Облажаться по-королевки (ЛП)

Вместо этого я льну к нему, позволяя своим грудям прижаться к его руке. Он целует меня в лоб, вдыхая мой запах. И это, кажется, заставляет его чувствовать себя лучше.
Примерно через час мы выезжаем на дорогу, ведущую к дворцу. Николас велит мне выглянуть в окно, чтобы посмотреть - и я ошеломлена.
Никогда раньше не использовала это слово – «ошеломлена».
Не было причины - но, святой Боже, теперь причина есть.
Я видела фотографии замка, но видеть его сейчас... нереально.
Массивное каменное здание освещено снизу вверх - практически сотнями лучей. На фасаде больше окон, чем я могу сосчитать, гигантские железные ворота c черно-золотой отделкой. Я не могу ясно видеть отсюда, но, кажется, на каменных стенах есть вычурные гравюры, статуи и резьба. В центре находится фонтан с подсветкой, выстреливающий водой в половину высоты самого замка. Высокий, величественный флагшток удерживает развевающийся бордово-белый флаг Вэсско.
И цветы! Тысячи, возможно, миллионы цветов окружают замок, взрываясь яркой палитрой даже ночью.
- Это же замок!
Да, не самая проницательная вещь, которую я когда-либо говорила. Николас только усмехается. Поэтому я хватаю его за руку, дрожа.
- Не думаю, что ты понимаешь - ты живешь в чертовом замке!
- Технически, это дворец. Замки строили для обороны, а дворцы больше для самого монарха, чтобы содержать двор в соответствующем величии.
И Господи, я хочу засунуть свой язык ему в глотку.
- Я уже говорила тебе, какой ты сексуальный, когда выдаешь эти королевские факты?
Его глаза загораются.
- Нет, но приятно знать. Я знаю вещи, которые заставят тебя оставаться мокрой и дрожащей все время.
Как бы сексуально это ни звучало, когда мы подъезжаем ближе, мне просто необходимо осмотреть дворец.
- Здесь есть ров, Николас!
- Да. Обычно дворцы так не делают, но мой пра-пра-пра-пра-прадедушка выкопал его, потому что ему понравилось, «как он выглядит». Однажды я плавал в нем, когда мне было одиннадцать. Подхватил фарингит - урок усвоен. Но позади есть озеро, так что купание нагишом определенно на повестке дня.
- А сколько в нем комнат?
- Пятьсот восемьдесят семь, не считая спален для прислуги.
Он наклоняется и облизывает раковину моего уха, заставляя план намокания и дрожания осуществиться. Его следующие слова почти заставляют меня кончить на месте.
- И к концу лета я хочу трахнуть тебя в каждой из них.
- Это амбициозно, - поддразниваю я, уткнувшись в него носом. - Ты собираешься сделать перерыв, чтобы меня покормить?
Его рука скользит вниз по моей спине, обхватывая ладонью мою задницу.
- О тебе хорошо позаботятся, обещаю.
Обещаю.
Знаете, что это такое?
Да. Знаменитое. Прощальное. Слово.
 
ГЛАВА 16
Николас
Моя бабушка - сова. Ей требуется всего три-четыре часа на сон. Это общая черта лидеров, промышленных магнатов, первоклассных руководителей и психопатов.
Так что, хотя время ужина уже прошло, я знаю, как только мы войдем во дворец, она захочет нас принять.
И я не ошибаюсь.
Ее личный дворецкий, Аластер, ведет нас в золотую приемную в ее личных покоях.
Мы собираемся там - я, Оливия, Генри, Фергюс и Бриджит - и ждем.
Сколько бы я ни отсутствовал, месяц или год, королева никогда не меняется.
Она выглядит точно так же. Это успокаивающая и пугающая мысль, которая поражает меня, когда она появляется в дверях - седые волосы идеально уложены, скромная розовая помада, светло-зеленая юбка и жакет с брошью, инкрустированной бриллиантами и изумрудами, приколотой к лацкану.
И хотя она выглядит все так же, в данный момент она выглядит особенно несчастной. Ее серые глаза, цвета бетонной стены, тверды, когда они сканируют нас.
Сначала она останавливается на Генри, призывает его выйти вперед.
Он кланяется.
- Ваше Величество.
