Далекая звезда (СИ)
Мимо них, незамеченных, быстро прошли трое минбарцев-рейнджеров, что-то тихо обсуждая, где-то зазвонили колокольчики, из Часовни вышел высокий мужчина в коричневом плаще и присел на скамейку, глядя на город – Элис дернулась в его сторону, но ноги не послушались.
- Что происходит? – занервничала она. – Что ты делаешь? Что это за время?
- Час перед тем, как уйти, - ответил Кош, так же глядя на Синклера.
Она вспомнила этот день – ее тогда вызвали в Йедор, на обратном пути она спешила, как могла, но не успела увидеть его снова, он улетел на Вавилон 5, а назад уже не вернулся.
- Это прошлое. Зачем мне это видеть? – она старалась запечатлеть в сознании образ Синклера – то, как он откинул капюшон плаща, как вдохнул воздух, как чуть грустно улыбнулся своим мыслям. Сердце мучительно заныло – это было всего лишь видение, ей никогда не прикоснуться к нему, не поговорить с ним, а она как раз хотела на следующий день сказать ему, как сильно он ей дорог, что она пойдет на все, чтобы в галактике был мир, чтобы Минбар и Земля процветали, чтобы он знал – она станет тенью, прикрывающей его спину… пусть даже это и звучало бы глупо и наивно – он бы понял, улыбнулся.
- То, что было, - произнес Кош.
- Теперь он в прошлом, его уже нет, ты это хочешь сказать?
К Синклеру подошел служка-жрец, поклонился и оба мужчины ушли по дорожке.
- Ты убьешь Энтил`За.
Смысл короткой фразы Элис поняла не сразу, а когда прочувствовала, резко обернулась.
- Ты с ума сошел! – прошипела она в его шлем-лицо. – Я Анла’шок, я живу ради Единственного, я умру ради Единственного!
- Это будущее – ты убьешь Энтил`За, - повторил Кош. – Ты вернешься в установленный час, но чтобы вернуться, ты убьешь Энтил`За.
- Ты ведь… - она задохнулась от боли. – Ты говоришь не о нем, не о Синклере, - Кош промолчал, сужая и расширяя глазную мембрану. – Ты о… Я этого не сделаю.
- Сделаешь, чтобы дать жить другим, - отрезал Кош.
- Иначе что? Ценой жизни невинного человека спасется мой мир? Кош, он не виноват! Валена ради, что он сделал?
- Так ты вернешь утраченное.
- Иди к черту, ублюдок! Слышишь меня? Убирайся!
- Ты спасешься и вернешься туда, где будешь нужна.
- Я никогда, слышишь меня, я никогда его и пальцем не трону! Ты его не знаешь!
- Ты узнаешь.
- Я Анла’шок! Я никогда не…
- Ты убьешь Энтил`За.
Она бросилась бежать от такого пророчества, забыв про то, что нога повреждена, что это даже не Минбар, а она явно не спит, что это не бред больного воображения, а какое-то измененное пространство, время или сам черт не разберет что.
Но она никогда не причинит Энтил`За вреда, это немыслимо! Ни один рейнджер на такое не способен – скорее он умрет, чем допустит подобные мысли.
Она бежала по знакомым дорожкам, уже не чувствуя ни дуновения ветра, ни запахов свежести и цветов. Мир как будто выцветал, серел, подернулся пылью и затхлостью.
Ворлонец не догонял беглянку, даже не пытался остановить. Он пропал.
Постепенно начал пропадать и Минбар – размазались силуэты служек и рейнджеров, исчезли резные колонны зданий, замерли водопады и померкло заходящее солнце.
- Я этого не сделаю, - прошептала Элис, упав на колени. – Я не могу! Не могу! Только не так! – она закричала в пустоте и тишине – неслышимая, невидимая, проваливаясь в воронку собственного разума и отгораживаясь от чудовищного пророчества барьером, зло искрящим и плюющимся током высокого напряжения. Если даже она сама рискнет взломать такой блок – это будет мучительно больно, но лучше так, чем знать правду-пророчество. Лучше забыть эту ночь, чем однажды Спок узнал бы о том, что она убьет его, чтобы вернуться домой.
Вот, почему война заберет ее, вот, почему ей незачем будет жить, вот, откуда постоянный страх за его жизнь и готовность убить любого, лишь бы с ним все было хорошо.
