Символы Смерти (СИ)
Перрон остался позади. Сердце Дамира сжала тоска. Он почувствовал, что слёзы сейчас хлынут снова. Он прислонил голову к стеклу, отдавая все силы на то, чтобы сдержаться.
«Зачем? Зачем ты пришёл? — задавался немым вопросом Дамир. — Почему ты так смотрел на меня?»
Тоска переполняла его. Дамир закрыл глаза. Экспресс нёсся вперёд, но Дамиру казалось, что его сердце остается позади, потому что внутри было так пусто и одиноко, как никогда прежде.
========== Книга I. Усадьба вдовы Роуз. Глава 12. ==========
«Вот и всё. Вот и вдохновение, и большая любовь», — горестно думал Дамир, прислонившись к стеклу. Автобус вёз его домой.
На вокзале его никто не встретил, но Дамир и не ждал никого. Когда он сошёл с автобуса на мощёную улицу, было довольно холодно и темно. Парень закутался в пальто и поспешил к дому. Поднявшись по ступеням, он вставил длинный серебристый ключ в замок, открыл дверь и, зайдя внутрь, обомлел. В доме были какие-то незнакомые ему люди. Все одеты в чёрное. Дамир прошёл дальше и замер у входа в гостиную. Посреди зала стоял гроб, возле которого находились несколько человек, среди них он узнал Донну и Раду. Донна тихо плакала, приложив платок к глазам, а Рада была совсем не похожа на себя. Она, не шевелясь, смотрела на гроб стеклянными глазами.
Дамир не знал, что ему делать. Он, конечно, помнил о смерти матери, но только сейчас он осознал реальность происходящего.
Со второго этажа спустилась Анна, она сразу увидела Дамира и, подойдя к нему, крепко обняла. Её глаза были чуть влажными.
— Здравствуй, родной, — тихо сказала сестра. — Хорошо, что ты приехал.
Дамир только кивнул в ответ.
— Пойдём на кухню, — добавила Анна, и они, миновав гостиную, оказались в столовой.
Дамир старался не смотреть на гроб, он почему-то вспомнил последний разговор между ним и Карнетт. Как он стукнул кулаком по столу, переполненный гневом, как Карнетт уехала. На душе стало пусто и тоскливо.
— Как… Когда это произошло? — с трудом выговорил Дамир, садясь на стул.
— Вчера… Соседи говорят, что слышали крик. Её нашла Донна, когда приехала к ней утром, — ответила Анна, искоса поглядывая на Дамира.
— Ты как будто чего-то не договариваешь, — Дамир внимательно посмотрел на сестру. Она наклонила голову.
— Просто не хочу тебя пугать.
— Говори всё, как есть, — настойчиво сказал Дамир.
— То, что сейчас творится в её квартире — это просто… нельзя описать. Этим делом и полиция заинтересовалась. И если бы я своими глазами не увидела, то не поверила бы. Донна сказала, что тело было изуродовано, а вся квартира была в крови, словно её таскали по всем комнатам. Единственное, что могли установить врачи, это разрыв сердца. Как будто перед смертью она увидела что-то настолько ужасное, чего нельзя было вынести
В этот момент стали подходить другие люди, пришедшие проститься с Карнетт.
— Я хочу поговорить с тобой, но позже, — шепнула Анна брату. Люди подходили к гробу, каждый вспоминал что-то хорошее о его матери. Дамир понял, что сюда пришли бывшие коллеги, которые уважали Карнетт, правда, их было немного. Когда все разошлись, Анна подошла к Дамиру и положила ему руку на плечо.
— Гроб сегодня побудет здесь, — сказала она. — Завтра похороны.
— Как Рада? — спросил Дамир, поглядывая на бабушку.
— Держится, — Анна тоже посмотрела на Раду с грустью. — Не переживай, всё будет хорошо, — Анна повернулась к Дамиру и мягко улыбнулась. У него потеплело на душе. — Поговорим завтра, после всего.
Дамир одобрительно кивнул и отправился в свою комнату наверх. В ней было чисто, опрятно и… одиноко. Он даже не знал, что ему чувствовать. Подойти к гробу матери он не мог… Сам не знал, почему. Дамир упал на кровать. Голову наполнили разные мысли.
Дамир так и заснул в одежде. На улице стояла тишина, не было ни ветра, ни снега. Облака немного рассеялись, на небе показалась полная луна.