Она пристально смотрит на него, принимая его приветствие - и на мгновение лед в ее взгляде трескается.
- Добро пожаловать домой, мой мальчик. Тебя не было слишком долго.
- Да, мэм, - тихо отвечает он, устало ей улыбаясь.
Она не обнимает его, как некоторые могли бы ожидать - это не ее стиль. Но она касается его плеча, протягивает руку и гладит по щеке, накрывает его руки своими и сжимает. Для королевы - это объятие.
Она отодвигает Генри в сторону и подходит ближе к нам, пристально глядя на меня. Я кланяюсь и веду Оливию вперед, держа ее за руку.
- Ваше Величество, позвольте представить вам мою гостью, Оливию Хэммонд.
Нет ни малейшего сомнения, что ей уже сообщили о присутствии Оливии. Глаза королевы скользят по ней с головы до ног так, как смотрят на лохматую, мокрую бродячую собаку, которая появилась на их пороге.
Я ощетиниваюсь - но сдерживаюсь. Если я буду реагировать слишком сильно, это только ухудшит ситуацию. В самолете мы с Бриджит объяснили Оливии, как следует себя вести.
Я вижу, что она нервничает, замерев, - но она пытается.
- Для меня большая честь познакомиться с вами, королева Ленора. - Оливия наклоняет голову, сгибает колени и опускается - затем быстро вскакивает.
И бабушка сердито смотрит на меня.
- Что это было?
Оливия неуверенно оглядывается на меня, затем снова обращает свое внимание на королеву.
- Это был реверанс.
Одна острая серая бровь приподнимается.
- Неужели? Я подумала, что у вас, вероятно, газы.
Вот в чем проблема с монархами - у людей редко хватает смелости сказать им, когда они чертовски грубы. И даже если они это сделают - монарху плевать.
- Она не подойдет, - говорит бабушка, скользнув по мне взглядом.
Ради Оливии я стараюсь не обращать внимания на ее слова.
- Не волнуйся, я покажу Оливии все вокруг, представлю всем... она прекрасно справится.
А потом я завершаю это дерьмовое шоу, взяв Оливию за руку и встав между ней и королевой. Облегчение омывает меня, когда Оливия улыбается мне, не тронутая когтями неодобрения.
- Полет был долгий, Оливия. Иди наверх в свою комнату и устраивайся.
Я уже объяснил, что приличия требуют, чтобы у Оливии была своя спальня, но меня это не волнует. У меня есть свои способы.
- Я бы хотела перекинуться с вами парой слов наедине, принц Николас, - говорит бабушка.
Я одариваю ее уничтожающей ухмылкой.
- Только парой? Я был уверен, что их будут десятки. Фергюс, - зову я, - отведи Оливию в Гатри-Хаус, пожалуйста. В белую спальню.
И это похоже на то, как воздух замерзает - кристаллизуется от напряжения.
- О да, - тихо говорит бабушка. - Их будет гораздо больше, чем пара.
Я игнорирую ее и успокаивающе поглаживаю Оливию по волосам.
- А теперь иди, я скоро буду.
Она кивает, а затем, поскольку она от природы вежлива, Оливия выглядывает из-за меня и говорит королеве:
- У вас прекрасный дом.
Генри опускает подбородок на грудь, подавляя смешок. И Фергюс уводит Оливию.
После того, как Генри уходит в свою комнату, а Бриджит, поклонившись нам с бабушкой, выходит - мы остаемся одни.
Соревнуясь в гляделки.
Удивительно, но она моргает первой.
- Что за игру ты ведешь, Николас?
- Я вовсе не играю, Ваше Величество.
Ее голос рассекает воздух, гранича с пронзительным.
- У тебя есть долг.
- Я прекрасно понимаю свой долг и наше соглашение. - Мой тон не менее резкий, но уважительный. - Ты дала мне пять месяцев - у меня осталось три.
- Тебе следовало бы потратить это время на изучение списка, который я тебе дала. Просмотреть женщин, которые однажды могут занять место рядом с тобой. Знакомство с…
- Я проведу оставшееся время так, как сочту нужным. А я считаю нужным провести его с Оливией.
Даже когда мои родители умерли, я никогда не видел, чтобы бабушка теряла самообладание. И сейчас она не совсем его теряет - но она близка к этому.