Лориен сказал, что она вернется, что значит, что Кош не солгал, но лучше умереть здесь самой, чем убить вулканца и навеки опозорить Анла’шок… даже если они этого никогда не узнают. Она будет знать, она будет помнить, пусть и недолго – смерть будет желанна.
Блок схлопнулся в ее сознании, заперев информацию от любого проникновения, она закрыла глаза…
- М-м-м, - застонала Элис, проснувшись на койке в изоляторе.
- С пробуждением, - поприветствовал Маккой. – Как самочувствие?
- Паршивое, если откровенно, - поморщилась она. – Наверное, это нормально после того, что я видела и ощущала. Сколько я спала?
- Десять часов полноценного здорового сна, - доктор провел над ней сканером и взглянул на мониторы. – Показатели в норме. Что-нибудь помните?
- Если Вы про то, что я залезла на капитана и на Вас, то все, если про то, что мне снилось, то ничего.
- Можете извиниться, если желаете, - предложил Маккой, - хотя это поведение было вызвано феромонами Элийи. Она заходила и принесла официальные извинения.
- Не в феромонах дело, а в волосах, - перебила Элис. – Я видела ее и коммандера в оранжерее, ее волосы… даже не знаю, как объяснить… они бликовали. Ну, как рябь на воде, как гипноз.
- Теперь понятно, почему пострадали только Вы и наш вулканский друг.
- Он пострадал? – насторожилась Элис, вскочив, охнув от резкой боли в ноге и тут же упав обратно на кровать.
- Не так резво, мисс Хант, - доктор сделал укол обезболивающего и подал руку, чтобы помочь подняться.
- Что с ним?
- Сегодня явился на мостик счастливым и зеленым как молодой листочек.
- Счастливым? – округлила глаза Хант. – Зеленым?
- Неловко говорить это Вам, но, похоже, у него была бурная ночь.
- Под этим гипнозом?
Маккой пожал плечами.
- Принцесса поняла, что причинила ущерб своим поведением и поспешила сменить транспорт, так что узнать подробности не удалось, но Спок не выглядит привычной сосулькой.
- Он никогда ей не выглядел.
- Вам виднее, телепат телепата видит издалека, но он мне даже улыбнулся вместо своих привычных издевок про уровень моих медицинских знаний. Я решил, что он болен и изолировал его. Знаете, улыбающийся вулканец – повод для беспокойства.
- И где он?
- Ушел час назад, вернувшись к своему привычному логичному виду.
- А экипаж? А капитан? А Вы? А гипноз?
- Экипаж в полном порядке, - Маккой отошел к шкафчику с медикаментами. – Капитан весел, я в норме, гипноз… По всей видимости, под его действие попали только Вы и Спок, как я уже и сказал.
- Ясно, спасибо, доктор. Я могу идти?
- Идите. На Вашу смену Вы опоздали, но можете заступить в гамма-смену.
- Думаю, так и сделаю, нужно побеседовать с капитаном и коммандером.
- Хотите их просканировать?
- На это у меня не хватит сил, но Вы читаете мои мысли, доктор, я бы этого действительно хотела.
- С кем работаю, - Маккой развел руками.
- И… - Элис покусала губу. – Доктор, если Вам это нужно, я принесу извинения за свое поведение…
- По всей видимости, Вы этого делать не хотите, - предположил он.
- Не хочу. Вы мне нравитесь, даже очень нравитесь, но…
- Но? – Маккой замер, прижав к себе гипошприцы.
- Вы нормал, я – телепат… временами… - она чуть нахмурила брови. – У меня были отношения с нормалами, но это… не обижайтесь, доктор, но секс с нормалом – это как поцелуи в противогазе. Телепаты открываются друг перед другом не только телесно, но и ментально, это полное единение – словами это не описать, а показать нормалу суть, боюсь, нереально даже самому сильному тэпу.
- То есть, будь Вы нормалом, Вы бы со мной?..
- О, да!
Маккой кашлянул.
- И с Джимом?
- Скорее всего нет, но лишь по причине того, что он капитан, а я его невольный пассажир. Я не испытала бы неловкости после, но он все-таки человек, он… впрочем, любой нормал может пристраститься, а это создает ненужные проблемы.
- Пристраститься к чему? К сексу?
- Нет. То есть, не только. К сексу с телепатом – я еле-еле отвязалась от тех, с кем у меня были интрижки, это… несколько неприятный процесс.