Было два часа ночи, когда во всём квартале отключился свет. Дамир резко проснулся, сам не понимая, почему.
В комнате было темно, дверь была закрыта. Дамир встал с постели и подошёл к окну. Глаза уже привыкли к темноте. Вдруг Дамир услышал шорох позади себя, он обернулся и увидел какую-то фигуру, лежащую на его кровати. Фигура дёргалась, как в припадке, и периодически очень быстро мотала головой в разные стороны, словно её кто-то держал, а она не могла ни вырваться, ни произнести ни слова. Дамир покрылся холодным потом, он не верил своим глазам. Это была фигура женщины, напоминающей его мать. Но на её лице не было глаз, только две огромные чёрные пустые глазницы. И Дамир слышал, как из уродливо искажённого рта женщины доносится вопль, который становился всё громче. Внезапно её голова резко повернулась в сторону Дамира, и она уставилась на него зияющими дырами на лице.
— Зачем? Зачем? Зачем ты выжег мне глаза? — заорала женщина. Её голос звучал как нестройный хор голосов.
Картина была настолько жуткой, что Дамир оцепенел, и сердце бешено застучало в груди. Дамир заметил, что пустые глазницы закровоточили. Он собрал все силы и бросился к двери. Схватившись за ручку, он начал дёргать дверь изо всех сил, но она была как будто намертво заколочена.
— Зачем? — этот крик раздался над самым ухом Дамира. Как будто призрак стоял прямо за его спиной.
Дамир сделал ещё одно усилие, и дверь, наконец, поддалась. Перед ним на пороге стоял человек в длинном тёмном плаще-накидке. Лица Дамир разглядеть не мог, его скрывала тень. Но этот человек почему-то казался Дамиру знакомым. Он остолбенел.
«Помогите!» — мысленно взмолился Дамир. Яркий свет разлился по комнате, ослепляя. Дамир зажмурился. Через какое-то время, он огляделся, в комнате он был один. Ему показалось, что прошла целая вечность. В комнату вбежала Анна.
— Дамир! — встревоженно заговорила сестра. — С тобой всё в порядке? Я слышала крики.
Дамир, не произнося ни слова, схватил её и крепко прижал к себе.
— Я так тебе рад, — искренне произнёс он. Его сердце бешено колотилось.
— Пойдём вниз, я налью тебе чашку твоего любимого горячего шоколада. Это поможет успокоиться. И поговорим, — ласково сказала сестра, и они спустились на кухню.
Дамир сидел за чистым столом. Несмотря на глубокую ночь, спать ему абсолютно не хотелось. Он уже немного успокоился, но всё равно иногда косился на гроб, стоящий в тёмной гостиной. Анна молчала, наливая в чашку горячий шоколад.
— Не хочешь попрощаться с ней? — вдруг спросила она, подсаживаясь к Дамиру и протягивая кружку. Дамир помолчал немного.
— Не знаю… не могу заставить себя подойти, — Дамир отпил из кружки. — Мы с ней никогда не ладили и всё же… она была моей матерью… Я чувствую вину…
— За то, что так и не помирился с ней?
— Я не думаю, что мы могли бы жить с ней в мире, Анна, — Дамир взглянул на сестру, надеясь на её понимание. — Но… я, правда… никогда не желал ей смерти, тем более такой…
— Я знаю, Дамир, — Анна взяла его за руку. — Я знаю, — она заглянула ему в глаза. — Тебя мучает что-то, помимо этого?
Дамир отвёл глаза.
— Я не очень хочу говорить об этом сейчас, правда.
— Хорошо, — Анна понимающе кивнула. — Если ты не хочешь присутствовать на похоронах, то можешь не идти. Тебя никто не осудит.
— Спасибо.
Анна погладила его по руке и вышла из кухни. Дамир остался один, глядя в свою кружку с горячим шоколадом. Он немного успокоился, сердце стало биться ровнее, хотя ощущение тоски его не покидало.
Дамир допил шоколад и направился в свою комнату. У лестницы Дамир остановился. Он повернулся лицом к гробу в тёмной гостиной и замер. Преодолевая себя, он спустился на две ступеньки и подошёл к гробу. Лицо Карнетт казалось фарфоровым, глаза были закрыты. Дамир поёжился, вспомнив свой недавний кошмар. Карнетт была совсем непохожа на себя. Дамир молча смотрел на неё и даже не мог понять, что он чувствует. Он не ощущал сильной скорби и сам не мог понять, почему.