивить.
— Этот шельмец мне сегодня такой ушат ледяной воды на седую головушку вылил, когда я с утра в храм пришел. Такое порассказал, что старика оторопь взяла. Благо, не разминулись. Хотел же певчих заказать, чтобы по-людски по чину проводить твоего батюшку да старшину. А они живы оказались! Истинно велика твоя милость Единый!
Тиса со стариком обнялись. Агап отстранился первым.
— Давай, поторопись-ка. Я постараюсь телегу сызнова испросить. Выеду за рощу. Подходите туда. Пересядете на повозку и дуйте к лесу. Что там дальше, Рич?
— Из башни через лес к сеевской дороге, — сдвинул бровки Рич, вспоминая заученную инструкцию. — Затем через поле к хутору Журавка. Там найти дядьку Глухаря. Он даст лошадей. Поедем через лес, по дороге опасно…
— Постой-постой, Рич, — остановила мальчишку Тиса, хмуря лоб. — Какой лес? Разве мы уезжаем из Увега?
— Конечно! — в два голоса ответили ее собеседники.
— Вы с капитаном спрячетесь в моем таборе, — деловито продолжил мальчишка. — Недолго. Потом, поедем в одно место.
У Войновой закружилась голова.
— Но, почему мы должны скрываться? — не могла она понять. — Все из-за этого злосчастного оберега, — девушка приложила ладонь к плечу, где под тканью находилась голубая спираль. — В нем все дело? Тогда не проще ли его отдать? Пусть Климыч, или кто другой, забирают его и оставят нас в покое!
— Нельзя, Тиса Лазаровна! — тряхнул смоляными кудрями Рич. А лекарь поддакнул, глядя с сочувствием:
— Вас будут преследовать в любом случае.
— Но почему?
Ни старик, ни ребенок так и не смогли толком ответить на этот вопрос. Трихон умолчал об этом и в письме.
— Я не могу так просто сорваться сейчас, — Тиса коснулась пальцами переносицы. — Я должна все обдумать.
— Думай быстрее, дочка, — сказал старик. — Только не тяни. Я верю этому Трихону или кто он там, раз он сумел твоего батюшку вытащить из лап этого изнаня. Тебе нужно бежать. А вэйн сам тут разберется. Здесь такой кисель заварился — не нашего ума дело его расхлебывать.
Тиса принялась выхаживать по комнате под взглядами старого и малого. Почему сейчас, когда она знала, что отец жив, она снова чувствует себя загнанной в угол? Что творилось вокруг нее за последние дни, иначе как безумием не назовешь. И апогеем должен стать бег на край света. Боже, как все запутанно. Тиса сцепила руки и сделала глубокий вдох. Она выпьет вэйновские таблетки и сбежит. Она сделает это?
— Во-первых, я не могу даже представить, чтобы ребенок вел меня через лесную чащобу по бездорожью, — заговорила она. — О чем только Трихон думал, когда сочинял этот план?
С каждым разом все сложнее было произносить это имя.
Старик развернулся к ребенку:
— Рич, ты ей не сказал?
— Нет, — прошептал мальчишка, блестя черными глазами.
— Что не сказал? — спросила девушка, переводя взгляд со старого на малого и обратно. Что еще она не знает? Хотя после всего услышанного за сегодня, вряд ли что-то способно ее удивить.
— Скажи ей, — старик положил ладонь на плечо мальца. — Не бойся.
Мальчик посмотрел на лекаря, затем на Тису. Потом опустил голову, словно собираясь с духом. Лекарь ободряюще пожал его плечо.
— Я оборотень, Тиса Лазаровна, — прошептал Рич еле слышно.
Войнова застыла с открытым ртом. Стоило взять свои слова обратно. Оказывается, все же она еще способна удивляться. Новость укладывалась в голове с трудом. И, кажется, она слишком затянула с паузой.
