Символы Смерти (СИ)

Склонившись над столом, Дамир быстро заполнял один лист за другим, как вдруг он ощутил холод на своей коже. Он обернулся. Киро спал в кровати, а больше в комнате никого не было.
Дамир хотел было снова повернуться к столу, как вдруг услышал шорох.
«Показалось?»
Но, развевая в прах сомнения, шорох раздался снова. Он доносился из другого конца комнаты, где стоял низкий комод. Дамир, мягко ступая по полу, приблизился и замер.
«Я же тут оставил эту спиритическую доску…»
Он снова услышал шорох и уловил в полутьме какое-то движение. Указатель двигался.
Кожа Дамира покрылась мурашками, указатель в это время продолжал с негромким шорохом совершать хаотичные движения.
«Это у меня галлюцинации?»
Дамир протянул руку к указателю и прикоснулся, указатель замер на месте, Дамир отдёрнул руку. Стоя в тишине, он не сводил глаз с доски. Вдруг указатель снова задвигался, но медленнее. Дамир наклонился ниже. В полутьме, рассеиваемой лишь светом ночника, он не мог ничего разглядеть. Он аккуратно взял доску в руки и перенёс её к столу.
Теперь при свете лампы Дамир мог видеть, какие буквы попадают в прозрачное окошко указателя.
— П, р, и, в, е, т, — прочитал Дамир. От этого сердце забилось быстрее. Указатель снова задвигался по доске, но на этот раз по строке цифр. — 3,1,3, — шёпотом произнёс Дамир. Указатель встал на середину, как будто ждал чего-то от него. Дамир сглотнул и снова посмотрел на спящего Киро.
— Ты… ты дух? — тихо спросил Дамир. Указатель переместился к слову «Да».
— А дух кого?
«3,1,3», — указала стрелка.
«3,1,3… Что это значит?» — Дамир поёжился, снова ощущая холод на коже. Мысли в голове превратились в спутанный клубок, вопросов было много, но он не мог ни один из них облечь в слова.
— Я добьюсь успехов в писательстве? — нерешительно спросил Дамир, напряжённо глядя на указатель, который сдвинулся с места и остановился на слове «Нет». Дамир удивлённо вздохнул.
— Почему нет?
«Д,р,у,г,о,е,д,е,л,о»
— Какое??
«Н,е,л,ь,з,я,з,н,а,т,ь».
«Что за бред? Какое «другое дело»!? Я и так уже кое-чего добился. Да и новый роман идёт полным ходом! — отгоняя сомнения, Дамир снова задумался. — Надо спросить что-то для проверки. Что-то, в чём я уверен».
— А Киро любит меня?
Указатель некоторое время описывал на доске круги и как будто с неохотой переместился на «Да». Дамир улыбнулся.
— А откуда Киро родом?
Указатель стал кружить на одном месте, словно ответа не было на доске. Дамир напрягся.
«Что за дела?» — Дамир занервничал.
«3,1,3», — снова указала стрелка непонятное число.
— Я спрашиваю, откуда Киро родом?
Но указатель продолжал описывать бессмысленные круги и вдруг резко переместился на «Нет».
— Что, нет? — не понял Дамир. — Кто его родители?
«Нет», — также резко указала стрелка.
«Что за чертовщина?!»
— Ты можешь мне хоть что-то сказать о Киро?
«Нет».
— Почему?
Указатель постоял какое-то время на месте, а потом устремился к буквам, останавливаясь.
«К,и,р,о»
Дамир замер, готовясь ловить каждую букву, но указатель резко повело вправо, и он остановился на слове «Нет». Дамир даже подумать ничего не успел, как указатель снова устремился в центр доски к цифрам. Его движения были какими-то резкими.
«3,1,3, 3,1,3, 3,1,3, 3,1,3, 3,1,3, 3,1,3, 3,1,3, 3,1,3, 3,1,3, 3,1,3, 3,1,3, 3,1,3»…
Дамиру стало не по себе, указатель не собирался останавливаться. Указав на последнюю цифру «3», он вылетел с края доски и с громким стуком упал на пол.
Киро, лежащий на кровати, не проснулся, а только перевернулся на другой бок. Дамир сидел, не двигаясь.
«Вроде всё за…?» — но мысль Дамира так и осталась неоконченной, потому что указатель вдруг задвигался по полу, и он выскользнул через щель приоткрытой двери. Дамир торопливо подошёл к двери и выглянул в тёмный коридор. Ему стало совсем не по себе, он испугался…
Плотно закрыв дверь, Дамир забрался в постель и прижался к Киро.
