Сбежать от судьбы или верните нам прошлого ректора! (СИ)
Мы стали спускаться вниз, пока не остановились у одной из дверей. Ректор коснулся ее пальцами, постоял мгновение, а потом сказал себе под нос:
- Не хватает... – и уже мне: - Ежик, дай мне руку и расслабься.
Не спрашивая, выполнила требуемое, и уже через секунду меня охватило знакомое ощущение. По телу потекли потоки фиолетовой, зеленой и голубой магии, а потом я услышала:
- Ну и как? – спросил незнакомый мужской голос.
- Я все сделала, папа, - ответила Ада.
- Ты уверена? Они не обручились?
- Нет, не успели.
- Это хорошо. Потерпи еще немного, детка, скоро этот аморт будет в твоих ручках.
- Это нечестно, папа! Почему он выбрал ее?! Я же лучше!
- Он просто дурак, милая. Но скоро все изменится, а от этой дурочки мы сможем избавиться, тебе просто нужно перестать ее жалеть.
Что-о-о?! Вот же... вот же... хмырь им в печенку!
- Когда папа-а-а-а?!
- Скоро, только герцога на тебе женим и сразу от нее избавимся!
- Вот умеешь же ты, ежик, выбирать себе «союзников», - хмыкнул ректор.
Я насупилась.
- Кто же знал, что этот божий одуванчик такой гадюкой окажется?! – огрызнулась я.
Ректор ласково улыбнулся, поцеловал в висок и сказал:
- Не ворчи, сейчас разберемся.
И он распахнул дверь. Глазам предстала следующая картина. Затемненная комната, стол, два стула, на одном из которых располагается Адоника... или не Адоника (хмырь знает, как ее там зовут), а на другом незнакомый зрелый мужчина с правильными чертами лица, острым взглядом, одетый в бархат и бриллианты. Как вульгарно!
- Ой, у вас тут семейные посиделки? – начал ректор ехидно.
Никак от меня заразился! Моему умилению не было предела!
- А мы тут мимо проходили... Думаем, а не заглянуть ли нам к вам на огонек? Не правда ли, любимая?
- Все верно, дорогой, - проворковала я.
С наслаждением смотрела на потрясенное лицо Ады и на не менее потрясенное лицо ее отца.
- Ну, что? Поговорим? – тон ректора стал откровенно угрожающим.
На шеях дочки и папочки затянулись голубые ленты.
- Советую не дергаться, - «очень ласково» оскалился мой аморт.
Он щелкнул пальцем, появился стул, дверь закрылась. Ректор сел, усадил меня к себе на колени, обнял и начал:
- Итак? Для начала, давайте познакомимся.
- Керигор мин Азарат, барон Кровасский, а это моя дочь Адоримара мин Азарат, - неохотно сказал папочка.
Подлюга козявистая со слезами на глазах смотрела на нас с ректором.
- Вы! Вы предали меня! – крикнула она и расплакалась.
Нет, нормально?! Вот хватает у людей совести, а?! Дар, не обращая на нее внимания, продолжил:
- Вы хотели женить Адоримару на мне, чтобы приобрести титул. Каким образом вы собирались это сделать?
Барон молчал. Даринер подождал несколько секунд, а затем лента на шее барона стала сжиматься, он захрипел.
- С помощью триалита мы хотели подстроить то, как Аралимираин отказывает тебе и в момент твоей душевной неустойчивости применить подчинение.
Вот гады! Ну а дальше пошли детали, откуда они достали триалиты, чем они собирались подчинять аморта, зачем нужно было потом убивать меня и так далее.
Выходила следующая картина. Семья Азарат, узнав о моем аморте, решила, что неплохо бы заполучить его к себе в вечное пользование. К тому же любимая дочка выразила свое «Хочу!». Ну, раз «хочу», то и делай всю основную работу – так решил папочка и отправил Аду в МАКИС, очень умело подделав ее документы и подстроив нужную ситуацию. Там она должна была затащить ректора в постель, скомпрометировать его и т.д. А тут, как раз я подворачиваюсь с аналогичным предложением. Ну, наша Ада помялась для виду и согласилась. Но дни шли, а ректор все больше обращал внимание на меня, а не на нее. Тогда она нашла решение: просто убрать меня.