— Я смогу провести вас через лес. Не беспокойтесь, — мальчик отвернул лицо в сторону умывальника. И Тиса неожиданно увидела перед собой не маленького ребенка, а самостоятельного подростка. Который сомневался лишь в одном — примут ли его таким, какой он есть, те, кого он раньше считал своими друзьями. Тиса шагнула к мальчишке и присела перед ним на корточки:
— Рич, это же замечательно, что ты оборотень, — Тиса постаралась поймать взгляд черных глаз. — Честно. Я ведь тоже не совсем нормальная, ты же знаешь. Мы теперь с тобой отличная парочка.
Мальчик опустил нос.
— Вы видящая. Это другое, это здорово.
— А я считаю, что быть оборотнем здорово, — девушка взяла ладошку мальчика в свои руки. — Это ж сколько возможностей! А в кого ты оборачиваешься? В волка?
— Медведя, — не без гордости прошептал Рич. Ребенок посмотрел-таки на нее.
— Ух ты! — восхитилась Тиса.
Мальчик неуверенно улыбнулся.
— В детстве я мечтала быть зверем и хотела остаться жить в лесу навсегда, — призналась девушка. — Тебе везет. Но почему ты сразу не рассказал нам, что ты оборотень?
Ребенок снова посерьезнел:
— Я боялся, что вы меня прогоните.
— Рич, — покачала головой Тиса. — Неужели, ты, правда, думал, что мы так сделаем?
— Люди ненавидят оборотней, — вздохнул мальчишка.
— Ну, не все. А те, кто ненавидят, делают это из страха, — сказала Тиса. — Оборотни же такие сильные и смелые.
— Я запрыгнул в это окно за пару секунд, — тихо похвалился ей ребенок.
— Вот видишь, — сказала Тиса. Хотя она все еще с трудом могла представить забирающегося в ее окно медведя. Да уж.
— Я могу вам показать! — встрепенулся ребенок.
— Так, молодой человек, — вмешался Агап. — Сначала доберетесь до леса, а там показывайте, что хотите друг другу, сколько пожелаете. Будете в башне, хоть всю ночь хороводы водите. Собираться надо, покуда еще светло за окном.
Тиса поднялась с корточек. В проеме задернутых занавесей затухал пасмурный день, который уже наглядно стал короче. Только сейчас девушка поняла, что сегодня толком ничего не ела. Голод уже напоминал о себе тошнотой.
— Рич проведет тебя и твоего батюшку через лес с легкостью. И зверье вас никакое не тронет, — продолжал говорить старик.
Войнова набрала в грудь воздух, прежде чем сказать.
— Возможно, я сделаю глупость. Но сегодня я никуда не побегу на ночь глядя, — после этих слов Тиса почувствовала, как камень вынужденного выбора на время сваливается с ее плеч.
— Что? — Агап и Рич спросили одновременно.
— Дочка, ты в своем уме? — охнул старик.
— Тиса Лазаровна, я же обещал Трихону! — заныл Рич.
В следующие полчаса они пытались ее отговорить от «плохой идеи», но тщетно. Тиса оставалась непреклонна. В конце концов, Агап сплюнул и обозвал помощницу упертым чиванским ослом. Означало ли это, что настал конец пререканиям?
— Бросьте, — постаралась ободрить приунывших собеседников девушка. — Вот помяните мое слово, ничего со мной не будет. У меня хорошая интуиция. А завтра с утра поедем. Я как раз успею собрать спокойно сумку.
«И осмыслить происходящее», — завершила она мысленно свою речь.
— Ну что с тобой поделаешь? Был бы молодой да здоровый, как ребенка по мягкому месту бы отшлепал, да поволок. А так я бессилен, — старик в отчаянии хлопнул ладонями по своим бокам.
Тиса успокаивающе погладила лекаря по плечу.
— Не могу я оставить тебя здесь рядом с этим душегубом Зараем, — затряс бородой Агап. — Нет, этому не бывать. Я знал, что в душе он гнилой человек. Но дойти до смертоубийства! Ты сегодня заночуешь у меня, — умоляюще произнес старик.