Сердце гулко билось в груди, а дыхание стало обрывистым. Убеждая себя, что это ему только привиделось, Дамир закрыл глаза. Маленький ночник по-прежнему горел на столе.
Темнота была такой густой, что запутывалась в причудливо изогнутых ветвях деревьев. Он отводил их руками в сторону, но они всё равно царапали его лицо, словно старались удержать. Он упрямо шёл вперёд, там вдалеке, между деревьями мерцал огонь… Он шёл всё быстрее и быстрее, в груди уже поселилось едкое чувство тревоги и тоски, предчувствие чего-то по-настоящему ужасного и вместе с тем неизбежного. По мере приближения он услышал какой-то протяжный звук, похожий на волчий вой. Осторожно разведя в стороны ветви кустарников, он оказался на поляне, на которой уже бывал раньше, но это было при свете дня. А теперь ужасная картина, которая открылась перед ним, заставила его похолодеть. Его сын был обнажён и распластан на земле. Его живот был вспорот, а внутренности лежали рядом. И при этом его сын ещё подавал слабые признаки жизни. А рядом была она, та самая женщина, что мило улыбалась и всегда так участливо интересовалась делами. Но сейчас она была совершенно другой. И она… поедала его сына. Стоя в полном безмолвии и оцепенении, он смотрел, как его сын, превращенный в жертву, одержим даже не предсмертной агонией, а чем-то гораздо более страшным. Не в силах совладать с собой, он издал протяжный крик, тем самым обнаружив себя. Она тут же обернулась на звук, показав своё окровавленное лицо, которое в свете костра больше походило демоническую гримасу. В два прыжка она оказалась так близко, что могла бы вонзить в него нож, блеснувший в её руке. И тогда он побежал назад, не оглядываясь и не разбирая дороги. Ветви хлестали его по лицу, но страх гнал его вперёд. Он надеялся укрыться в церкви, или что жители деревни помогут ему. Он кожей чувствовал, что она преследует его. Оказавшись в деревне, он увидел, что люди вышли из домов, каждый из них был чем-то вооружён. Он хотел было вздохнуть с облегчением, как вдруг кто-то из жителей бросил в него острый нож, который пролетел в сантиметре от его уха, и в следующее мгновение вся толпа бросилась вперёд. Секунду помедлив, он развернулся и устремился к своему последнему убежищу.
Церковь всё также стояла на окраине деревни, неся на куполе покосившийся крест. Открыв ветхую дверь, он забежал внутрь и придвинул ближайшую скамейку, однако, краем сознания понимая, что это их не удержит. Он побежал к своей кафедре, надеясь, что сможет спрятаться в задней комнате, но там оказалось заперто.
Входная дверь уже была сорвана с петель. Они приближались к нему. Это был тупик. Он перекрестился и встал на колени. Господи, помоги… и гул голосов утонул в темноте.
Дамир открыл глаза и резко сел на постели. В горле стоял ком, сердце колотилось, как бешеное, а всё тело покрылось липким холодным потом. Он немного отдышался, и посмотрел на Киро, который продолжал спать. Дамир перевёл взгляд на часы — 3:13. Внутри всё скрутило, он вздохнул и снова лёг, прижавшись к Киро.
— Что с тобой? — сонно прошептал он, приоткрыв глаз.
— Ничего, — ответил Дамир. — Просто кошмар приснился.
Киро пробурчал что-то нечленораздельное, но всё же обнял его и прижал к себе. Дамир надеялся, что это поможет ему успокоиться, но засыпать было страшно. Всё, что он видел во сне, казалось ему настолько реальным, словно он сам пережил это.
Но, чувствуя, как Киро крепко обхватывает его, он постепенно успокоился и уснул.
========== Книга II. Кинжал. Глава 2. ==========
Звон посуды заставил Дамира открыть глаза. Субботнее утро было в самом разгаре. Дамир лениво потянулся, скользнув рукой по соседней подушке, Киро рядом не было, он уже бодро хозяйничал на кухне.
Помимо своей работы, Киро занимался всеми домашними делами, потому что Дамир элементарно не знал, с какой стороны нужно класть белье в стиральную машину. Его последний опыт сделать что-то по дому закончился тем, что им пришлось обновить большую часть своего гардероба, потому что Дамир умудрился всё покрасить в розовый цвет. Нужно было видеть лицо Киро в тот момент, когда он доставал свою рубашку, которая получила какую-то дикую фиолетовую окраску с ярко-розовыми разводами, хотя ещё утром она была небесно-голубой. Дамир был готов провалиться сквозь землю, когда Киро приложил эту вещь к себе и язвительно произнёс: «Ты полагаешь, что этот цвет лучше подходит к моим глазам?».