Золотой Бог. Дилогия (СИ)

Новый всплеск энергии заставил Алиэля покачнуться. Во все стороны полетели искры, скрежеща по каменным стенам. Оллин остановился, заставляя тело прекратить безумную тряску. Искры становились все меньше, пока совсем не прекратились. Алиэль снова двинулся вперед. Заставив себя проанализировать то, что с ним происходит, понял – вспышки происходят, когда он перестает себя контролировать, позволяет ярости выплескиваться наружу. Нужно успокоиться, сдерживать чувства. Не думать об Арнорде и…
В памяти возник образ рыжеволосой девушки с кошачьими глазами. В них плескалась тайна, которую он так и не сумел разгадать. Вновь нахлынули эмоции, на этот раз совершенно другие. Тоска, притяжение, страсть, ревность.
– Лиза! – выкрикнул он с отчаянием.
Слова отразились от каменных стен и эхом разнеслись по пустынным коридорам. Алиэль пришел в себя, стиснул зубы и тряхнул головой. Он не отказался от нее. О нет. Арнорд не дождется этого. Лиза останется с ним, даже если для этого придется перегрызть глотку Золотому Богу и всем его прихвостням. Тем более, еще неизвестно, чей ребенок растет сейчас в ее чреве. Он точно также может оказаться его, как и Арнорда.
Обожгла неожиданная мысль – Лиза ведь не знает, что он теперь не вардок. Может, ее отвращение к нему было обусловлено именно этим. Но сейчас все сложится по-другому, стоит узнать, что он теперь стал таким же, как ее обожаемый Арнорд. Интересно, внешне он тоже изменился? Поскорей бы добраться до зеркала и взглянуть на свое отражение.
Когда же закончатся эти коридоры? Странно. Раньше он чувствовал себя здесь, как дома. Теперь же стены давили на него. Хотелось наружу, к свету. В спешке Алиэль едва не пропустил заветный поворот, ведущий к тайному ходу на поверхность. Но вовремя опомнившись, ринулся туда, нажал скрытый за канделябром рычаг. Каменная дверь с глухим шумом отъехала в сторону. Теперь нужно быть вдвойне осторожным – он оказался в привычных ответвлениях подземного дворца, где вполне может скрываться засада.
Но опасения Алиэля оказались напрасными – в коридорах ни души. Губы оллина тронула легкая улыбка. Ну конечно, люди наверняка чувствуют дискомфорт в этих помещениях. Вряд ли они обосновались бы здесь. Проверили все закоулки, истребили оставшихся вардоков и полукровок и покинули это место.
Алиэль бродил по брошенным помещениям, по которым, казалось, пронесся смерч. Все разворочено, разнесено в щепки. Люди проявили ненависть в полную силу. Как еще не уничтожили подземный дворец совсем? Но Алиэль не сомневался, что они это сделают. Оплот вардоков, символ их величия – змеиный небоскреб, спроектированный им лично. Его детище. Разрушенное, униженное, подвергшееся надругательству, как и он сам.
Они ответят за это. Арнорд ответит. Без Золотого Бога «неотмеченные» вряд ли решились бы на открытое противостояние. Так и ютились бы по норам, как раньше.
Алиэль остановился возле лифта – главного выхода отсюда. Хоть и понимал, что вряд ли его оставили работающим, нажал на кнопку. Ни малейшего звука, показавшего бы движение кабины. Конечно, определенное удовольствие Алиэль бы получил, поднявшись на поверхность открыто, на глазах у ошеломленных людишек. Но это явное безрассудство. Несколько минут, и его песенка была бы спета.
Интересно, его уже «похоронили», как и остальных? Арнорд и мать хоть немного скорбели по случаю кончины сыночка? Возможно, немного, но тут же вздохнули с облегчением. Он как заноза в заднице для них всех, но зря они так быстро списали его со счетов.
А Лиза?.. Она хоть немного скучала по нему? Алиэль до крови закусил нижнюю губу, чувствуя новый всплеск энергии. Нет. Нельзя сейчас думать о Лизе. Он не может явиться перед ней жалким неудачником. Только не он. Тот, перед кем трепетал весь мир, кого она видела на вершине. Если она не полюбила его тогда, то сейчас лучшее, на что он мог рассчитывать с ее стороны – жалость. Это еще хуже, чем ненависть. Только когда ненавистный Арнорд окажется в пыли у его ног, Лиза, наконец, поймет, кто из них сильнее. Пусть жалеет этого чистоплюя, вымаливает у Алиэля сохранить жизнь для него. Сладкие мечты. Не стоит слишком зацикливаться на них. Пока именно Алиэль – преследуемая добыча. Он в логове врагов, каждый из которых, не задумываясь, прикончит его. А он до сих пор не разобрался в новых возможностях. Сможет ли справиться хотя бы с двумя противниками?