Узнав, что я подарила Марку «череп», зная, какими свойствами он обладает (Ада у нас оказывается еще неплохой артефактор), она накануне практики уговорила его надеть подарок, типа талисмана удачи. Ночью, воспользовавшись триалитовым кулоном, под видом меня попала в место будущей практики и стала дразнить привязанного монстра, всячески его мучая. Ну а там, осталось только дождаться, пока Марк потеряет свой кулон, и туда попаду я. Оттуда прийти я уже не должна была. Следующим шагом была петрушка, тут Ада поставленной цели не достигла, но хоть получила моральное удовольствие, которое было подпорчено моими кошмариками.
Ну, а когда ректор внезапно подорвался и вылетел из ресторана, в котором они разговаривали на очень серьезную тему, Адоника, будучи довольно сообразительной, поняла куда свалил аморт. А потом решила вызвать Полицию Нравов, полагаясь чисто на интуицию, и не просчиталась. Таким образом, она снова напакостила, ведь слышала, как я говорила Самию Самичу о том, что скандалы мне не нужны.
Ну и вот, в общем-то. К концу их рассказа, моя вредность уже нервно курила в сторонке, а пакостная натура обзавелась нимбом и уже стала отращивать крылья. Я чувствовала, что аморт был очень зол, это было понятно уже по тому, как он крепко прижимает меня к себе.
- Покушение на жизнь, планирование подчинения, устраивание беспорядков в общественных местах... Не подскажешь, любимая, сколько им там лет светит?
- От шести до десяти по первому пункту, от десяти до двадцати по второму, от одного до трех по третьему, плюс лишение титула, - лучезарно улыбнулась я.
Несомненной заслугой нашего Уголовного Кодекса было то, что все сроки складывались, то есть нашим махинаторам придется сидеть лет тридцать, а то и больше.
Аморт снова поцеловал меня в висок. Было у меня ощущение, что он еле-еле сдерживается.
- У вас нет доказательств! - взвизгнула Ада.
Аморт протянул руку, и ленты, сковывающие шею этих гадюк, стали большим записывающим кристалом.
- Ой, надо же какая неожиданность, - усмехнулся ректор.
Тут барон с боевым кличем бросился на нас, готовя смертельное заклинание в руке, из меня совершенно непроизвольно вырвалось зеленое свечение, которое окутало нас в ту же минуту, что и щит Даринера. Вдвоем, они смогли поглотить заклинание. Зря, конечно, барон внес свою лепту в историю сегодняшнего вечера, так как Даринерчик и так был зол, а это... ну... это стало последней каплей. Аккуратно, бережно, заботливо ссадив меня, он мгновенно прижал барона к стене, встряхнул его и, ударив затылком, снова припечатал к поверхности.
Действие произошло буквально за мгновение. Мы с Адой не успели и глазом моргнуть. А потом наши взгляды встретились. Справедливо рассудив, что пока почти жених ведет мужской разговор с барон, мне бы не помешала поговорить по душам с змеюкой коварной. Очень вовремя голубые нити окутали Аду, обездвижив ее (спасибо тебе огромное, Даринерчик!). Девушка визжала и орала. Я встала и подошла к ней.
- Ненавижу! - взвизгнула она. - Тварь! Ненавижу!
- Знаешь, ты настолько моральная уродка, что мне даже тебя немного жаль, - я совместила указательный и большой пальцы. - Вот настолько, однако, это не помешает мне кое-что сделать.
Я потянулась к сумке воздушницы, покопалась в ней и нашла то, что искала. Поднесла найденный предмет к ее лицу.
- Угадай, что я собираюсь делать... - протянула я.
Адоримара с ужасом в глазах смотрела в зеркало.
- Помнишь, я же обещала...
Хмыкнула в ответ на ее умоляющий взгляд, выдернула волос с ее головы, приложила к поверхности зеркала и, закрыв глаза, стала шептать заклинание. Теперь моя девушка-кошмарик, всегда будет с Адоникой. Заметное только для воздушницы, мое творение было универсальным способом контроля и одновременно с этим источником позитивных и негативных санкций, будет Ада себя хорошо вести - девушка-кошмарик не будет видимой, ну, а если наоборот, сами понимаете...
Последний раз посмотрев на притихшую Адоримару, перевела взгляд на аморта, который чего-то там мудрил с бароном.
- Зайчик, - позвала его, припомнив прозвище. - Может, хватит? Сдадим их в полицию и пусть там разбираются!