Внизу живота встрепенулся энергал, посылая волны боли – Алиэль согнулся, едва подавив крик. Что с ним происходит? Вспышки боли следовали одна за другой, мешая даже думать. Только когда приступ немного утих, Алиэль догадался о причинах. Голод. Обычный голод. Его тело потратило слишком много энергии на борьбу с болезнью и неконтролируемые выбросы ярости. Если он в ближайшее время не восполнит запасы, то погибнет. На лбу выступил пот, Алиэль с досадой вытер его рукавом. Тело уже не так хорошо слушалось. Исчезла первоначальная легкость и ощущение силы. В таком состоянии он сомневался, что справится хотя бы с одним противником. А сделать это необходимо. Сейчас от этого зависела жизнь.
Двигаясь теперь значительно медленнее, Алиэль свернул к тайному ходу, ведущему на поверхность в обход лифта. Выход оттуда, конечно, не ахти – канализационный люк в одном из бедных районов города. Но так и задумывалось. Вардоки – заносчивые снобы, ни один из них не стал бы использовать такой выход. Людям и в голову не придет, что кто-то из них стал бы рыскать по канализации. Все это Алиэль учел, проектируя дворец, словно уже тогда предчувствовал возможность подобного исхода. Теперь он хвалил себя за такую дальновидность.
Путь по канализации казался вечностью. Снующие вокруг крысы, затхлый спертый воздух внушали отвращение. Невольно вспомнилось детство, проведенное в подвале и до сих пор иногда возвращающееся к Алиэлю в кошмарах. Когда, наконец, вверху показался просвет, оллин из последних сил ускорил шаг. Вскарабкавшись по скользкой от сырости лестнице наверх, толкнул крышку люка. Она легко подалась – Алиэль порадовался, что его физическая сила не стала меньше после метаморфозы. Но сейчас это усилие вызвало новую вспышку голода, заставив его застонать. Превозмогая боль, Алиэль вылез на поверхность. Тяжело дыша, вгляделся в окружающий мир.
Уже вечерело. Солнце еще светило, но тускло и нехотя. Вокруг ни души. Какой-то закоулок с валяющимися повсюду кучами мусора. Вонь от гниющих отходов и экскрементов нестерпимая. Но сейчас Алиэль был рад такой обстановке. Вряд ли здесь часто появляются люди. Хотя… Похоже, он ошибался. Шаркающие шаги Алиэль услышал издалека, с трудом протиснулся обратно в люк и задвинул за собой крышку. Не до конца, оставив просвет, сквозь который мог наблюдать за тем, что происходит на поверхности.
Минуту спустя в поле зрения появился неряшливо одетый мужчина, постоянно кашляющий и вытирающий с губ выступающую кровь. Он стал рыться в мусоре, настолько поглощенный своим занятием, что не сразу заметил, как крышка люка начала медленно отъезжать в сторону. Когда же заметил и обернулся, оказалось слишком поздно. Инстинкт охотника вызвал у Алиэля прилив сил, на время заставивший забыть о слабости и накатывающем головокружении. Миг – бомж оказался втянутым внутрь. Алиэль задвинул крышку, чтобы крики ошалевшего от страха мужчины не привлекли кого-нибудь снаружи.
Внутри затрепетал энергал, посылая щупальца вверх по пищеводу. Алиэль зарычал от предвкушения насыщения, утрачивая контроль над собой. Во рту пересохло, тело тряслось, как в лихорадке, желая лишь одного – пищи. Поскорее насытиться волшебной, живительной энергией. Пусть даже от этого жалкого существа, чья аура сверкала болотно-коричневым. Сейчас не время перебирать. С удивлением Алиэль смаковал новые ощущения. Обхватив голову жертвы руками, он обездвижил ее, чтобы щупальцам легче было проникнуть через уши человека в мозг. Сосочки рецепторов жадно поглощали нейроны, растекаясь кисловато-терпкой энергией по телу. Надо же, энергия, оказывается, имеет свой вкус. Первое чувство голода прошло, теперь Алиэль уже мог спокойнее анализировать собственные ощущения. Интересно, у всех энергия одинаковая или, как и кровь, имеет свою консистенцию, отличную у каждого?